Современный российский детектив - Анна Майская

Вдруг дверь кабинета резко распахнулась, и на пороге появился Ромка Егоров. Глаза его светились азартом.

— Мужики, есть новости! И еще какие!

— Выкладывай, — приказал Королев.

— Сегодня утром в Измайлово нашли убитую женщину. Ни документов, ни телефона, ни кошелька при ней найдено не было. Обнаружила ее тетка-собачница. Пошла выгуливать свою таксу и наткнулась на тело. Оказалось, что она там уже несколько дней лежала. Предположительно убита была двадцать первого марта.

Королев напрягся:

— Не тяни резину, Рома! Учись докладывать четко и по существу!

— Так я и стараюсь четко и по существу. Так вот, выстрел в лоб был сделан из того же «Макарова», из которого ранили Куприянову! — торжественно объявил Егоров. — Его ребята, которые на той земле работают, по базе пробили, так и выплыло наше покушение. Я, как только узнал, сразу же туда поехал!

Как бы в награду себе, не спрашивая разрешения, схватил самый большой кусок торта, и, улыбаясь во весь рот, уселся на подоконник.

— Очень интересно! — пробормотал Королев. — Значит получается, что наша Колобова и эта убитая каким-то образом связаны.

— С чего ты взял? — подал голос Емельяненко. — Может, это какая-нибудь приятельница Сысоева, тоже наркоманка.

Егоров неопределенно замычал и выпучил глаза, что должно было означать, что он очень хочет что-то сказать, но по причине непрожеванного торта, может издавать только нечленораздельные звуки.

— И что? — вопросительно посмотрел Макс на него.

Ромка судорожно глотнул и проговорил:

— Я сам в морге не был, но ребята сказали, что убитая — молодая красивая баба. Ухоженная, небедно одетая. И сумка у нее, на секундочку, фирмы «Биркин», а это удовольствие стоит не одну сотню евро, я узнавал. Так что на наркоманку она совсем не похожа. В крови обнаружено некоторое количество алкоголя, но ничего криминального. А кто такой Сысоев-то? Вы что, знаете что-то, чего я не знаю?

Макс вкратце рассказал Егорову о том, что узнал от Погодина.

— Ни фига себе! — присвистнул Ромка.

— И что же эта ухоженная и небедно одетая красотка потеряла в Измайлово? — продолжил рассуждать Королев. — Гуляла, что ли? Может — изнасилование?

Егоров отрицательно помотал головой и замахал руками:

— Не, никаких следов!

— И где ты говоришь, ее нашли?

— Недалеко от лесополосы. Там старые гаражи. Их уже сто лет назад грозились снести, но оказалось, что принадлежат они инвалидам, поэтому «ракушки» трогать не стали. Между двумя последними и было найдено тело.

— А как ее обнаружили?

— Вов, я же говорил, на тело наткнулась собачница. Сейчас… — Ромка отряхнул растопыренные пальцы от крошек, встал и залез в задний карман джинсов. Вытащив оттуда бумажку, он громко зачитал имя:

— Светлана Андреевна Васильченко. Рано утром, часов в пять, она пошла выгуливать свою собаку.

— А почему так рано-то? — перебил его Королев. — Я понимаю, часов в семь-восемь, но пять — это уж совсем экстремально!

— Дело в том, что у нее сегодня сестра прилетает в Москву, и Васильченко должна была ее встретить в аэропорту. Поэтому и вывела псину до отъезда. По ее рассказу, собака сама потянула в ту сторону, к гаражам. Светлана сначала подумала, что такса мышь или крысу почуяла — такое уже было и не раз, а уж потом, когда разглядела «находку», сразу в полицию позвонила.

— Слушай, а почему ее, в смысле, убитую, до сегодняшнего дня не нашли? — удивился Вовка. — Собаки же там, как я понял, регулярно гуляют. Должны были раньше учуять!

Ромка пожал плечами:

— Кто его знает? Может ветер другой был, а может, просто в последние дни потеплело. Вот запах и пошел. А люди, по показаниям той же Васильченко, к гаражам стараются вообще не ходить. Летом там бомжи и наркоманы тусуются. Место мрачное, да еще и лес совсем рядом.

— Что-нибудь еще?

— Вроде все рассказал. Выстрел в упор, в лоб. Ствол исчез. Убитая не подходит по описанию ни под одну из пропавших без вести. Похоже, что ее до сих пор никто не хватился.

— Ее отпечатки сняли?

— Обижаешь, начальник! Но в базе таких не обнаружено. Да и не похожа она на преступницу.

— Опять не густо. Но ты, Ромка, все равно — молодец! Вот что. Надо срочно связаться с Колобовой и везти ее на опознание. Может, что-то проклюнется. И хорошо бы сделать пару фотографий — хочу их показать Куприяновой.

— Понял, — встал Егоров, окрыленный похвалой начальства и готовый снова рваться в бой.

— Погоди, Колобову я возьму на себя. А ты займись-ка отчетами. Все четко и ясно изложи на бумаге, а потом дуй к Петюне Кривому. Помнишь его, надеюсь? Адресок в компьютере. Если не ошибаюсь, живет он где-то в районе Выхино. Так вот, ты ему мягко намекни, что у меня на него такой талмуд припасен, что если дам делу ход, то сидеть Петюне на зоне до конца жизни. Если Сысоев наркоман со стажем, то Кривой должен его знать. Потряси хорошенько. Вот такое вот тебе ответственное задание, Рома.

— А может отчеты потом? — проскулил Егоров. — Ведь это дело важней бумажек! Вдруг упустим?

— Не упустим. Петюня домой раньше десяти редко возвращается. Так что у тебя еще полно времени.

— Давай-давай! — подбодрил его Емельяненко. — А я за это тебя куриными котлетами угощу! Мне Катька сегодня целых четыре штуки положила!

— Тебе тоже скучать не придется, Вова. Давай-ка дуй в клинику к Куприяновой. Пошурши там еще разок. Не мне тебя учить. Покажи фотографию Сысоева. Может, он и правда охотился не за Полиной.

— Умеешь ты, майор, настроение испортить!

Королев усмехнулся и набрал телефон Полины.

VI

— Димочка! — услышал он певучий голос. — Вставай, милый! Нам скоро выходить.

Воронцов зарылся головой в соседнюю подушку и тут же поморщился: ее духи были настолько сладкими и приторными, что его тут же начало подташнивать. Он никогда не понимал, зачем она душится перед сном. Все ее ароматы были тяжелыми, тягучими, как она сама говорила — восточными. Может быть, она считала, что именно это делает ее особенно утонченной, поскольку, как известно, «восток — дело тонкое»? Он отвернулся в сторону и потянулся.

И чего это ему в голову взбрело закрутить интрижку с Дианой?..

* * *

На последнем корпоративе, посвященном Новому году, он слегка перебрал. Накануне он зашел к Полине — хотел поздравить с праздником — и наткнулся там на ее сердечную любовь. «Сердечная любовь» была одета в шикарный костюм, белоснежную рубашку и благоухала настоящим мужским ароматом так сильно, что у Воронцова тут же защипало в носу. Митька представился, на что услышал невнятное бормотание сквозь зубы. Почувствовав себя ужасно неловко, Воронцов