Современный российский детектив - Анна Майская

по твоему тону, новости хорошие? — полуутвердительно спросила она, легонько похлопывая себя по щекам и открытой шее, вбивая душистый питательный крем. Впереди еще был сеанс массажа. Именно эту процедуру она любила больше всего. В плеере была припасена любимая музыка — Вивальди, «Времена года». Целый час блаженства!

— Не просто хорошие, а невероятно хорошие! Она согласилась!

— Неужели? — улыбнулась она. — Утюг на грудь ставить не пришлось? А ведь ты еще вчера говорил, что наша недотрога не торопится стать мужней женой.

— Именно. А буквально пять минут назад позвонила мне и сказала, что готова выйти за меня замуж. Скажу тебе больше — она сама меня торопит. Представляешь? Я и сам не сразу поверил своим ушам.

Она тихонько засмеялась в трубку:

— Вот видишь, милый! Все, как я и говорила. Ты отдал ей деньги?

— Конечно. По-моему, она очень удивилась.

— Не мудрено. Наша наивная девочка-незабудка не привыкла, что о ней так заботятся. Так что ты теперь в ее глазах настоящий рыцарь. Окучить такую, как она — дело на одну трубку, как говорил один известный персонаж. Немного заботы, нежности и обаяния.

— Ты как всегда права, но если бы ты знала, как она мне надоела! — в сердцах простонал Денис. — Я просто с ума схожу от ее правильности и непогрешимости. Мне кажется, что я ее ненавижу!

— Ничего, милый, придется потерпеть. Совсем чуть-чуть осталось. Теперь самое главное — не тянуть. У тебя есть какие-нибудь связи в этом направлении?

Денис на секунду задумался.

— Есть. Можно все устроить через мою знакомую, она работает в Грибоедовском. Думаю, она не откажет помочь, тем более, если удобрить почву хрустящими бумажками.

— Ну-ну. Не тяни с этим делом. Самое оптимальное — провернуть все до тех пор, пока Куприянова в больнице. Иначе проблем будет очень и очень много. И про контракт не забудь. Но здесь — не мне тебя учить. Кто из нас юрист?

— Я все помню, — он немного помолчал, а потом все-таки задал вопрос, который мучил его постоянно: — Ты скучаешь по мне?

— Конечно, — пропела она. — Я очень люблю тебя и безумно скучаю! Ты заедешь сегодня?

— Вряд ли, — с тоской сказал он. — Но я вырвусь к тебе при первой же возможности, обещаю!

За те слова, которые он только что услышал, он готов был танцевать джигу на раскаленных углях. Она любит его. Она скучает. Она ждет. Еще совсем немного и она навсегда будет только с ним. И он сделает все, чтобы это, наконец, произошло.

IX

Полина смотрела на красивое молодое лицо. Казалось, незнакомка просто заснула. Только маленькая дырочка во лбу недвусмысленно говорила о причине этого вечного сна. Королев стоял рядом и держал наготове ватку с нашатырем. Полина обернулась к нему и проговорила:

— Вы не переживайте, Максим Викторович, я ведь медсестра, трупов не боюсь и вовсе не собираюсь грохнуться в обморок.

— Полина, вы узнали эту женщину?

Она медленно покачала головой:

— Нет. Я совершенно точно никогда ее не встречала. Красивая… — с искренним сожалением сказала она.

— Может быть, вы все-таки где-то пересекались, Полина Тимофеевна? Подумайте еще раз.

— Такое лицо невозможно забыть, оно очень выразительное. Если бы я когда-нибудь видела его, то точно бы вспомнила, — развела руками Полина. — А кто она?

— Это я и пытаюсь выяснить. У меня к вам еще один вопрос. Вы знаете вот этого человека? — он достал из внутреннего кармана фотографию Сысоева.

Полина спокойно взяла ее в руки и некоторое время рассматривала. Королев внимательно наблюдал за выражением ее лица. Она была совершенно спокойна, никаких эмоций, кроме, пожалуй, некоторого недоумения и жалости.

— Нет, Максим Викторович, я не знаю этого человека. Похоже, что он не совсем здоров. Это заметно даже на снимке. Очень нездоровая худоба. Так бывает с людьми, которые долгое время употребляют наркотики.

— Вы правы, Полина Тимофеевна. Этот человек, Сысоев Артем Михайлович — наркоман со стажем. И по предварительным данным, именно он стрелял в вашу подругу.

Мертвенная бледность разлилась по ее лицу.

— Господи, — еле слышно прошептала она. — Но за что?!

— Вот и я думаю, за что? Кроме того, несколькими часами позже он застрелил и эту женщину.

— Вы его уже нашли?

— Пока нет, но он уже объявлен в розыск. Может быть, вам о чем-то говорит его имя? Сысоев Артем Михайлович, — повторил Королев.

Полина отрицательно покачала головой.

— Как страшно… Мне жаль, что не смогла вам помочь, но я и в самом деле ничего не понимаю. Я первый раз в жизни вижу этих людей. Знаете, круг моих друзей достаточно узок. Я не хожу на всякие там тусовки, а свободное время провожу дома или с Ленкой на даче.

— А на работе?

— Ну, тут уж речь не идет о дружбе или близком знакомстве. Хотя и своих пациентов, и их родителей я очень хорошо помню. Этих двоих среди них точно не было. У меня хорошая память на лица и имена. В моей работе это здорово помогает, — она грустно улыбнулась.

— Ясно. Что ж, простите, что оторвал вас от дел.

— Какие там дела… Я выходная сегодня. Это даже хорошо, что вы выдернули меня из дома. Жаль только, что повод такой… невеселый.

Они вышли на улицу. Мигом налетел теплый ветер, взъерошил волосы и метнул в лицо Полине легкий шелковый шарф — подарок Куприяновой на прошедший Новый год. Снег уже почти везде растаял, и из голой черной земли сиротливо торчали сухие прошлогодние травинки. Суетливые воробьи возились возле луж и чирикали так громко, что заглушали все другие звуки города.

Некоторое время они просто стояли молча. Макс думал о том, что вновь приходится начинать все заново. Оставалась лишь маленькая надежда на то, что Елена сможет опознать убитую или Сысоева. Больше никаких зацепок нет. Остается ждать, что рано или поздно убийцу неизвестной женщины удастся взять.

Он взглянул на Полину. Ему показалось, что за последние дни она еще больше похудела и осунулась. Глаза ее были припухшие, как будто совсем недавно она плакала. А может и плакала, кто знает? Поездка в морг — не самая веселая вещь на свете.

— Вы сейчас домой? Я могу вас подвезти.

Полина замялась.

— Знаете, Максим Викторович, я бы хотела прогуляться. Погода такая хорошая. Наконец-то весна пришла.

— И где вы собрались прогуливаться, если не секрет?

— Да просто по Москве пройтись. Мы с Ленкой раньше, когда еще в школе учились, по выходным всегда по центру гуляли. Просто выходили где-нибудь, например, на Таганке, и шли, куда глаза глядят.

— Вы меня простите,