Кровавые деньги - Фергюс Хьюм

монокль – это бесспорно он. Меркер не так умен, как мне казалось, – ему было бы разумнее как-то изменить внешность. Впрочем, этот плут настолько дерзок, что, возможно, не счел нужным скрывать лицо или менять одежду. Меня озадачивает другое, – сказал Джим, прощаясь с пожилой дамой. – Как ему удалось одурманить Элисон? Ведь она тут же вышла бы, завидев, как он входит в зал ожидания.

Разумеется, ни мисс Ярдли, ни кто-то еще не могли ответить на этот вопрос, поэтому Джим вернулся на вокзал и, уведомив Фодио, ближайшим поездом отправился в Лондон. Ближе к вечеру он вернулся в свое жилище, где его ждали не только негр, но и кипевшая от ярости донна Кристина. Видимо, Фодио не терял времени и сумел заручиться поддержкой испанки, охотно пошедшей ему навстречу, – она была готова повесить и четвертовать Меркера за его предательство. Донна Кристина являла собой идеальный пример отвергнутой женщины, ибо ее страстная любовь к исследователю сменилась не менее страстной ненавистью.

– Негодяй, чудовище, животное, гремучая змея, подлый лжец! – кричала донна Кристина, в безудержной ярости вышагивая по маленькой гостиной Карвера. – Он поклялся мне, что все слова сеньоры – ложь! Уверял, что не делал ей предложения, даже в мыслях такого не было, что не любит ее и никогда не полюбит. И все это время, все это время, – донна Кристина сжала горло, чтобы сдержать страстный крик, – он обманывал меня, разбивал мне сердце, обращался со мной как с куском грязи, который топчут ногами. Но я отомщу. Я ему отомщу. Тюрьма – нет! Бесчестье – тоже нет! Этого мало. Его повесят.

– Повесят! – резко повторил Карвер. – Вы хотите сказать, что Меркер убил…

– Пока я ничего не утверждаю, – перебила его донна Кристина, пытаясь взять себя в руки. – Но мне есть что сказать, когда я встречусь с этим злодеем лицом к лицу. Он обманул меня, предал меня, и он за это ответит. Я считала его человеком пусть не мудрым, но умным. Но обидеть меня? На это не отважится даже круглый дурак!

– Послушайте, сеньора Пинзон, – решительно сказал Джим, – наверное, вам известна подлинная правда об этом убийстве, и Меркер имеет к нему прямое отношение. Мое мнение: он вернулся в Бан-хаус, когда Фодио вышел от мистера Уэлдона, и проник в спальню, чтобы украсть амулет. Мистер Уэлдон от шума проснулся и таким образом встретил свою смерть. Чтобы замести следы, Меркер запер дверь спальни и выбрался через окно по веревке. Разве это не так?

– Откуда мне знать? – угрюмо пробормотала донна Кристина. – Я приняла снотворное.

– Но оно не помешало вам увидеть Меркера, когда он заглянул в вашу комнату.

– Заглянул в мою комнату! – вскричала женщина в ярости. – Он ни за что бы не осмелился. В любом случае я ничего об этом не знаю. Миссис Кроншоу, уходя, видела: я крепко сплю. Она сама дала мне снотворное, сеньор Карвер. Спросите ее, если не верите мне.

– Верю, – сказал Джим с сарказмом, – но вы то вспыхиваете, то остываете. Только что бурно клеймили Меркера, и тут же встали на его защиту.

– Я его не защищаю.

– Простите, мадам, но мне кажется, что защищаете, – вмешался Фодио, слушавший их разговор с большим вниманием. – Этот человек вас презирал…

Донна Кристина снова вскрикнула.

– Что? Он меня презирал? Меня?

– Разве не ясно, что он предпочел другую женщину? – Фодио, видя, что ее тщеславие оскорблено, продолжал настаивать на своем. – Он считает, что мисс Уэлдон красивее вас, умнее, более…

– О-о! – Испанка опустилась на стул, ударила сжатыми кулаками по коленям. От ярости она едва могла говорить и выстреливала фразами из родного языка, как всегда, когда была в гневе. – Лас кортесес палабрас вален мучо и куэстан поко, сеньор[5]. Вы меня оскорбляете!

– Я говорю вам правду! – не отступался Фодио. – Если он не думает так, как я говорю, зачем ему уводить мисс Уэлдон? Он явно хочет жениться на ней.

– Этого не будет! Никогда! Никогда! Мне придется многое сказать, если он решится на такое. Его женой буду я. Я, которая сейчас говорит с вами.

– Что? – Джим поднял брови, вежливо удивившись. – После того, как он обошелся с вами так подло?

– Я презираю его. – Донна Кристина вскочила на ноги в безудержной животной ярости. – Моя любовь к нему превратилась в ненависть. Раз он так обошелся со мной, я обреку его на страдания. Слушайте оба. Пол – это Ибено.

Джим в изумлении поднялся, Фодио лишь гортанно хмыкнул с удовлетворением.

– Я так и думал, – сказал он, кивнув Джиму. – Незадолго до смерти мистер Уэлдон услышал на собрании нечто неожиданное. Он не знал, что мистер Меркер – это Ибено, но решил, что это один из его приспешников. И послал меня во Францию, чтобы я выяснил истину у французского миссионера.

– И миссионер в Бордо сказал, что Меркер – это и есть Ибено? – спросил Джим, совершенно ошеломленный этой поразительной новостью.

– Нет. Он не был в этом уверен, хотя и подозревал. Но абсолютную правду знает Нгвам; полагаю, он поделился ею с мистером Уэлдоном, и у мистера Меркера появились все основания заткнуть ему рот.

– Конечно, конечно, – взвился ошарашенный Карвер. – Если власти узнают, что Меркер – это Ибено, его карьере конец.

– Его повесят, – невозмутимо сказала донна Кристина. – Ибено разыскивают за множество убийств как в Акпаме, так и в землях Орах.

– Вы в этом уверены, сеньора? Говорят, что Ибено – сенусси и был любимым рабом Контагоры.

– Ха! Пол пустил этот слух ради собственной безопасности. Собираясь совершить налет, он вымазывал тело сажей и надевал местные одежды в разрушенном городе Озу. Оттуда он под именем Ибено отправлялся грабить и убивать. А когда уставал или чувствовал себя в опасности, он снова становился европейцем и возвращался в мир цивилизации. Никто никогда не подозревал, что Пол Меркер и есть Ибено, поэтому его и не поймали. Но я знаю правду. – Донна Кристина прижала руку к груди. – Да, я клянусь. Я была в Нигерии и проникла в тайную жизнь Пола. Я слишком любила его и не могла предать, а он обещал сделать меня своей женой. Но теперь он обречен на страдания. То, что вы сейчас услышали, завтра я скажу в вашем Министерстве колоний.

– Нет, – решительно возразил Фодио. – Если мистера Меркера загнать в угол, он может убить мисс Уэлдон.

– Не посмеет, – воскликнул Джим, побледнев.

– Ты не представляешь, Карвер, какие истории я слышал о жестокости Ибено. Как мистер Меркер, он цивилизован, и мисс Уэлдон с ним в безопасности. Но как только узнает, что его тайна раскрыта, он пойдет на все. И, прежде чем его изобличить, мы должны спасти мисс Уэлдон.

– Да! Да! Понимаю. Но как это сделать?

– Я могу вам