"Зарубежный детектив 2026-22". Компиляция. Книги 1-14 - Котаро Исака

Как она и думала, комната для прощания с Ючжин была устроена в самом большом зале больницы Святой Марии при Сеульском католическом университете. Ряды венков у входа, казалось, тянулись бесконечно.

Зал для прощания – это место, где собираются все, кто был связан с покойным при жизни. Михо бездумно оглядывала столы вокруг. Большинство присутствующих, казалось, принадлежали к кругу знакомых родителей Ючжин и ее мужа. Однако группа женщин, сидевших чуть поодаль, явно выделялась среди остальных. Несмотря на черные одежды, их наряды и внешний вид выглядели необычайно роскошно и броско.

Казалось, эти женщины были единственными близкими знакомыми Ючжин. Они чем-то напоминали ее саму на фотографии. Может, это ее подруги из университета или коллеги?

В этот момент в зал вернулась Сэгён.

– Звонил журналист Юн из «Гражданского журнала». Когда я сказала ему, что пришла на похороны О Ючжин… вернее, Ючжин, он начал задавать мне разные вопросы, – сказала она, садясь напротив.

– О чем он спрашивал?

– Да так, спросил, зачем я сюда пришла.

Михо хотела спросить, что именно Сэгён ответила, но сдержалась и проглотила свои слова. Нервно теребя стакан, она заметила, что помощник на похоронах принес еду. Девушки молча взяли по кусочку отварного мяса.

– Говорят, ее муж – стоматолог. У него своя клиника в Апкучжоне. – Сэгён непринужденно перевела разговор на другую тему. Видимо, она услышала это от журналиста Юна.

– И квартира у них, похоже, немаленькая.

– Они живут в комплексе «Хай Престиж» в квартале Панпходон. И семья мужа достаточно состоятельная.

Это был один из самых престижных жилых комплексов в стране, о котором даже Михо слышала. Сэгён, продолжая говорить, без особого аппетита помешивала ложкой острый суп с говядиной.

– У них было две дочери семи и пяти лет… И похоже, она была беременна.

На семейной фотографии Ючжин нежно касалась рукой слегка округлившегося живота. Михо вспомнила, как две маленькие девочки бежали к ней в объятия.

В тот день, когда Михо увидела семейную фотографию Ючжин с замазанными лицами, она решила поискать в интернете информацию об «убийстве супругов в квартале Панпходон». Люди активно обсуждали трагедию, которая, казалось, случайно постигла богатую и счастливую семью.

4 октября около 21:20 в квартиру № 702 в 102-м корпусе жилого комплекса «Хай Престиж» в Панпходоне вызвали полицию. Жертвами оказались Кан Дочжун и его жена О Ючжин.

Прибывшие на место полицейские обнаружили Кан Дочжуна лежащим на животе с ножом, воткнутым в спину, и О Ючжин – свесившейся через перила балкона. Кан Дочжун, несмотря на тяжелое ранение, выжил, но его супруга, получившая ножевое ранение в бок, скончалась от потери крови.

Это событие взбудоражило людей по множеству причин.

Трагедия развернулась в престижном жилом комплексе, что само по себе привлекло внимание. Драматичная история о внезапной беде, постигшей состоятельную семью, и ослепительная красота молодой матери, ставшей жертвой убийства, тоже не остались незамеченными. Однако больше всего людей потрясла шокирующая картина места преступления.

Говорят, что вся квартира была залита кровью. В гостиной, на кухне, в спальне, в кабинете и даже в детской – повсюду на полу виднелись следы крови, будто ее намеренно размазывали и топтали. Стены и мебель тоже были покрыты кровавыми пятнами.

Полиция заявила: «Вся кровь принадлежит О Ючжин. Похоже, преступник таскал ее, истекающую кровью, из одной комнаты в другую, заставляя что-то искать».

Положение тела женщины, в котором ее обнаружили, лишь усиливало шок от этого преступления. Тело О Ючжин свешивалось через перила балкона, словно его намеренно выставили напоказ. В тот день некоторые жители комплекса, прогуливавшиеся поблизости, приняли ее за самоубийцу и даже вызвали службу спасения 119.

Обстоятельства, при которых было найдено тело, вызвали множество споров. Одни утверждали, что они указывают на глубокую ненависть преступника к жертве, другие полагали, что женщина просто пыталась сбежать через балкон.

Несмотря на огромное внимание общественности к этому делу, следствие столкнулось с серьезными трудностями. За месяц до трагедии из-за проблем с конфиденциальностью многие камеры видеонаблюдения были демонтированы, в том числе и в коридорах подъездов. Это лишило полицию возможности установить, кто входил в квартиру и выходил из нее в день происшествия.

Место преступления обнаружила не полиция. Житель того же дома, Ким Чону, ошибочно принял О Ючжин за самоубийцу и вошел в квартиру № 702, чтобы ее остановить. Он схватился за дверную ручку голыми руками, включил свет, запачкав кровью выключатель, и наступил на кровавые следы на полу. Место преступления не было сохранено в первозданном виде, и неизвестно, сколько улик преступника было уничтожено его действиями.

Полиция заявила, что рассматривает версию о причастности к преступлению постороннего, но проверяет и круг общения мужа.

Услышав от Сэгён о похоронах Ючжин, Михо не просто заинтересовалась этим делом, но начала глубже вникать в его детали. В какой-то момент она осознала, что полностью погружена в расследование. Это дело стало ее одержимостью, словно личной миссией.

Михо не просто искала и читала все статьи о происшествии, но и присоединилась к сообществам, посвященным анализу криминальных дел. Она настроила уведомления так, чтобы сразу получать оповещения о новых постах, и иногда просыпалась посреди ночи, чтобы сесть за компьютер и провести время до утра в обсуждении новых деталей дела.

– Похоже, полиция сосредоточилась на проверке людей из окружения мужа. Они проверяют финансовые связи и возможные конфликты, – сказала Сэгён, и Михо подняла голову.

– А как насчет окружения Ючжин? Ведь преступник таскал по квартире не мужа, а ее. И даже выставил ее тело на балкон.

Она никак не могла отделаться от мысли, что трагедия началась не с мужа, а с Ючжин.

– О Ю… Нет, Ючжин, похоже, сразу после свадьбы уволилась с работы. После рождения детей она полностью посвятила себя их воспитанию, поэтому полиция, вероятно, решила, что в ее окружении не было людей, с которыми могли бы возникнуть конфликты или пересечься интересы.

Михо собиралась возразить, но в этот момент в похоронный зал вошли две