Белый слон - Тэви Тернер

Я, нижеподписавшийся Дэйв без определённого места жительства, подтверждаю, что в ночь с 9 на 10 июня текущего года, находясь в здании закрывшейся пиццерии «Онестаментэ», видел возможного убийцу дорожного инспектора Ванессы Руж…

Все бывшие возвращаются. Не всегда открыто и таким образом, как можно было бы ожидать, но прежние места они посещают обязательно. То же касается и преступников, в особенности убийц. Будучи убеждённой в этом, Николь по окончании рабочего дня направилась не домой, а к переулку возле закрытой пиццерии на проспекте Генриха Бьюри.

Спроси её кто, почему маньяк должен был вернуться на место преступления именно в этот день и конкретно в то время, когда рядом будет она, Эванс не смогла бы ответить. Она просто отпустила мысли и попыталась на время почувствовать себя Маркусом Кёнингом – детективом, который идёт на поводу у собственного чутья.

Припарковавшись на углу почти в том же месте, где и в день убийства, но чуть ближе к заброшенному зданию, чтобы из салона открывался вид на запасной выход из пиццерии, она начала ждать.

До глубины подворотни не добивали фонари с проспекта, а от луны в затянутом облаками и смогом небе виднелась едва уловимая полоска, не способная осветить ничего. Этот чуть тлеющий над зданиями жёлтый ноготь вторых лунных суток опроверг ещё один стереотип, в который верила Николь, – серийные убийцы действовали в любое время, а не только по полнолуниям. Если, конечно, маньяк был настоящим и вместо него не действовала группа сообщников.

От прошедшего несколько дней назад дождя не осталось и следа. Палящее солнце высушило всё вокруг настолько, что, казалось, едва напитавшийся влагой мегаполис сжался и усох совсем до провинциальной деревушки. Ничтожно крохотными воспринимались и однополосная дорога между зданиями, на которой убийца оставлял «Сеал Бриз», и здание пиццерии, и сама Эванс.

Масштаб планирования убийцы представлялся лейтенанту настолько всеобъемлющим, точно на подготовку к преступлениям тот потратил не один десяток лет. В голове Николь не укладывалось, что нужно было знать о работе полиции, чтобы открыть охоту на копов и уже дважды не оставить после себя лишних следов или свидетелей.

Вся затея с поимкой подозреваемого на месте произошедшего пару дней назад убийства вдруг показалась ей глупейшей из возможных. Она уже потянулась к замку зажигания, чтобы запустить двигатель, когда в малоосвещённом переулке от стены отделилась сгорбленная тень.

Даже не оглядываясь по сторонам, будучи полностью уверенным в своей безнаказанности, обладатель тени подкатил к пожарной лестнице мусорный бак и, взгромоздившись на него, подпрыгнул. Подтянувшись на второй ступеньке и оттолкнувшись ногами от стены, человеческий силуэт забрался на крышу и спустился внутрь здания пиццерии через люк. Это было умно, учитывая, что выломанную дверь восстановили и опечатали полицейскими пломбами.

Подождав с минуту, Эванс покинула машину, осторожно прикрыла дверь и, даже не ставя авто на сигнализацию, побежала к мусорному баку. Стоять на нём из-за уклона дороги в сторону проспекта было непросто – он так и норовил покатиться вниз.

Неизвестный явно был выше ростом, потому что ей едва удалось допрыгнуть до первой ступеньки пожарной лестницы. Ржавый холодный металл обжигал ладони. Николь по примеру преследуемого оттолкнулась от стены и вскарабкалась вверх. Рассохшийся рубероид на крыше предательски хрустел хлопьями под её ногами, но она быстро сориентировалась и перешла на жирную полосу смолы, в которой растворялись звуки шагов.

Задержавшись возле люка, помощник детектива прислушалась. Внутри мужской голос пел что-то невнятное, точно пытался воспроизвести слова песни на незнакомом языке. Это было хорошо, увеличивало шансы спуститься более скрытно.

Сжимая в руке заранее приготовленный пистолет, Николь сняла его с предохранителя и начала спускаться вниз по такой же ржавой, как и наружная, внутренней эвакуационной лестнице.

– Осторожнее, следующей нет, – послышалось откуда-то сзади.

Нога Эванс, не обнаружив опоры, провалилась в пропасть. Одной рукой удержаться за шелушащийся металл оказалось невозможно. Падение завершилось мягким приземлением в чьи-то мощные руки.

Подняв взгляд, Николь увидела перед собой беззубую улыбку сквозь рыжую бороду и голубые мальчишеские глаза бездомного. Её обожгло осознание, что если перед ней убийца, то спастись не удастся, ведь пистолет отлетел куда-то в сторону и каким-то чудом не выстрелил от падения на бетон.

– Предупреждал же, – с долей обиды в голосе сказал незнакомец.

Он мягко поставил её на ноги возле лестницы, а сам наклонился за её служебным оружием. Повертел его в руках перед закреплённым с помощью прищепки на груди своего плаща фонариком для чтения.

– Восемьсот двенадцать, сто тридцать один, – прочитал он номер пистолета. – Следи за этой байдой, не перепутай.

С этими словами он протянул оружие лейтенанту рукояткой вперёд. Та поспешно поставила предохранитель и убрала пистолет в кобуру. Перед ней стоял бездомный, который, как можно было судить по тому, что он спас Эванс от падения и вернул ей ствол, был безопасен.

– Вы здесь из-за того трупа? – спросил бродяга. – Меня Дэйвом звать, можно просто Байда.

Николь неуверенно пожала его мозолистую руку с обгрызенными шелушащимися пальцами.

– Вам что-то известно об убийстве? – спросила она, оглядываясь.

Судя по обстановке, помещение раньше занимал кабинет руководства общепита. В углу ещё остались кресло и рабочий стол, заваленный разнообразными журналами, буклетами и газетами. У батареи под окном лежал смятый вытертый матрац. Прибежище Дэйва выглядело чистым и давно обжитым.

– Да байда это всё, – махнул рукой бездомный. – Вашего убийцу уже ловили.

– Рецидивист? – уточнила Николь. – Кто это? Откуда вы знаете?

– А я видал его и в газетах старых, и тут внизу, – объяснял Дэйв. – С ним полицейская была, он её поил какой-то байдой с канистры.

Дэйв извлёк из-под своего плаща перемотанные на переносице скотчем очки на цепочке и набросил на нос. Они явно раньше принадлежали какой-то старушке. Бездомный принялся рыться в бумагах на столе, подсвечивая страницы своим маленьким фонариком.

На мгновение Эванс показалось, что бродяга знает о чём говорит, однако когда он открыл рот, стало ясно, что перед ней умалишённый.

– Он убьёт ещё троих, – подчеркнул Дэйв. – Но так и останется мёртвой жертвой.

– А что ещё он делал с той девушкой внизу? – спросила Николь.

Она понимала: бездомный вполне мог узнать об инциденте из СМИ, а всё остальное дофантазировать. Правда, одну деталь журналисты так и не выяснили.

– Пристегнул к креслу, хотя она и не сопротивлялась – без сознания была… – жевал губы Дэйв, вспоминая. – Он байду эту заранее сюда приволок, я ещё думал, что за байда и зачем… А, ну и когда вот напоил её, начал стричь.

Вот оно. Про пропажу волос с тела убитой информация никуда не