Пёс неприкаянный - Татьяна Нильсен

— Знаешь, Роза, сегодня я узнал, что моя жена мне изменяла. И делал это у меня под носом несколько лет. Ну, два года это точно.

— Перестаньте, Евгений, — Розочка никак не могла привыкнуть к неформальному общению и перескакивала с «ты» на «вы» и обратно. — У тебя стресс, вот тебе и мерещатся всякие каверзы.

— Я узнал это сегодня, — Евгений не обращал внимание на гостью, ему хотелось выговориться, вылить свою горечь словно водку. Он попытался передать часть обиды другому человеку.

На кафедре Евгений Александрович почти не замечал коллегу то ли из-за её невысокого роста, то ли из-за своего завышенного самомнения. Она преподавала социальную философию не больше года. Его жизненные перипетии владели всем его вниманием. Сташевский закинул ломтик колбаски в рот и прожёвывая заговорил:

— Этот мужчина богат. Он сотрудник министерства топливной промышленности. Большая шишка. Мужчина одаривал её дорогими подарками. Привозил из-за границы всякие вещи. А я жил с ней и не обращал внимания. Думал, что платья с туфлями подделки и куплены на рынках. Я обнаружил его в социальных сетях. В одноклассниках он выставил школьную фотографию. Там же и моя жена. Вероятно они встретились и у них завязался роман. Опять же из социальных сетей выяснилось, что он неисправимо женат и имеет несколько детей. Клерки высокого ранга не разводятся. Придя к власти, чинуши не могут обогащаться открыто, поэтому все активы прячут за спинами жён, детей и других родственников. А при разводе рискуют потерять всё. Я думаю, что он снимал для них какую-нибудь квартиру в тихом районе.

— И что он не появлялся и не предлагал помощи, пока твоя Анна страдала от болезни?

— И вот представляешь, в каком она оказалась капкане! Взять от любовника помощь, значит открыть передо мной эту связь! Я бы обязательно спросил, откуда деньги. Вот она эту злость выливала на меня. Каждый день этой грёбаной болезни Анна винила меня в этой самой болезни! А он не принимал никакого участия, потому что не хотел рисковать семейными узами! Ему было плевать на любовницу, которая угасала со скоростью кометы, летящей в космосе. И только я возился с женой, водил в туалет, возил по больницам, готовил бульоны и диетическую еду. А она злилась на меня то ли из-за того, что любовнику стала уже не нужна, то ли совесть мучила из-за измен. Я не знаю! Мне сложно понять мотивы жены. А сейчас и вовсе не с кого спросить.

Розочка с тоской в глазах слушала откровения мужчины. Она смотрела на него распахнутыми карими глазами и плевать хотела на его жену и на её любовника. Самым важным был он и она. Остальное вообще чушь! Всё перемелется, душа успокоится, раны затянутся. А уж она сделает всё возможное, чтобы Женя чувствовал себя любимым и единственным!

«Ничего, — думала женщина, — ночью все кошки серые. — Наступит утро, выглянет солнце и жизнь начнётся сначала. Перемелется — мука будет!»

Сташевский проснулся от запаха еды. Он сто лет ничего не готовил. И столько же ничего не покупал из натуральных продуктов. Вся нехитрая еда разогревалась в микроволновой печи в магазинных упаковках. А до спальни дотянулся запах жареного бекона и яиц. Он сел на широкой кровати и осмотрелся — спал в одежде и не чистил зубы накануне, ещё алкогольное амбре поганило дыхание. В памяти всплыла Розочка — невысокая, фигуристая, чернявая. Словно бордовый бутон чайной розы на тонкой ножке. Женька испугался — вдруг сблизился с дамой по-пьянке. Ну, совсем бы ни к чему. Он-то понятно! Только ей зачем престарелый, потасканный жизнью, неприкаянный пёс. Сташевский отогнал от себя крамольные мысли — а ничего и не произошло кроме пьянства. Это тоже не очень хорошо, но гораздо хуже, если бы случилось пьяное, амурное соитие. Вдруг в памяти всплыло вчерашнее открытие связанное с Анной и душа снова заныла, как от зубной боли.

Он бы ещё полежал, голова кружилась, но очень хотелось пить. Женя пошарил ногами в поисках тапочек, но ничего не найдя, мысленно махнул рукой и направился в сторону кухни босиком.

— Привет, — Евгений заполнил весь проём двери. Он знал, что выглядит лохматым, небритым, неухоженным, от этого неожиданно смутился. — Ты здесь ночевала? — он заметил, что собутыльница выглядит безупречно, словно накануне и не пила вовсе.

Его вопрос прозвучал как-то грубо и Сябитова слегка сжалась.

— Наш банкет закончился глубокой ночью. Я побоялась ехать к себе через весь город одна, — Роза засуетилась. — Давай поедим и я уже отправлюсь домой.

— Роза ты меня извини. Я наверное вчера много лишнего наговорил, — Евгений сел на стул. — Я не пью, а вчера что-то на меня нашло.

— Один учёный, — начала издалека Сябитова, стоя у окна. — Нашёл преступника приговорённого к смертной казни на электрическом стуле. За плечами этого упыря насчитывалось несколько кровавых смертей. Он уговорил серийного убийцу поучаствовать в психологическом эксперименте. Учёный муж пообещал безболезненную и спокойную смерть. Через надрез в руке, кровь капля за каплей покинет тело. Заключённый естественно согласился. Он решил, что безмятежная кончина предпочтительнее той, которая ждёт на электрическом стуле в конвульсиях и муках. Убийце завязали глаза и поместили на кушетку, а внизу установили металлическую чашу. На руке сделали надрез, но совсем не глубокий. Рядом поставили бутыль с водой из которой капала вода. Подопытный слышал, как капли ударяются сначала о дно таза, а вскоре о поверхность накопившейся жидкости. Он находился в полной уверенности, что это его кровь покидает тело. Постепенно учёный начал замедлять скорость падающих капель, создавая тем самым иллюзию ослабления потока. Вскоре заключённый стал бледнеть, его сердце стало учащённо биться, на лбу появилась испарина. Когда звук падающей воды прекратился совсем, пациент скончался, несмотря на то что не потерял ни одной капли крови.

Роза оторвалась от подоконника разлила по чашкам кофе и села напротив.

— Пей кофе, пока не остыл. Я, правда, не в курсе, какой ты предпочитаешь. Ну, в смысле, с молоком, с сахаром?

— Только чёрный, — отозвался Сташевский.

Он понял к чему гостья затеяла этот рассказ, но от назиданий ему не стало легче. А Розочка не унималась:

— А эксперимент показал жуткую истину — человек верит в то, что считает реальностью. Нет зла или добра, есть только наше отношение к этим понятиям. Разум может обманываться до бесконечности. Он придумывает собственную правду. Иногда препятствия кажутся непреодолимыми. Если