"Зарубежный детектив 2026-22". Компиляция. Книги 1-14 - Котаро Исака

— Что не так? Почему дерьмо?

— Мы почти прибыли в Омия. Там нас будут ждать с проверкой люди Минэгиси.

Минэгиси подозревал всех и каждого и никому не доверял — возможно, потому, что уже очень давно руководил криминальной организацией. Он твердо верил в то, что если у кого-то есть малейшая возможность тебя предать, он, вне всяких сомнений, это сделает. Поэтому даже когда сам Минэгиси нанимает кого-нибудь на работу, он всегда предпринимает все меры предосторожности, чтобы не получить удар в спину.

В их случае он боялся, что Мандарин и Лимон заберут чемодан с деньгами и скроются. Или что, забрав его сына у похитителей, сами будут удерживать его в заложниках и потребуют новый выкуп.

— Я глаз не спущу с вас двоих, чтобы вам не пришло в головы меня кинуть, — сказал он на их последней встрече, прямо заявив, что не доверяет им.

Так что на каждой станции по пути их следования до Мориока их ждет один из подчиненных Минэгиси, чтобы убедиться в том, что Мандарин и Лимон не сошли с поезда, не замышляют выкинуть какую-нибудь глупость и что с сыном их босса всё в порядке. Естественно, когда Минэгиси нанимал их на работу, у Мандарина и Лимона и мысли не было о том, чтобы его предать, так что, услышав его условия, они нисколько не смутились. «Конечно, без проблем, следите за нами, если считаете нужным», — добродушно заявили оба.

— Не мог себе представить, что все так обернется…

— Аварии случаются. Об этом даже есть песенка у «Томаса и его друзей»: «Аварии случаются опять и опять, но не стоит о них день и ночь горевать…»

— Тебе следовало бы погоревать об этом хотя б немного.

Но Лимон, похоже, даже не услышал, что сказал ему Мандарин, потому что он начинает радостно распевать свою песенку, время от времени вставляя комментарии типа: «Отлично сказано!», «“Томас и его друзья” — реально глубокий мультик» и прочее в этом роде.

— Эй, погоди минутку. — Он наконец смотрит на Мандарина. — Человек Минэгиси ждет нас на платформе. Думаешь, он собирается зайти в поезд?

— Хотел бы я знать, — отвечает Мандарин. В детали их не посвящали. — Возможно, он просто будет стоять на платформе и посмотрит на нас через окно.

— Но если это так, — говорит Лимон, наклоняясь вперед и указывая на мертвое тело возле окна, — нам нужно представить все так, будто он спит, а мы просто улыбнемся и помашем, и тот тип на платформе ничего не заподозрит.

Интуиция подсказывает Мандарину, что оптимистическое предложение Лимона вообще-то так себе, но, возможно, это правда сработает. Это сработает, если человек Минэгиси не станет заходить в поезд.

— Ну, я имею в виду, если пацан сидит здесь, с нами, с чего им думать, что он мертв, верно?

— Возможно, ты и прав. Я, наверное, тоже ничего не заподозрил бы.

— Ну вот, ты тоже со мной согласен, что они никогда не поймут разницы.

— Но если по какой-то причине он что-то заподозрит, то может зайти в поезд.

— Поезд стоит в Омия примерно одну минуту. У него не будет времени проводить тут инспекцию.

— Мм… — Мандарин пытается представить, какие приказы он отдал бы своим людям на месте Минэгиси. — Я практически уверен, что ему сказано оставаться на платформе, посмотреть на нас в окно и, если он что-то заподозрит, позвонить Минэгиси.

— «Босс, у вашего сына было такое лицо, прямо как у мертвеца. Наверное, он был мертвецки пьян…» Ага. И что произойдет потом, как думаешь?

— Возможно, Минэгиси догадается, что его сын не может быть пьян, и начнет подозревать, что тут творится что-то неладное.

— Думаешь, догадается?

— У криминальных шишек вроде него нюх на такие вещи. Поэтому могу предположить, что на станции Сэндай, которая сразу за Омия, нас будет встречать целая толпа его людей, и у них точно не будет никаких проблем с тем, чтобы зайти в поезд и разобраться с нами.

— А что, если мы отберем телефон у мужика, который может позвонить Минэгиси и передать ему информацию? Если он не сможет ему позвонить, то Минэгиси на нас не будет сердиться. Этот мальчишка жив, пока никто не знает, что он мертв.

— Такой человек, как Минэгиси, наверняка имеет несколько способов связи со своими людьми, не только по телефону.

— Например, гонцов? — Почему-то Лимону эта идея нравится. — Точно, у него есть целая куча гонцов, которые бегают и передают сообщения, как в стародавние времена; почему бы такому большому боссу не содержать целый штат гонцов, как думаешь?

— А что насчет цифровых рекламных щитов? Может, его человек может каким-то образом передать сообщение на такой щит. Написать на нем: «Твой сын убит!»

Лимон несколько раз удивленно моргает, уставившись на Мандарина.

— Ты это сейчас серьезно?

— Я пошутил.

— Шутки у тебя дурацкие… — Но, судя по всему, идея его весьма вдохновляет. — А что, нам обязательно нужно такое попробовать. В следующий раз, когда мы закончим работу, давай напишем сообщение клиенту на гигантском видеоэкране на бейсбольном стадионе: «РАБОТА ВЫПОЛНЕНА! ГРАНДИОЗНЫЙ УСПЕХ!»

— И какой в этом смысл?

— Это будет весело! — Лимон улыбается как маленький ребенок. Затем он достает из кармана кусочек бумаги и начинает что-то писать на нем шариковой ручкой, откуда-то появившейся в его пальцах. — Вот, возьми это.

Он протягивает бумажку Мандарину, и тот забирает ее. Это лотерейный билет из супермаркета.

— Не, ты посмотри на обороте, — говорит Лимон. — Переверни его.

Мандарин переворачивает билет и обнаруживает там нарисованный паровозик с круглым лицом. Сразу даже и не скажешь, хорошо он нарисован или плохо.

— Это еще что такое?

— Это Артур. Я имя его тоже там написал. Застенчивый поезд бордового цвета. Он очень старательный в