Маска тишины - Наталья Николаевна Тимошенко

— Чудесно, — усмехнулся Дэн, стряхивая с волос воду. — Прямо декорации для хоррора.

— Если ты сейчас начнешь пугать нас историями про призраков, я тебя выселю в курятник, — предупредила Лу.

— Сначала найди его, — парировал Дэн. — Ты что, боишься призраков?

— Завтрак? — осторожно спросил тем временем Стефан. — Э-э-э… πρωινό, ναι[7]?

– Ναι, πρωινό μόνο[8], — кивнула старушка. — Στις οκτώ, θα φέρω ψωμί, τυρί, ελιές[9].

— Завтрак в восемь, — снова перевел Стефан остальным. — А ужин… э-э-э… dinner… вечер?

– Όχι, — замотала головой хозяйка. — Μόνο πρωινό[10].

— Понял, — вздохнул Стефан. — Only breakfast[11], ребята.

Старушка показала жестом в сторону двора:

– Νερό στο πηγάδι[12], — пояснила она.

— Водопровода нет, — криво улыбнулся Стефан. — Как в старые времена.

— Охренеть, — тихо прокомментировала Лу.

– Και… — старушка нахмурилась, показала на дверь, сложила ладони у щеки, изображая сон. — Μην αφήνετε την πόρτα ανοιχτή τη νύχτα, έρχονται γάτες[13].

Стефан тихо рассмеялся.

— Понял, — кивнул он.

Убедившись, что он понял правила дома, хозяйка указала на лестницу. Очевидно, спальные комнаты находились наверху. Стефан думал, что старая гречанка не станет подниматься с ними, но та, ухватившись за перила, бодро взмахнула наверх. Остальные поднимались куда медленнее и осторожнее.

Оказалось, что курятник, которым пугала Дэна Лу, нашелся куда быстрее, чем они ожидали. Когда хозяйка, наконец представившаяся Димитрой, показала им три комнаты: одну побольше для Стефана и Лины, одну маленькую, но уютную для Лу, и последнюю, где потолок был настолько низким, что Дэну пришлось пригнуться, — Лу залилась смехом.

— Ну вот, — вытирая слезы, выдала она. — Я же говорила, что тебе придется ночевать в курятнике.

— Очень смешно, — проворчал Дэн, пытаясь выпрямиться и врезавшись макушкой в потолочную балку. — Ага, супер. Отличный отдых.

Он втянул сумку внутрь, огляделся. Комната была настолько крохотной, что, кроме узкой кровати и старого сундука, который можно было использовать и как шкаф, и как стол, в ней ничего не поместилось. Через закрытые ставни поблескивали всполохи молнии, а возле окна на полу уже разливалась дождевая лужица.

— Смотри с позитивной стороны, — предложила Лина, стараясь не рассмеяться. — Здесь хотя бы нет дождя.

— Завтра я первый проснусь и разбужу вас всех, — пригрозил Дэн, снимая мокрую футболку. — Едва ли я смогу здесь долго спать.

— Можешь еще насест сделать из чемодана, — не унималась Лу. — Все аутентично будет.

— Ты договоришься, что я поменяюсь с тобой комнатами, — буркнул Дэн. — Все, валите отсюда, дайте переодеться.

Он выставил Лу, заглядывавшую в комнату, в узкий коридор и захлопнул перед ее носом дверь. От удара дом содрогнулся, и что-то упало внизу. Похоже, оборвался один из тазов, висящих на стене. Оставалось надеяться, что он не придавил Димитру, которая оставила гостей одних и как раз была где-то внизу. Через пару секунд хлопнула еще одна дверь — хозяйка ушла к себе.

Попрощавшись с Линой и Стефаном, Лу скользнула к себе в комнату. Та оказалась ненамного больше спальни Дэна, но и Лу была куда миниатюрнее. Быстро стянув с себя уже почти сухую одежду, Лу скользнула под одеяло. Несмотря на опасения, то было чистым, хрустким и приятно пахнущим какими-то травами. Гроза никуда не собиралась уходить, то и дело освещая комнату даже через закрытые ставни, гром громыхал так, что, казалось, при очередном ударе домик развалится на части, а дождь хлестал по крыше с такой силой, что Лу не слышала собственных мыслей. Она думала, что не сможет уснуть при таком шуме, но усталость взяла свое, и Лу вырубилась еще до того, как стихли голоса за стенкой.

Глава 6

Утром Лу внезапно проснулась от… тишины. Проснулась — и испугалась. Вечером был такой сильный шторм, гроза, и в первое мгновение, когда мозг еще не до конца проснулся, она подумала, что дождь смыл ветхий домишко и она умерла, отсюда и тишина. И только распахнув глаза и увидев над собой беленый потолок и деревянные балки, Лу выдохнула и усмехнулась собственной глупости. Сквозь закрытые ставни проникал яркий солнечный свет, говоря, что шторм давно закончился.

Лу поднялась с постели, распахнула окно. То выходило на отвесную стену горы, поэтому она ничего не смогла рассмотреть, но услышала где-то внизу голоса. Значит, ее спутники уже проснулись. И если она не хочет, чтобы они оставили ей только корочку хлеба и косточку от оливки, ей следовало поторопиться.

В углу комнаты Лу только сейчас заметила таз, наполненный чистой водой, и полотенце на гвоздике рядом. Очевидно, это вместо умывальника. Однако выбирать не приходилось, все лучше, чем идти к колодцу. Лу как раз промокала лицо полотенцем, когда услышала за спиной какой-то шорох. Медленно опустила полотенце, обернулась. В комнате она была одна, а шорох доносился из-под кровати. Вот только мышей ей и не хватало!

Не подходя ближе, Лу опустилась на колени и осторожно заглянула под кровать. Расстояние было слишком большим, чтобы она что-то разглядела, но большую тень заприметила. Тень шевелилась, но нападать не собиралась. На мышь не похоже, а, какие еще животные могут водиться на острове, Лу не представляла. В любом случае, главное не орать громко, не позориться.

Не вставая на ноги, Лу доползла до кровати, взяла телефон и включила фонарик. Снова медленно наклонилась и посветила под кровать.

На каменном полу, разогнав по сторонам клубки пыли, лежал большой полосатый кот. Когда Лу посветила на него, кот сощурился, перевернулся на другой бок и вытянул лапы, став длиннее раза в два.

— Эй, полосатый, ты что здесь делаешь? — тихо спросила Лу.

Кот не ответил. Впрочем, это было даже к счастью.

— Ты как здесь оказался?

Снова презрительное молчание.

— Ну и ладно, — Лу положила телефон на кровать, поднялась на ноги. — Хочешь спать — спи. А я пойду завтракать, пока без меня все не съели.

Неизвестно, знал ли кот русский язык или слово «есть» понимал на всех диалектах, но он тут же вылез из-под кровати, смахнул с усов прилипшую к ним паутину и посмотрел на Лу. Та наклонилась, взяла его на руки и вместе с ним спустилась вниз.

Все уже действительно проснулись и сидели не в общей комнате, которую Лу заприметила вчера, а на террасе у входа. Небольшой деревянный стол был завален тарелками с хлебом, сыром, тонкими кусочками мяса, оливками, джемом и еще чем-то, прикрытым салфеткой. На столе также стоял эмалированный, до ужаса закопченный чайник, из носика которого шел пар.

— Проснулась наконец, — прокомментировал Дэн, увидев