Тайна «Лисьей норы» - Виктория Борисовна Дьякова

обстоятельствах несчастной женщины, которой пришлось его продать. Выдержав паузу, раскрыла зеркальце, намереваясь показать «японские чудеса». Действительно, на стене появились веера и ветки сакуры. Количество слушателей росло буквально на глазах. «Лайки» сыпались щедро.

Вдруг повернув зеркало к себе, Настя вскрикнула и отпрянула – в отражении она вдруг увидела отвратительную старуху со сморщенной кожей. Лицо почернело, нос ввалился, а кожа на губах потрескалась, обнажая зубы. Спокойно наблюдать этот ужас Настя, конечно, не могла. Но и рассказать слушателям – тоже. Отложив зеркало, она собралась с силами и вынудила себя вежливо улыбнуться. Извинившись, прервала трансляцию, сославшись на неотложные дела.

Настя не могла поверить в то, что увидела. Как такое может быть? Она осторожно приблизила зеркало к себе, опасливо взглянула – на этот раз она не увидела ничего, кроме своего привычного отражения.

«Это все усталость, – решила она. – Да и кофе сегодня выпила многовато. Надо принять душ и отдохнуть!» Настя еще раз взглянула на себя в зеркало и, взяв халат, направилась в ванную. Выходя из комнаты, она инстинктивно обернулась – и обомлела. Ее изображение не исчезло из зеркала, оно смотрело на хозяйку. Настя приблизилась к дивану, на котором лежало зеркало. Нет, показалось. Блестящая поверхность отражала только лепнину на стенах в старинной квартире – и больше ничего. «Опять почудилось», – успокоила себя Настя.

Однако и ночью, и утром следующего дня Настя не могла избавиться от ощущения, что за ней кто-то следит. Она жаловалась шоферу, но тот ничего подозрительного не обнаружил. Жаловалась Добровольскому, но тот и вовсе покрутил пальцем у виска, мол, ты, вообще, ку-ку. «Просто психованная стала!»

Сквозь сон девушке мерещились длинные тени, напоминающие пауков, карабкающихся по стенам. Они заполняли собой все пространство. Настя вздрагивала от каждого шороха, пугалась любых резких звуков. Зеркало все чаще показывало ей изуродованное черной гнилью лицо. Она спрятала его в комод и боялась доставать. Однако чудовище из зеркала не покидало свою жертву. Оно переселилось в витрины магазинов, смотрело со всех стеклянных поверхностей, даже со столика в ванной. Оно чудилось Насте во всех зеркалах – а зеркал было много, особенно в офисе агентства.

Страхи довели Настю до того, что она не смогла работать, вконец переругалась с Добровольским, и он уволил ее. Так что девушке пришлось отказаться от большой квартиры на улице Рубинштейна, так как платить за нее она не имела средств, и снять маленькую студию в новом районе на Парнасе. На новом месте Настя сразу избавилась от всех зеркал и прочих отражающих поверхностей. Она даже перестала пользоваться смартфоном и компьютером, лишь бы никогда не видеть уродливого лица, преследующего ее, и довольствовалась простым кнопочным телефоном.

Зеркало Энн Джонс Настя хотела выбросить при переезде, но – вот удивительно! – сколько ни искала, не нашла. И она очень боялась, что коварная вещица переехала вместе с ней, только она пока ничего об этом не знает.

«Желтая пресса» с неделю погудела о том, что известная модель куда-то пропала. Строили различные догадки. Бывшие «партнерши» Насти с удовольствием давали интервью, рассказывая, какая она была несносная, тупая и психованная. И что самое место ей в лечебнице. Если туда угодила – и слава богу. Но потом все утихло. Про Настю забыли. У директора Добровольского появилась новая пассия. И все пошло, как шло.

Настя тоже на некоторое время обрела покой в своем новом убежище. Она очень внимательно просмотрела все вещи – зеркало так и не нашлось. Настя боялась надеяться, что адское приобретение добровольно покинуло ее.

Во всяком случае, она спала спокойно. На улицу выходила мало. Предпочитала дышать воздухом на балконе. Уже наступил апрель – потеплело. Все необходимое, в том числе и продукты, она заказывала в Интернет-магазине – денег на карточке пока хватало.

Но однажды утром в дверь ее квартиры позвонили. Настя только что проснулась и пила кофе у стойки. Взглянув на часы, удивилась – доставку продуктов она ожидала к одиннадцати, а было только восемь часов утра. Почти забытый страх снова охватил ее. Подойдя к двери, Настя посмотрела в глазок – никого. Она приоткрыла дверь – на коврике стоял пакет, в нем она увидела письмо. Настя отпрянула и захлопнула дверь.

Она стояла, прижавшись спиной к стене, и не знала, как ей поступить – взять пакет или нет. На лестничной площадке было тихо, вдруг у соседей напротив открылась дверь, послышались голоса – мама с сыном направлялись к лифту, в школу.

Настя быстро открыла дверь и схватила пакет, ей не хотелось, чтобы они его видели. Вернувшись в комнату, Настя поставила пакет на стол, взяла конверт – белый, без обратного адреса, он был не запечатан. Внутри – сложенный пополам лист бумаги с напечатанным на компьютере текстом.

«Здравствуйте, Настя Полосюк. Или Анастасия Артемьева, кажется, так вас сейчас называют», – начиналось письмо. У Насти перехватило дух. Кто же это нашел ее? Кто узнал ее настоящее имя?

«Мое имя вам ничего не скажет. Но на всякий случай представлюсь – Игнатьев Анатолий Петрович». Игнатьев? Настя почувствовала недоброе. Это была фамилия Никиты, того самого парня из Солнцевска, которого она бросила. Но он жил с матерью. Ни отца, ни брата у него не было! Кто же это? Кажется, она догадалась, но боялась поверить.

«Если вы читаете это письмо, – говорилось дальше, – значит, меня уже нет в живых. Я безнадежно болен, у меня рак, и метастазы расползлись по всему телу. Мне осталось недолго. Я нахожусь в хосписе, каждый день моей жизни может оказаться последним. Но я умираю спокойно. Я сделал то, что должен был сделать. Я отомстил вам, Настя. За что? За моего племянника Никиту. Как вы называли его в своем блоге, рассказывая о школьном романе? “Бедный неудачник, который возомнил, что он меня достоин!” Никиты уже полгода нет в живых. В отчаянии он связался с очень дурными людьми, они подсадили его на наркотики, и он быстро сгорел, так как был слаб здоровьем. А моя бедная сестра, его мать, лишилась рассудка от горя. Да, да, вы верно догадались, я тот самый антиквар, к которому вы зашли пару месяцев назад, чтобы посмотреть старинные безделушки. Я вас обманул. Нет, не в том, что зеркало, которое я продал вам, принадлежало графине Елениевой. Оно действительно ей принадлежало. А в том, как оно ко мне попало. Никакая несчастная внучка красноармейца мне его не продавала, конечно же. Я сам нашел его в усадьбе в подвале, спрятанным в тайнике. В этом укромном месте Энн Джонс хранила самые