Тайна «Лисьей норы» - Виктория Борисовна Дьякова

В Питере она купила себе новый смартфон, зашла в торговый центр, приоделась. Красиво, как ей казалось. И сразу же направилась в модельное агентство «Викинг» на Невском. Она прочла в Интернете, что мол, самое крутое. В себе Настя была уверена на сто процентов. Рост сто восемьдесят три, худая, стройная. Природная блондинка – а это редкость. Глаза голубые. «Моя куколка», – называла ее мать. Изредка. Когда бывала в хорошем настроении.

Но все началось с заезжего художника по имени Виталий, который приехал в Солнцевск рисовать пейзажи на озере и снимал комнату в доме у военкома. Девчонки по очереди бегали ему позировать. Но больше всех ему приглянулась Настя. «Ты прекрасна, как ангел», – приговаривал он, делая эскизы. Он же и стал первым мужчиной в Настиной жизни. Хотя ей еще и не исполнилось четырнадцати лет. Но Настя не возражала, матери, естественно, ничего не говорила. И горько плакала в подушку, когда художник, создав свои «шедевры», отправился назад в Питер. Обещал звонить. Но, конечно же, не позвонил ни разу.

Как у алкоголика со стажем Полосюка народилась такая красавица дочь в Солнцевске судачили все старухи. Сошлись на том, что нагуляла ее Ленка, мать Насти, когда работала в Доме отдыха «Озерный» горничной. Вот там, видимо, и приглядела какого-то приезжего молодца. Уж больно как-то Настюха ни на мать, ни на отца не похожа.

Однако в агентстве «Викинг» Настю ждало разочарование. Никого она там не поразила своей красотой, как предполагала. Напротив, взглянув на нее, рекрутерша, – саму на подиум отправлять можно, – скривила пухлые, наколотые губы.

– Что за одежда, что за макияж? Вульгарщина. Провинция. Вам, деточка, еще работать и работать над собой нужно. И не к нам являться, а где-то в местах попроще начинать. Там вас и поучат. Вы же ничего не умеете. Ни двигаться – ничего! – заметила она, скептически оглядывая Настю. – Ну-ка повернитесь. Ну, просто колода, простите.

Настя уже готова была разрыдаться от разочарования. Она не представляла себе, как вернется обратно в Солнцевск. Все ее надежды рушились. И тут неожиданно удача улыбнулась ей.

– Алика – беда! – В кабинет вбежал молодой человек в стильных, потертых джинсах, аккуратно порванных на коленке, и белой рубашке с заграничным лейблом. Рыжеватые волосы были коротко подстрижены и поставлены дыбом при помощи геля. – Медведева заболела. Артамонова не отвечает на звонки. У нас показ для китайцев через час. У тебя есть кто-нибудь на примете? Вызывай срочно на замену.

– Сейчас позвоню. – Рекрутерша схватилась за телефон. – Есть одна на пожарный случай.

– Давай, давай! – Молодой человек нетерпеливо постукивал пальцами по столу.

– Не отвечает. – Рекрутерша в растерянности сбросила звонок. – Спит, наверное.

– И что делать?! – Молодой человек прижал пальцы ко лбу, изображая глубокое отчаяние. – Что делать?! Я тебя спрашиваю.

– Не знаю. – Рекрутерша пожала плечами.

– А это кто?

Молодой человек повернулся к Насте.

– Вот наниматься в модели приехала, – усмехнулась Алика. – Нигде не училась. Ничего не знает. Но жаждет сразу на подиум.

– Так чего ты молчишь? – Молодой человек буквально впился в Настю взглядом. – А ну-ка встань! Пойдет!

– Но Гера! – воскликнула рекрутерша. – Но совершенно сырой материал.

– Главное – фактура, до ума доведем! Мы-то тут на что? Так, как звать? – деловито спросил он.

– Полосюк. Полосюк Анастасия, – пролепетала девушка, не в силах поверить в свое везенье.

– Полосюк? – Молодой человек поморщился. – Это не фамилия для подиума. С такой фамилией только в буфете работать. Пирожки продавать. Так, Алика, запиши ее как Артемьеву, – распорядился он. – Анастасия Артемьева. Вот это другое дело. Оформляй. И сразу ко мне.

– Но Гера, – все еще пыталась возражать рекрутерша.

– У меня нет времени, я побежал! – Молодой человек подскочил к двери. – Через час показ! Не подойдет – уволим! – Он слегка развел руками. – Но сегодня нам дырку закроет. Все, жду! – И он исчез в коридоре.

– Ну, повезло тебе! – вздохнула рекрутерша. – Тут, знаешь, у нас годами пороги обивают, всем – отказ. Местные, питерские пробиться не могут. А ты приехала из своей деревни – и вот, пожалуйста!

– А вам что, жалко? – не могла не съязвить Настя, почувствовав себя уверенней.

– Да мне-то все равно. – Рекрутерша опустила голову, глядя в бумаги. – Документы давай. И побыстрей. Слышала, показ через час?

– Вот увидите, я не подведу, – добавила Настя примирительно. – А кто это был? – поинтересовалась она.

– Да самый главный здесь. Директор. Добровольский, – ответила рекрутерша. – Он из кабинета-то редко выходит. А тут вдруг сам прискакал. Как специально для тебя.

Так началась модельная карьера Насти. Первый показ прошел хорошо – Настя очень старалась. А когда после представления директор Добровольский предложил ей поужинать вместе, с продолжением, естественно, упираться и кокетничать не стала. Она прекрасно понимала, что от этого зависит вся ее будущая жизнь. Заезжий художник, обучивший Настю «премудростям» секса, оказался недурным наставником – директор Добровольский остался очень доволен проведенным с Настей временем. Он снял Насте шикарную квартиру в центре Питера на улице Рубинштейна и сразу же внес ее в список на все показы. Через месяц Настю направили на конкурс красоты, где она заняла почетное второе место. У девушки появилась иномарка с личным водителем, он же – телохранитель. Насте казалось, она видит сказочный сон. Безусловно, она рассчитывала на успех, но не так быстро. Ей даже было немного страшно, что все ее мечты так быстро осуществились. Чувствовалось в этом что-то зловещее, недоброе – словно недолго продлится. Но Настя старалась радоваться жизни и не думать о плохом. Тем более что и неприятности случались – все девушки в агентстве возненавидели ее. Они завидовали ее успеху и демонстративно отворачивались или уходили, когда она появлялась. Но Настя относилась к ним с презрением. Хотя у нее хватало ума не выказывать прилюдно свое отношение и не настраивать Добровольского против других моделей. Во всяком случае, откровенно. О Солнцевске, своей семье, о Никите, которого бросила, Настя и думать забыла. Но родной Солнцевск напомнил о себе неожиданно.

Как-то в конце февраля, спустя восемь месяцев после приезда, Настя направилась в ДЛТ на Невском пройтись по бутикам. Приближался день ее рождения и хотелось порадовать себя обновками. Проходя по второму этажу, она вдруг увидела витрину, на которой было золотом выведено «Антиквариат». А под надписью изображен узор в виде четырех то сужающихся, то расширяющихся кругов, от которых в разные стороны расходились тонкие линии, придавая изображению сходство с солнцем. «Интересно, что