Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер

19

Все кончено. Ее нет. Я сидела рядом и держала ее за руку, пока жизнь покидала ее тело. А затем… затем я продолжала сидеть на том же месте. Я не могла оторваться, не хотела ее покидать, но в конце концов у меня не осталось выбора.

Она была моим якорем, но когда трос оборвался, когда руки перестали держаться за надежный поручень, все рухнуло. Теперь меня носит ветром по волнам. Твердого основания, на котором покоилась моя жизнь, больше не существовало. Слова, звенящие в голове, правдивее всего на свете. «Без меня ты ничто».

Меня несет, швыряет туда и сюда на волнах отчаяния, передо мной несколько раз предстает твой образ.

Один раз ты подходишь так близко, что кажется, я могу протянуть свою ледяную влажную руку и дотронуться до тебя. Я чувствую, как ты дрожишь, когда я это делаю.

Поблизости слышатся быстрые шаги и тихие голоса, но я едва осознаю, что происходит. Есть нечто, что притягивает внимание неизмеримо сильнее. Стены вокруг нас будто бы вот-вот рухнут. Да, я вижу это, хотя никто другой, кажется, не способен заметить, не способен понять. Все скоро развалится, рассыплется на части. Сначала ее жизнь. Теперь моя.

Я открываю рот, но крик так и не обретает форму, еще нет. И все же я чувствую, что он где-то есть, что он приближается.

Что-то новое должно занять его место; новый голос, новая я. Сжатый кулак. Вопль бешенства.

Твоя жизнь больше не будет такой, как раньше. Ты будешь потрясена до основания. Ты будешь уничтожена.

20

Тело двигалось куда-то само собой, а я просто ему повиновалась. Я спускалась по маленькой тропинке к причалу. Ноги будто почувствовали, что я не в состоянии разобраться сама с собой, они будто взяли контроль над ситуацией и несли меня вперед, хотела я этого или нет. Камни, корни, кусты черники, папоротник — все казалось таким знакомым. Сколько раз я уже ходила этой дорогой, когда я здесь была в последний раз?

Я приближалась к озеру, почва стала более топкой, повсюду землю устилал мох. Не удивительно ли, как много здесь мха? Он покрывал камни, карабкался по корням и расползался по поваленным деревьям. Казалось, он медленно, но неумолимо поглощает все вокруг. И что-то не так было с его цветом, оттенок был каким-то особенно ярким и как-то странно мерцал. Он выглядел неестественно, словно его подкорректировали на компьютере. Что там Алекс шептал мне во сне? «Ты ведь не думаешь, что это все происходит на самом деле? Это все тебе только кажется».

Внутри вновь поползла тошнота. Алекс… Его голос по-прежнему раздавался в голове. Прикосновение его рук по-прежнему жгло кожу. И воспоминания, эти воспоминания, наслаивающиеся одно на другое в каком-то темном закоулке сознания.

Когда Алекс ворвался в мою жизнь, все произошло очень быстро. Чувства разгорелись таким ярким пламенем, что опалили края моего маленького мирка. Мы стали очень близки, но это была не та близость, которую я представляла себе одинокими вечерами за кухонным столом или на диване перед телевизором. Безусловно, он видел меня, но это был не такой взгляд, который, мне казалось, я различила в тот первый раз, когда он подвез меня домой. Мы говорили довольно мало, интимность наших отношений сводилась главным образом к физическому аспекту. Мне не с чем было сравнивать, так что я отталкивалась от того, что читала или слышала. Вот так это бывало в начале у всех. Вот что значило быть влюбленной.

И все-таки иногда мне казалось, что я хочу чего-то большего. Но я не знала чего, никогда не удавалось это сформулировать даже про себя, а Алекс тоже ни о чем не спрашивал. Он только давал понять, что нужно ему самому. Как тогда, когда я проснулась от того, что он проник в меня. Когда я, сонная и перепуганная, вскрикнула от страха и неожиданности, он зажал мне рот рукой.

— Я вижу тебя, — сказал он. — Не бойся. Я здесь, и я вижу тебя.

И я знала, что это правда. Я больше не была одна. Глаза Алекса следили за мной. Я зародилась под его взглядом, это он сделал меня настоящей. И я отдалась полностью. Позволила ему указывать мне путь, а сама подстраивалась под него.

Я ступила в лодку и почувствовала, как она колышется под моей тяжестью. Удержала равновесие, постаралась справиться с покачиванием и закрыла глаза, чтобы загнать тошноту поглубже.

То происшествие с окном стало для меня гранью, которая болезненно отметила переход от слепой страсти к отношениям совсем иного рода. Мы сидели в гостиной моей квартиры, я была совершенно голая, Алекс только что раздел меня. Сам он оставался полностью одетым. Вдруг он резко развернул меня к себе спиной, крепко схватил за плечи и стал толкать вперед по комнате. Сначала я думала, что мы направляемся к дивану, но потом поняла, что он тащит меня к окну. К узкому, высокому окну без подоконника и занавесок. И внутри, и снаружи было темно и сумрачно, но внезапно Алекс зажег свет.

Я обомлела, смущенно засмеялась и прошептала что-то о посторонних взглядах. Он не ответил, и когда я оглянулась через плечо и увидела его лицо, смех замер у меня в груди. Сначала я пыталась сопротивляться, но было слишком поздно. Он был гораздо сильнее меня, и очень скоро мое обнаженное тело оказалось прижатым к стеклу, выставлено на обозрение соседей из дома напротив и прохожих на улице. Алекс держал меня за затылок и за запястья, и я помню, что, стоя там с больно расплющенным носом, прижатая грудью к холодному стеклу, я пыталась понять зачем. Зачем он это делал? Какова была цель? Если это очередная игра из тех, что он так обожает, зачем его пальцы так больно впиваются в мой затылок?

Насколько помню, я не то что приняла сознательное решение сдаться, бросить сопротивление. Просто тело как-то само обмякло, перестало вырываться. Как только Алекс это почувствовал, он дернул меня назад, швырнул на диван, навалился сверху и расстегнул брюки. Он не смотрел мне в глаза, возможно, поэтому не заметил, что я плачу, пока все не было кончено. Помню, он почти удивился моим слезам и не мог понять мое возмущение. Объяснил, что удовольствие как раз и заключалось в