Современный зарубежный детектив-23 - Шахназ Сайн

– Я бы тоже хотел узнать, – перебил меня вернувшийся Рид.

– Ну, во-первых, там ее спицы, – Шармейн пожала плечами. – Я сто раз видела, как она ими вяжет.

Я фыркнула.

– Серьезно? Это твое доказательство? Спицы могут принадлежать кому угодно. Готова поспорить, у нас даже продаются точно такие же.

– Это не всё, – огрызнулась Шармейн и открыла было рот, чтобы продолжить, но Рид ее прервал.

– Шармейн, – спокойно произнес он. – Я полагаю, ты узнала жертву. Могла бы ты объяснить, почему Клементина – первая в твоем списке подозреваемых?

Шармейн довольно приосанилась от мысли, что ей известно то, чего не знаем мы.

– Мертвая женщина – это Руби Поттс. Она сама из Хмельвилля, из тех Годси, которые живут в Простецком овраге. Но лет пятнадцать назад она уехала и нашла богатенького мужа. Два года назад он ушел на пенсию, и они купили дом в Рассвет-Парке. Она была частью «Клубков и кубков» и постоянно у нас ошивалась. С тех пор как она вернулась в город, они с Клем беспрестанно собачились. – Шармейн нарочито закатила глаза. – Клем привыкла быть лучшей во всем, пока не объявилась Руби. А сегодня на выставке весенних цветов и вовсе был скандал: Клем обвинила Руби в том, что та испортила ее тюльпаны.

– Подожди, – сказал Рид. – Кто-то еще видел их ссору?

– Еще бы! – радостно воскликнула Шармейн. – Они не шептались, это уж точно, и в какой-то момент я подумала, что дойдет до драки. Но к сожалению, – она подмигнула Риду, – кто-то вмешался и оттащил Руби, пока не стало слишком поздно.

Я помотала головой. Умение моей сестры радоваться несчастьям других людей порой меня поражало.

– Мне все равно, враждовали они или нет. Я знаю Клем. Она бы не причинила зла другому человеку из-за дурацкого конкурса тюльпанов.

– Сэди, я понимаю, что ты инстинктивно хочешь защитить Клем, – сказал Рид. – Но моя задача – изучить все возможные варианты. Шармейн, ты можешь перечислить людей, которые могли видеть ссору между Клементиной и погибшей?

– Конечно, – ответила Шармейн, довольно улыбаясь. – Значит, со мной была Валь…

– Ты говоришь о Валери Эддардс? – спросил Рид. – Вы до сих пор лучшие подруги?

– Ага, – кивнула Шармейн. – Еще Хэнк Прайс. Он был судьей.

Знакомое имя. Хэнк Прайс владел магазином «Корм, фермерские товары и автозапчасти Большого Хэнка» и был одним из столпов общества.

– Кого ты еще помнишь? – спросил Рид.

– Дай подумать. – Шармейн постучала по подбородку пухлым пальцем. – Дороти Уилсон, конечно же, пришла поддержать Клем, а с Руби был Рэндольф Поттс, хотя ему, похоже, все было по барабану: и конкурс, и разборки. А кроме них еще вроде помню Тотю и того садовника. Уэйд или как там его?

– Ты имеешь в виду Тейта Тоттерсона? – спросил Рид.

– Да, Тетю Тотю, – она захихикала. Натурально захихикала, как будто в нашем магазине не лежал труп.

– Он взрослый человек, Шарм. Не зови его так, – сказала я. Тейт был нашим соседом. Пару лет назад он унаследовал магазин инструментов, стоящий рядом с нашим.

Шармейн пропустила мои слова мимо ушей.

Рид глянул на меня и снова повернулся к Шармейн:

– Можешь еще что-нибудь сказать об этом Уэйде?

– Да нет. Знаю только, что он работает садовником. Большой Хэнк точно больше тебе расскажет – Уэйд наверняка чинит инструменты в его магазине.

Рид лихорадочно записывал, а я изо всех сил старалась запомнить все, что говорила Шармейн – на случай, если он действительно собирался все повесить на Клем.

Вошел муж Шармейн, помощник шерифа Берни Франклин.

– Рид, судмедэксперт просит не увозить тело в морг еще хотя бы час или два. Хочешь, чтобы я остался проконтролировать, пока он не закончит?

– Да, – ответил Рид. – Ты очень поможешь, если…

– Берни, – встряла Шармейн. – Заклинаю, когда тело будут выносить, проследи, чтобы вынесли ногами вперед. Так к нам не пожалуют никакие злые духи.

У меня отвисла челюсть.

– Шармейн, неужели ты до сих пор страдаешь бабушкиными суевериями?

– Лучше перебдеть, я так считаю, Сэди Мэй. – Она усмехнулась и ткнула в меня пальцем. – Лучше перебдеть.

Рид удостоил ее только раздраженным взглядом и повернулся к Берни:

– Уже поздно. Когда судмедэксперт закончит, иди домой и отдохни. Я сегодня еще хочу составить рапорт на все, что тут произошло, а допрашивать Клем будем уже утром.

– Чт… Что? – в неверии промямлила я. – Рид, ты же знаешь Клем. Не думаешь же ты в самом деле, что она к этому причастна, раз Шармейн услышала дурацкую ссору и, скорее всего, раздула для пущего эффекта?

– Сэди, я тебе уже сказал, что моя задача – изучить все вероятности. Твоя единственная задача – не мешать и позволить мне расследовать это дело. Также магазин – это место происшествия, значит, пока что вход туда воспрещен всем, включая тебя и Шармейн. То же касается и квартиры. Поэтому я рекомендую тебе забрать собаку и найти место, куда ты можешь уехать на пару ночей.

– Да ты издеваешься! – воскликнула я. – Наверху ничего не произошло. С какой стати ты меня выгоняешь?

– Потому что в квартиру можно попасть изнутри магазина, – сказал он. – Прокурор с меня шкуру сдерет, если я позволю тебе остаться, пока следственная группа не дала отбой.

Я возмущенно хмыкнула, когда он приказал другому полицейскому сопроводить меня наверх за Нектаринкой и вещами первой необходимости. Я решила, что ни за что не стану просить Шармейн пустить меня переночевать, а будить подруг мне не хотелось. Поэтому я пристегнула собаку в автомобильной переноске на заднем сиденье, положила наши скромные пожитки в багажник и поехала к дому Клем с мыслью, что должна подготовить ее к предстоящему утром.

Глава 4

Следующим утром, когда я неуклюже спустилась по лестнице, отчаянно нуждаясь в кофе, еще не было семи. Посреди ночи я разбудила крепко спавшую Клем и рассказала ей, что случилось, а потом четыре часа мучилась яркими, из раза в раз повторяющимися кошмарами с покалеченными телами, окровавленными спицами и приговорами бабушкиной лучшей подруге. Видимо, я и Нектаринке не давала заснуть: она до сих пор лежала и не попросилась на улицу. Клем, похоже, провела ночь не лучше, потому что уже сидела на кухне в обнимку с кружкой крепкого черного кофе.

– Доброе, – пробормотала она.

– М-хм, – промычала я в ответ, наливая кофе с щедрой порцией сливок, и включила телефон. Не успела я сделать первый глоток, как один за другим запиликали уведомления о сообщениях. Все они были от Мисти-Дон, первое пришло в 03:15 утра. В последнем, появившемся меньше минуты назад, говорилось: