Зарубежный детектив 2026-19. Книги 1-10 - Грегг Олсен

В шкафу висели наряды Дженнифер.

– Большую часть из них выбрал я, – ностальгически произнес Кевин. – Она всегда полагалась на мой вкус. Бедная Дженни. Интересно, как она.

Бывшая жена, казалось, никогда не покидала его мыслей.

После того как мебель была расставлена и они стали жить вместе, он поднял тему финансов. Они уже договорились делить расходы пополам, но он настоял, чтобы свою долю аренды она заплатила за два месяца вперед. Теперь он хотел получить еще 60 долларов за старый телефонный счет.

– Какой еще старый телефонный счет? – спросила она.

Где-то в уголке сознания мелькнула мысль, что он просто ее использует, но она ее отбросила, решив, что это слишком даже для Кевина.

Он сказал:

– Это неоплаченный остаток звонков Дженнифер за счет абонента.

Опять она. Эту проблему надо было прояснить. Он что, ожидал, что она оплатит звонки его бывшей жены? Наихудшая идея из всех возможных. Его просьба заплатить за два месяца вперед еще была простительна, учитывая его финансовое положение. Сотни долларов за аренду она даст, но за телефонные счета бывшей – ни цента. Когда Дженни объяснила свои чувства, он потребовал 60 долларов, «или съезжай к черту». Она сказала, что к черту уже съехала и денег не даст. Он уехал и вернулся за полночь.

Ее гнев вскоре утих, а его – нет. Он не разговаривал с ней ни дома, ни в главном офисе, где они оба работали. После пяти дней молчания она поехала в телефонную контору и оплатила его счет. Когда она вручила ему квитанцию, он снова взорвался.

– Мне не нужна ни ты, ни кто-либо другой, чтобы оплачивать мои счета! Тебе больше никогда не придется платить. У меня есть все деньги, которые мне нужны.

Он потрогал толстый рулон банкнот; она увидела пару пятидесяток и несколько двадцаток.

– Откуда? – спросила она.

– Это мое дело.

– На комиссионных ты не заработал, а Рут мне сказала, что подачки они прекратили. Так где же…

– Почему ты всегда такая чертовски любопытная?

Разгорелась ссора. Она ожидала благодарности за оплаченный телефонный счет, а в итоге услышала, что неблагодарная здесь она. Этот человек невыносим! Она пошла в спальню собирать вещи. Лето, ее любимое время года, почти закончилось; следующего ждать долго и одиноко. Когда он вошел, она плакала. Он умолял о прощении. Говорил, что каждая ее слезинка для него – как нож в сердце. Она согласилась простить его еще раз.

Три или четыре дня спустя кассирша банка по ошибке выдала ей лишние 20 долларов, и она их вернула. Когда вечером она рассказала об этом Кевину, он взорвался.

– Я не могу в это поверить! – сказал он. – Это все равно что украсть двадцать долларов прямо из моего кошелька. Скажи мне, что ты не совершила такой глупости.

– Совершила.

Он покипел, а потом заговорил с ней голосом строгого родителя.

– В тот момент, когда кассирша дала тебе лишнюю двадцатку, ошибка была ее, а не твоя. Поняла?

– Да, поняла, – сухо ответила Джини.

– Поэтому деньги, по сути, были даны нам, и не было ничего эпистемологически неправильного в том, чтобы их взять.

– Нет, было. Эти деньги – чужие.

– О боже, какая же ты наивная! Ты хочешь сказать, что никогда не слышала о ситуативной этике?

– Ситуативной этике? Нет.

Она поняла, что ему не терпится побыть наставником.

– В ситуативной этике твоей моралью и твоей этикой руководит ситуация. Ситуации могут меняться – и мораль и этика тоже. Неизменной морали или этики не существует.

– Для меня существует.

Спор разросся. Вскоре она потребовала объяснить, почему он всегда уступает матери и бывшей жене.

– Я должен, – ответил он. – Ты не поймешь. У меня нет выбора.

– Разумеется, выбор у тебя есть! – воскликнула она. – В жизни ты делаешь свой собственный выбор. Ты не можешь все время обвинять других людей.

– Как обычно, ты упускаешь суть, – снисходительно произнес он. – Бывает, человек вынужден совершать поступки, над которыми не властен. Совсем не властен.

– Назови хоть один пример.

Он бросил на нее тот пустой взгляд, который она хорошо знала, и пошел в спальню. Было почти одиннадцать вечера. Когда он вышел, на нем был серый спортивный костюм. Он уехал в своем серебристо-сером «Сайтейшн», а она пошла спать. Вот и вся их «совместная жизнь». Она надеялась, что со временем все станет лучше.

47

К концу лета десятки тысяч жителей Спокана еще не знали, что в городе орудует серийный насильник. Несмотря на краткую огласку дела Марго Терри, большинство горожан, похоже, либо не ведали о нерешенной проблеме, либо продолжали считать, что все вопросы сняты после заключения в тюрьму Джона Блейка Маунси.

Молодой осужденный за изнасилование третьей степени, отсидев шесть с половиной месяцев, уже вышел на свободу, и общественное давление на него и его семью возобновилось. Звонившие угрожали кастрацией. Мимо дома Маунси проезжали мужчины с криками: «Убейте насильника из Саут-Хилл!» В дом вломились и нанесли ущерб. Ватаги воинственно настроенных подростков на машинах, неотвязно, как поклонники, преследовали семейный автомобиль и показывали средний палец всем в его салоне, даже родителям Маунси. «Вот он!» – визжали они, заметив одного из его братьев.

Уборщик в офисном здании сказал Блейку, что туалеты держат запертыми, «потому что вокруг слишком много придурков. Вроде этого парня Маунси». Молодая женщина на вечеринке громко посоветовала приятелю не разговаривать с Маунси, потому что «он тот парень, который изнасиловал всех этих женщин». Мужчина подошел к нему в баре «Викинг» в центре города и сказал:

– Я убью тебя со дня на день.

– За что? – спросил Маунси.

– За то, что ты насильник из Саут-Хилл.

Маунси с друзьями отправились в другой бар, и он собирался поиграть в бильярд, когда какой-то мужчина сбил его с ног.

– Ты сукин сын! – закричал нападавший. – Ты изнасиловал девушку моего лучшего друга. Ты отсюда не выйдешь, пока за это не заплатишь.

– Мужик, вы все не правы, – вставая на ноги, сказал Маунси.

– Я прав, и меня поддерживают семеро парней. Поиграй пока. Мы подождем.

Прибежал владелец, и Маунси попросил:

– Вы должны мне помочь добраться до машины. Эти парни собираются учинить надо мной настоящую расправу.

Хозяин ответил:

– Позаботься об этом сам.

Из телефона-автомата Маунси позвонил в полицию. Помощь не прибыла и спустя тридцать минут.

– Ладно, придурок, пора! – раздался голос с другого конца зала.

Он бросился к выходу и побежал.

Алиби Маунси на время длинной череды изнасилований в Саут-Хилл были тщательно проверены несколькими детективами, в частности Томом Скоттом, и все обвинения были сняты. Пэтси