Современный зарубежный детектив-19. Компиляция. Книги 1-20 - Марк Биллингхэм

моими коллегами, — сказал он, указав подбородком на телефон. — Подкрепление прибудет с минуты на минуту. Так что не делайте глупостей, не заставляйте меня применять оружие.

Брока взглянул на телефон, лежавший на капоте, затем со злобой посмотрел на жандарма. Он стоял неподвижно, в позе свирепого пса, готового к прыжку. Келлер подумал о его чертовом мастерстве в иайдо. С мечом или без, этот психопат может быть опасен. «Держись, — сказал он себе, — держись, пока не подоспеет кавалерия!»

***

Келлер закончил свой доклад. Запланированный рутинный опрос Брока принял неприятный оборот, и жандарм почувствовал, как в нем разгорается гнев, когда Леа вздумала дать ему нагоняй:

— Черт тебя побери, Келлер! Какого хрена ты заявился один к подозреваемому?!

— Леа, ты сама это одобрила! Напоминаю, что я собирался только прощупать почву.

Баденко стиснула зубы. Да, она сама отпустила Жюльена одного к подозреваемому. Не предполагая ни минуты, что тот может повести себя таким образом. В итоге она подвергла опасности своего коллегу. А почему? Потому что предпочла бесконечные допросы о девчушке, исчезнувшей двадцать лет назад, вместо того чтобы должным образом отработать след Брока, на который они вышли благодаря вещественным доказательствам… Баденко сердито подняла глаза к небу и пообещала, что больше так не попадется.

— Прости меня, — сказала она виновато.

— Все в порядке, Леа, — успокоил ее Келлер. — Ты не могла знать, никто не мог знать!

— Я только что говорила с судьей Бюто: специалисты уже выехали, чтобы снять отпечатки шин «Клио». И будем производить обыск.

— Хорошо. Со мной еще десяток жандармов из местной бригады. Я ввожу их в курс дела, и мы начинаем.

— Окей. А что Брока, успокоился?

— В данный момент он держит себя в руках. Но с этого типа нельзя глаз спускать.

— Кстати, ты затребовал в банке и во «Франс Телеком» распечатки звонков с его стационарного телефона?

— Да, еще утром, перед отъездом в Эскиуль.

— Хорошо, встретимся в казарме как можно скорее.

— Здесь очень большой дом. Нам понадобится уйма времени, чтобы все прочесать. Я дам знать, если что-нибудь найдем. А у вас какие новости?

Леа вздохнула.

— Мы только что приехали к Дюкуинг. Допрашиваем ее и возвращаемся обратно. Будем в Байонне через три часа.

– 37 –

Я вам не боксерская груша!

Луиза подошла к машине бригадира, который дежурил перед домом Дюкуинг. Метрах в десяти от нее Леа говорила по телефону, нервно расхаживая туда-сюда. Она подводила итоги с Келлером — вид у нее был хмурый, в глазах читалось беспокойство. Луиза перенесла внимание на жандарма и, наклонившись к окну, спросила:

— Все в порядке? Ничего нового?

— Ничего, майор. Просто смертельно скучно, если вам это интересно. Госпожа Дюкуинг практически не выходит. Только если поиграть с собакой здесь, во дворе. Бедная женщина страшно напугана, она боится отойти от дома. Продукты ей доставляют на дом, и только за хлебом она ездит сама. Ах да, вчера она ездила в хозяйственный магазин.

— Вы не заметили никого, кто бы бродил вокруг этого места?

— Никого. И машины цвета «голубой металлик» тоже.

Луиза отошла, увидев, что Леа закончила разговор и почти бегом направляется прямо к ней: что-то явно случилось. С той минуты, как Брока показал клыки, ее коллега вся кипела. Она встала перед ней и резко бросила:

— Луиза, раз уж мы здесь, надо допросить Дюкуинг. Но теперь главное — это Брока!

Луиза открыла было рот, но решила не возражать. Сейчас не время. Леа не в состоянии ее выслушать.

— Давай, — коротко ответила Луиза и пошла в дом.

Дюкуинг понадобилось несколько минут, чтобы открыть дверь. Она появилась на пороге в рабочем комбинезоне, заляпанном краской, рядом стоял Бальто, который следовал за ней по пятам. Увидев Луизу, он завилял хвостом, тявкнул и положил лапы ей на пояс. Жандарм погладила пса по голове. Проплешины, оставшиеся на его шерсти после того, как с нее сдирали скотч, все еще были видны, но начали зарастать. Появился легкий пушок, который слегка прикрывал бледную кожу.

— Бальто! А теперь в корзину, лежать! — приказала Дюкуинг. — Входите, — добавила она и посторонилась.

— Вы делаете ремонт? — холодно спросила Леа.

— Крашу плитку в ванной, — нервно ответила медэксперт. — Знаю, не лучшее решение, но я хотя бы больше не буду видеть эту надпись.

Наступила напряженная тишина. Реакция женщины была вполне объяснима. Жандармы, не спрашивая хозяйку, прошли в гостиную и сели за стол, предложив ей присоединиться. Кокер-спаниель положил морду на лапы и стал наблюдать из своей корзины за вновь прибывшими.

— Клара Жубер, — спокойно начала Луиза. — Вы нам о ней ничего не сказали.

Медэксперт стала белой, как бумага. Она закусила губу, и в глазах у нее заблестели слезы. Утерев их платком, она ответила, всхлипывая:

— Хотите знать, почему я это сделала? Это личная история, которая никак не связана с нападением на меня и убийством Магида Айеда, так что…

— Вы в этом уверены? — прервала ее Луиза.

Дюкуинг широко открыла глаза.

— Я… я не понимаю.

— Значит, по-вашему, нет никакой связи между этими событиями и исчезновением Клары? Или между Кларой и Магидом Айедом? А также между Кларой и аббревиатурой «НЧС»?

Женщина отвела взгляд. Ее волнение росло с каждой секундой. Внезапно она превратилась в хрупкую, растерянную девочку. Бальто, по-видимому, почувствовал переживания своей хозяйки, потому что оставил корзину и подошел к ней. Она машинально наклонилась и погрузила пальцы в его шерсть.

— Нет, — наконец прошептала она, выпрямившись. — Иначе я бы вам об этом сказала.

Леа откинулась на спинку кресла и воинственно скрестила руки на груди.

— Что вы можете сказать нам о Кларе? — переняла эстафету Луиза. — И о ваших отношениях с ней?

Дюкуинг отвернулась и вытащила из коробки салфетку. Высморкавшись, она пожала плечами и призналась:

— Если хотите знать, Клара была единственной подругой за всю мою жизнь. Необыкновенная девушка. Исключительная. Полная энергии и жизни. Мы с ней были как сестры. Неразлучны. Когда она исчезла, я потеряла часть себя.

— Что вам известно об этом исчезновении, точнее, об исчезновениях?

— Ничего. В феврале она сказала мне, что просто сбежала. А в июне исчезла. На этот раз — по-настоящему.

— Она была вашей лучшей подругой и не объяснила своего