Современный зарубежный детектив-20. Компиляция. Книги 1-21 - Андреас Грубер

– Извини, пожалуйста. – Она ответила на звонок, отвернулась и понизила голос. – Мелани Дитц… Привет, Мишель, как хорошо, что ты позвонила, как дела?

Она немного повернула голову и краем глаза наблюдала за реакцией Клары. Но ничего не происходило. Одной рукой девочка гладила собаку, другой листала детскую книгу. Очевидно, по ее мнению, Мелани вела скучный деловой разговор.

– Слушай, Мишель, мне неудобно сейчас говорить, я как раз у одной любимой подруги. Я позвоню тебе сегодня вечером… Хорошо, созвонимся, пока. – Она убрала сотовый. – Извини, пожалуйста.

– Ничего.

– Это была дочь наших соседей. Ей четырнадцать, и она хотела узнать, когда Шейла вернется домой, потому что иногда берет ее на прогулку.

– Шейла ее любит?

– Конечно, Шейла любит всех детей – но тебя особенно. У тебя тоже есть подруга, которую зовут Мишель?

Клара помотала головой:

– В моем классе нет никого с таким именем. Оно странное, звучит…

– По-французски? – помогла ей Мелани.

– Угу. Она красивая?

– Да. – Мелани кивнула. – Для своего возраста вполне. У нее в носу пирсинг. Родители хотели ей запретить, но она все равно проколола. А твоя мама разрешила бы тебе пирсинг?

Клара пожала плечами.

– Мы никогда об этом не говорили. В моем классе у некоторых девочек по три сережки, а некоторые хотят сделать пирсинг в носу, когда станут старше, но я с ними не дружу. Они очень много о себе воображают.

Мелани покосилась на Хаузера. Его мрачный взгляд был красноречив. Казалось, он говорил «Я не верю ни одному ее слову!». Но Мелани верила девочке. Ее реакция не была наигранной.

Через десять минут они сделали перерыв. Клара осталась в комнате с Шейлой, а Мелани и Хаузер пошли в коридор размять ноги.

– Вы ей не верите, верно? – спросила Мелани.

– Клара лжет. Она написала те мейлы, а затем удалила их с сервера.

– Ей было тогда десять.

– Ну и что? Сегодня девятилетние бродят по Интернету и взламывают базы данных.

– Но не Клара.

– Почему вы ей верите, собственно говоря? – спросил Хаузер.

Они подошли к кофейному автомату в конце коридора.

– Если бы она солгала, то ее пульс ускорился бы, щеки покраснели, и она невольно начала бы потеть.

– Может, вы просто не заметили эту реакцию? – предположил Хаузер.

– Возможно, – согласилась Мелани. – Но Шейла бы заметила. Однако ее голова все это время спокойно лежала на коленях у девочки, и она даже ухом не повела.

Хаузер молчал. Против собачьих инстинктов ему нечего было возразить.

– Тогда кто же писал те мейлы?

– Я не знаю. Мать девочки была в тот момент уже мертва. Может, приемный отец?

Телефон Хаузера зазвонил. Он ответил, но завершил разговор спустя всего несколько секунд.

– Это из отдела криминалистической техники.

«Наконец-то обнаружили магнетрон в компьютере Ингрид?»

– Они установили последний узел IP-адреса, с которого Мишель под конец отправляла свои мейлы. Как и предполагалось, это не интернет-кафе, а широкополосный сервер Телекома.

Мелани ненавидела этот технический язык.

– И что это означает?

– Роутер находится в Нойвальдегге.

– Значит, адрес, с которого были отправлены эти мейлы, тоже должен находиться в Нойвальдегге, – сделала она вывод. – Возможно, даже недалеко от того места, где Клара была похищена.

«Или недалеко от ее родительского дома».

Мелани задумалась.

– А у нас есть хоть один штатный психолог?

– Хоть один? Да здесь их полно.

– Я имею в виду, по-настоящему хороший, который проводит сеансы гипноза в глубоком трансе?

– Да, но зачем?

– Брайншмидт дал согласие на терапию для Клары. Я предложу Кларе упражнение на расслабление. Затем мы снова ее допросим.

30

Утро прошло быстро. Они рассматривали психологические аспекты похищения в экстремальных условиях, и при этом даже использовали магазины с холостыми патронами. Тина чувствовала себя как рыба в воде. И с честью подтвердила свое звание «спортивный стрелок».

Во время обеда Сабина никак не могла выбросить из головы слова Снейдера. «И нет – это убийство, о котором только что стало известно, не вписывается в схему». Почему он это сказал? Она за рекордное время проглотила еду, проникла в архив с чип-картой Снейдера и минут пять провела за компьютером с системой обработки запросов. Оттуда она скопировала на свою флешку все имеющиеся на данный момент данные по делу «Человека-лошади». Среди материалов находился видеофайл размером два гигабайта. Когда на флешке не осталось свободного места, Сабина вытащила ее из гнезда и улизнула из архива.

До следующего курса оставалось сорок минут, поэтому она отправилась к себе в комнату. Пока ноутбук загружался, сварила чашку кофе и открыла балконную дверь. Солнце было в зените и палило на территорию кампуса. За вертолетной площадкой был виден бассейн, где группа студентов тренировала погружение в воду с аквалангами.

Сабина села с кофе и ноутбуком на балконе и принялась изучать файлы с флешки. Материалов по делу было еще не так много. Прошлой ночью семидесятипятилетний мужчина упал в обморок в старой части Нюрнберга и скончался еще в карете скорой помощи в пешеходной зоне.

Сабина задавалась вопросом, по какой причине к такому происшествию подключили БКА и почему Снейдер уехал в такой спешке. Либо смерть оказалась необычной, либо умерший был знаменитостью. В документах она наткнулась на имя Хорст Эккер. Венец. В личном деле умершего значилось, что он был членом запрещенного конституционным судом Австрии движения «Стоп иностранцам». Хорст Эккер по уши завяз в коричневом политическом болоте Австрии. Что этот мужчина искал в Нюрнберге?

Врач скорой помощи обнаружил на теле Хорста Эккера ужасающие повреждения. Вся его спина была в ссадинах и кровоподтеках, предположительно, от ударов кожаной плеткой. Ранам, отчетливо видневшимся на снимках аутопсии, было не больше сорока восьми часов, и они даже не начали заживать. Предположительно, плетка была пропитана рицином, и во время ударов яд проник в кровь Хорста Эккера, что привело к его смерти два дня спустя. Однако это было еще не все. Одновременно в Интернете появилось снафф-видео, снятое, вероятно, кем-то из приверженцев садомазохизма где-то в подвале. По всей вероятности, на видео были пытки Хорста Эккера.

Австрийский политик, снафф-видео и нюрнбергские садомазохисты. Вот причины, почему к расследованию привлекли БКА. Больше в материалах ничего не было. Оставалось только то видео в два гигабайта. Сабина кликнула по нему, но запись была такая темная, что в полуденном солнце на балконе она не смогла разглядеть деталей.

Сабина вернулась в комнату, задернула шторы и села с ноутбуком на кровать. Максимально увеличив яркость экрана, она снова включила видео. Изображение было сильно смазанным, и медиаплеер показывал, что фильм