Современный зарубежный детектив-20. Компиляция. Книги 1-21 - Андреас Грубер

головой. Теоретически это возможно, но слишком рано. Подсознание Клары тут же заблокируется и закроется. После этого понадобится несколько месяцев, чтобы снова затронуть данную тему. Лучшим временным отрезком были последние недели до ее исчезновения.

– Мы вернулись на год назад. Сейчас середина августа. Что ты делаешь целыми днями?

– Моя мама в больнице, папа часто в разъездах. Но в гости приходит бабушка, и я играю в саду, – сонным голосом отвечает Клара. Плюшевый пес выскальзывает у нее из руки, но она не замечает.

– Что еще не так, как обычно? Появилось ли что-то необычное?

– Нет.

– Бывают ли ситуации, когда ты чувствуешь себя неуютно?

– Нет.

– Какие у тебя отношения с отцом?

– Сейчас, когда мамы нет, папа больше заботится обо мне.

– Ты любишь проводить с ним время?

– Да.

– Как изменилась твоя жизнь?

– Сейчас папа читает мне книжку перед сном.

– Тебе это нравится?

– Да, очень.

Хаузер бросил на Мелани взгляд, который словно говорил: «Видите!» Но что-то смущало Мелани во всей этой ситуации. Татуировки на плече, пирсинг в носу и создание правил для почтового ящика не вязались с девочкой, которая в обнимку с мягкой игрушкой лежала перед ней на диване, любила сказки на ночь и читала юношеские книги.

– Раньше я вместе с мамой чистила зубы в ванной, а теперь должна делать это одна.

Ванная! Мелани тут же дала понять психотерапевту, что здесь нужно расспросить поподробнее.

– Ты проводишь много времени в ванной?

– Я часто делаю себе разные прически и тайно пробовала краситься маминой тушью.

– Ты делаешь еще что-нибудь необычное в ванной, о чем никто не знает?

– Я нет, но…

– Да, продолжай.

– По вечерам на улице всегда стоит мужчина.

– Что он делает?

– Я думаю, он наблюдает за мной.

– Ты его видишь?

Клара замялась.

– Да…

– Как ты можешь его разглядеть, если в ванной горит свет?

– Один раз я… видела огонек.

– От зажигалки?

Она помотала головой:

– От камеры. Она светилась красным. Я погасила свет в ванной, и он стоял там у фонаря.

Хаузер сделал шаг вперед, но Мелани удержала его за руку.

Терапевт бросила Мелани неуверенный взгляд, но та дала знак продолжать.

– Он фотографирует тебя с улицы через окно? – спросила психотерапевт.

– Да… думаю, да.

– Как выглядит мужчина?

– Я не знаю.

– Ты бы смогла его опознать?

– Да… наверное, я не знаю. – Девочка заворочалась на диване.

Мелани вздрогнула, когда у Хаузера в кармане брюк завибрировал сотовый. Он бросил Мелани виноватый взгляд и покинул помещение. Через закрытую дверь было слышно, как Хаузер разговаривает в коридоре по телефону.

Клара становилась все беспокойнее. Терапевт сделала с ней дыхательное упражнение, пока девочка не стала снова дышать ровно и спокойно. Затем посмотрела на Мелани и указала на наручные часы. Мелани кивнула.

Напоследок психотерапевт сделала Кларе внушение, чтобы та хорошо спала, вернула ее в настоящее время и помогла медленно проснуться.

Клара открыла глаза и потерла лицо.

– Уже все закончилось? – зевнула она.

– Да, ты была молодчиной, – похвалила ее врач.

– Правда? Я ничего не помню.

– Сегодня ночью ты будешь отлично спать. Клара заулыбалась.

Но Мелани не была в этом так уверена.

– Я пропустил что-нибудь интересное? – спросил Хаузер, засовывая сотовый в карман.

– К сожалению, нет. – Мелани проводила его до столовой. – Кто-то фотографировал Клару, когда она голая стояла в ванной комнате, – резюмировала она. – И держу пари, тот же самый тип отсылал Мишель эти фото и письма от имени Клары с ее компьютера.

– Вы подозреваете приемного отца?

– По-другому я не могу это объяснить.

Хаузер задумчиво поморщился.

– Мне только что звонили из технической лаборатории. Я должен вам кое-что рассказать. – Его голос звучал подавленно, чего она еще ни разу за ним не замечала. – И боюсь, вам это не понравится.

– Я привыкла к плохим новостям.

– Эксперты-криминалисты изучили компьютер матери Клары.

У Мелани перехватило горло. Наконец-то.

– Да, и что?

– Внутри системного блока техники нашли переоборудованную микроволновую печь, которая испускала лучи, как только компьютер включали. Насколько я знаю, ваша подруга работала бухгалтером на дому и умерла достаточно внезапно при странных обстоятельствах. Я должен это выяснить. – Он сделал паузу. – Вы не выглядите удивленной.

Мелани проигнорировала это замечание.

– У меня есть врачебное заключение Ингрид, которое было сделано незадолго до ее смерти. Возможно, оно вам поможет.

– Вероятно. – Взгляд Хаузера стал холодным. Он понял, что она за его спиной проводила собственное расследование и вообще-то выполняла его работу. Сначала казалось, что он не собирался ничего говорить по этому поводу, но потом понизил голос: – Вы знаете, что мы не сможем использовать определенные доказательства и улики, если вы не будете придерживаться правил.

До их беседы о гекконах этот упрек прозвучал бы строже.

– Тем не менее я добиваюсь результатов, – ответила она. – Разве не это главное?

Он приподнял брови.

– Я уже узнал, как работает система. Излишняя мотивация ни к чему не приводит.

– Возможно, однажды я приду к тому же выводу, но, пока этого не случилось, буду всеми возможными способами расследовать преступления, которые меня особенно взволновали.

– О’кей, проехали, – лишь сказал он.

Так Мелани заручилась его поддержкой. А факты говорили, что Ингрид была коварно убита, да еще к тому же человеком, которого она знала. Сейчас БКА будет заниматься официальным расследованием – и она со страхом спрашивала себя, сколько всего Хаузер еще вытащит на свет.

32

Автобус забрал студентов ровно в 16:30 и отвез к Институту судебной медицины. Университетская клиника Майнца находилась всего в двадцати минутах езды от Висбадена и стояла в нескольких сотнях метров к югу от Рейна.

Доктор Лауренц Белл уже ожидал «новичков из академии», как он их называл, в зале, напоминающем бассейн. Голубая настенная плитка, серый кафель на полу. Из стен торчали краны со шлангами, а в центре помещения стояли два секционных стола из нержавеющей стали, на каждом из которых лежал труп. В изножье каждого стола Сабина увидела раковину со стоком для жидкостей. Между ними стоял столик на колесиках с весами для органов и почкообразными лотками.

Студенты собрались вокруг Белла. Тот оглядел всех глазами навыкате и начал без какого-либо вступления:

– Мы имеем дело с утопленником, которого затянуло под винт парома, и с девочкой, которая после аварии выбралась из машины на автобан и была сбита грузовиком. Ее череп полностью раздроблен.

Одни студенты поморщили нос и невольно отступили назад, другие протиснулись в первый ряд. Сабина держалась позади. Она уже знала, как выглядят утопленники.

– По вашим лицам я вижу, что некоторые еще не вполне знакомы с такой ситуацией. – Клокочущий голос Белла раздавался