Расследования Екатерины Петровской и Ко. Том 1 - Татьяна Юрьевна Степанова

обрывками залитой кровью одежды, в которой с трудом угадывались пиджак, мужская белая сорочка и галстук, отдельно лежащие среди сломанных, смятых колосьев руки, ноги. Самое жуткое и нелепое было то, что на ногах, лишенных туловища-, были целы ботинки, носки и лохмотья брюк. На окровавленном запястье отрубленной руки четко виднелись мужские часы на золотом массивном браслете. На распухшем багровом мизинце — массивный золотой перстень-печатка, а сама скрюченная, измазанная землей кисть была похожа на птичью лапу. Наследующем снимке была снята отдельно голова. Можно было лишь угадать, что это голова человека, мужчины, так сильно она была изуродована. Снимок был сделан так, что на нем ясно было видно, как далеко лежала голова от остальных останков. Остальные фотографии запечатлели искореженную черную иномарку. Она лежала на боку на дне какого-то, глубокого оврага. Багажник машины был открыт, двери смяты, стекла выбиты.

— Когда это точно произошло? — севшим голосом спросила Катя, невольно отвращая взгляд от снимков, чувствуя тошноту.

— Двадцать девятого июня прошлого года.

— Но как же так… Как получилось, что я… что мы в пресс-центре ничего об этом не знали? Я точно помню, что о Славянолужье я впервые услышала от тебя неделю назад. А в прошлом году у нас никаких сведений не было. Такое убийство с расчленением — его не было в сводках! Я бы его не пропустила, запомнила.

— А его и не было в наших областных сводках, — сказал Никита. — Смотри, вот это место.

За снимками Катя не заметила дорога. А сейчас, смотря в окно, увидела уже знакомый, узнаваемый пейзаж, но только с другой точки. Татарский хутор и река Славянка теперь виднелись вдалеке. Зато Лигушин лес приблизился вплотную. Его разделяла большая просека с высоковольтной линией. Возле просеки и на опушке лес был весь сплошь березняк — светлый, пронизанный солнечными лучами. Веселый, карнавально-сказочный. За лесом виднелся скошенный луг с аккуратными стогами сена, разбросанными тут и там. Но среди берез траву не косили — среди зелени пестрели цветы. Катя, выйдя из машины, сладко задохнулась от их медового густого аромата.

К лесу, лугу и высоковольтной линии узким клином выходил участок ржаного поля. Слева его окаймляла пыльная и разбитая проселочная дорога.

— Здесь были найдены части тела, примерно в двухстах метрах от дороги, во ржи, — сказал Никита, указывая на золотистый клин. — Если пройти по этой дороге два километра, будет деревня Борщовка и шоссе Тула — Ясногорск — Серпухов. Здесь, где мы с тобой стоим, уже не наша область, а Тульская. Поэтому информация об убийстве прошла не по нашим сводкам, а по сводкам соседей.

Катя внезапно вспомнила, как участковый Трубников, когда они осматривали окрестности, Многозначительно упомянул о близкой границе между областями.

— В тот раз сюда на место выехали не наши, а с УВД Тулы? — спросила она.

— Из Ясногорска дежурная опергруппа прибыла. Трубников приехал и я, правда, не моментально, а как только смог добраться.

— А почему ты приехал сюда? Тебя что, вызвали? Ты же знал, что это не наша территория.

— Такие убийства границ не имеют. Если бы не эти два километра в сторону Борщовки, это было бы все наше. И потом, Катя… в душе я чувствовал: нас это тоже не минет, коснется. Дело стала вести ясногорская прокуратура. Но сейчас оно приостановлено, висяк.

— А личность убитого они хотя бы сумели установить? Или он до сих пор так и не опознан?

Колосов посмотрел на Катю.

— Потерпевший, несмотря на все ранения и обезображивание лица, был установлен сразу же, в тот же день, — ответил он спокойно. — Паспорт его и водительские права были найдены в кармане того, что прежде было его пиджаком. Паспорт, права, документы на машину — все на имя Бодуна Богдана Богдановича, пятьдесят второго года рождения…

— Он местный?

— Нет, Катя, он не местный. Там данные на него есть — потом прочтешь, я тебе копию справки оставлю. Бодуна ясногорцы почти сразу же проверили — это было совсем не трудно и по системе «Дактопоиск», и по ИЦу, потому что Бодун был дважды судим, последний раз освободился в девяностом году. С этого времени к уголовной ответственности не привлекался. Был прописан в Люберцах, имел там собственный дом. Примерно с девяносто второго года он занимался бизнесом. В последнее время перед своей смертью был фактическим владельцем ночного клуба «Бо-33» на Лужнецкой набережной в Москве.

— А как же он очутился в этих местах? — недоуменно спросила Катя. — Это тогда, год назад выяснили?

— Только отчасти. Было установлено, что днем накануне убийства Бодун находился в Туле. По предварительной информации, он приехал туда из Москвы в связи с проводимым там земельным аукционом. Вечер он провел в загородном ресторане Усадьба. По словам официантов, опознавших его фото, Бодун покинул ресторан около часа ночи. Уехал он один, на своей машине — том самом «БМВ», что виден у нас на снимке. По результатам вскрытия и экспертизы в крови его был обнаружен алкоголь. Так что на момент смерти он был примерно в средней степени опьянения.

— Куда же он поехал из ресторана ночью? Домой в Москву? — спросила Катя.

— А вот это первый весьма интересный и непростой вопрос — куда он поехал?.. — Никита махнул рукой на дорогу: — Прямое шоссе на Ступино и дальше на Москву — там, а он свернул в противоположную сторону — сюда. Версий этому с самого начала было три: либо Он спьяна заблудился, либо таким образом хотел сократить путь. Но в таком случае он направлялся не в Москву, а, скорее всего, в сторону Ясногорска. Тут через пятнадцать километров бетонка начинается и дальше выход, как я и говорил, на дорогу Тула — Ясногорск — Серпухов. Либо он свернул сюда, потому что ехал непосредственно в Славянолужье. Лично мне только две последние версии кажутся верными. Потому что даже пьяный вряд ли перепутает магистральное шоссе с деревенским большаком.

— Как его убили? — спросила Катя. — Во сколько?

— Убит он был, по данным экспертизы, около трех часов ночи. Так и выходит — примерно столько ему понадобилось времени, чтобы добраться от ресторана до Борщовки по шоссе. Видимо, он был кем-то остановлен на дороге. Почти сразу же его оглушили сильным ударом по голове, оттащили в рожь и уже там добили ударами тяжелого металлического предмета по голове и лицу. Затем расчленили тело.

— Для чего? Это же бессмысленно.

— Части тела были хаотично разбросаны в радиусе нескольких метров; А вот голова была обнаружена гораздо дальше — на расстоянии четырнадцати метров от туловища.

— Убийца зачем-то отнес ее