Катамаран - Александр Игоревич Ольшанский

ведущая в никуда. Воздух, еще хранивший дневное тепло, был напоен соленым дыханием моря и едва уловимым, пряным ароматом каких-то невидимых ночных цветов, растущих на далеких, невидимых берегах.

Катамаран, подчиняясь тихому гулу двигателя, неспешно рассекал темные воды, оставляя за собой фосфоресцирующий след, похожий на хвост кометы. В этой сверкающей дорожке копошились миллионы крошечных существ, вспыхивавших сине-зелеными огоньками при малейшем волнении, словно подводные звезды, решившие подражать своим небесным сестрам.

На палубе царила непривычная тишина, нарушаемая лишь шепотом волн, поскрипыванием снастей и мерным ритмом мотора. После дневных бурь и новых подозрений эта ночная вахта казалась островком спокойствия в бушующем море взаимных упреков. Александр, установив автопилот, вышел из рубки и глубоко вдохнул ночной воздух. Он чувствовал страшную усталость, но сон бежал от него, как от преступника.

Вскоре к нему присоединилась Таня, неся два термоса с горячим чаем и пару толстых пледов. Они молча устроились в кокпите, укутавшись в шерстяные клетчатые полотна, и несколько минут просто смотрели на звезды, слушая, как океан перекатывает где-то внизу свои темные, тяжелые валы.

– Красиво, – наконец тихо произнесла Таня. – Как в планетарии. Только лучше. И никто не читает лекцию о спектральном анализе звезд.

– Ага, – Александр хмыкнул. – Один Бьорн чего стоит. Он, наверное, и сейчас спит и видит во сне диаграммы солености воды.

Он отпил глоток горячего, душистого чая, и в теле с благодарностью отозвалось приятным теплом.

– Спасибо, что не бросила, – сказал он, глядя на её профиль, освещенный мягким светом навигационных огней.

– Да я, в общем-то, и не собиралась, – она пожала плечами. – Хотя, признаться, пару раз мысленно собирала чемодан. Особенно когда Бьорн начал про русскую мафию. Это было уже слишком даже для моего северного терпения.

– Он напуган, – вздохнул Александр. – Все мы напуганы. И когда человек боится, он способен наговорить всяких гадостей. Я его не виню.

– А себя винишь? – спросила Таня, поворачиваясь к нему.

Он помолчал, глядя на фосфоресцирующий след за кормой.

– Да, – честно признался он. – Я капитан. Я отвечаю за всех. И я допустил, чтобы у нашего борта появился мертвый человек. И допустил, чтобы команда развалилась на моих глазах. Отличная работа, не правда ли?

– Эй, – она дотронулась до его руки. – Ты не мог знать, что какой-то незнакомец решит отправиться в мир иной именно у нашего борта. Это как винить смотрителя маяка в том, что в него ударила молния. Нелепо.

– Смотритель маяка, – он усмехнулся. – Мне нравится это сравнение. Только наш маяк, кажется, не столько предупреждает об опасности, сколько притягивает её, как магнит.

Они снова замолчали. Прошло несколько минут в комфортном молчании. Вдали, на горизонте, мелькнул огонек какого-то судна, но скоро исчез, растворившись в темноте.

– Знаешь, о чем я думаю? – снова заговорила Таня. – О твоем деде. О Юрии Сенкевиче. Он ведь тоже попадал в переделки. «Ра» развалилась у них на глазах, а они не паниковали. Держались вместе.

Александр повернулся к ней, и в его глазах вспыхнул интерес.

– Ты читала про «Ра»?

– Немного, – она смущенно улыбнулась. – После Кипра. Мне стало интересно. Он, наверное, был удивительным человеком. Врач, журналист, путешественник… И всегда с юмором относился ко всему, даже к самым опасным ситуациям.

– Да, – лицо Александра просветлело. – Он как-то говорил, что в любой экспедиции главное – не техника и не провизия, а люди. Если команда дружная, то и плот из бревен станет океанским лайнером. А если нет… то и самый современный корабль разобьется о первую же волну.

– Мудрый человек, – кивнула Таня. – Жаль, я его никогда не видела.

– Он бы тебя одобрил, – неожиданно сказал Александр. – Ему нравились люди с характером. А у тебя он есть. Ты не паникуешь, не ищешь виноватых. Ты просто делаешь то, что должно.

Таня почувствовала, как по её щекам разливается теплая волна. Эти слова значили для неё больше, чем все комплименты на свете.

– Я просто стараюсь не терять голову, – сказала она, отводя взгляд. – Как моя бабушка-поморка говорила: «Море дураков не любит. С ним либо на ты, либо тонуть».

– Твоя бабушка, кажется, была не менее мудрой женщиной, чем мой дед, – улыбнулся Александр.

Их разговор был прерван резким сигналом радара. На экране, в нескольких милях по правому борту, появилась отметка – небольшое судно, шедшее без ходовых огней.

Александр мгновенно вскочил и бросился к радару, его лицо стало сосредоточенным и серьезным. Все личные мысли и переживания разом улетучились, уступив место профессиональным инстинктам капитана.

– Что это? – тревожно спросила Таня, вставая рядом.

– Не знаю, – он прищурился, вглядываясь в темноту. – Судно. Идет без огней. Странно.

Он схватил бинокль и направил его в ту сторону, где должна была быть цель. Сначала он ничего не увидел, лишь сплошную черноту ночного океана. Но потом его глаз уловил темный, низкий силуэт, едва отличающийся от воды.

– Есть, – бросил он через плечо. – Похоже на рыбацкий баркас. Но почему без огней?

– Может, браконьеры? – предположила Таня.

– Возможно, – Александр не отрывал бинокль от глаз. – Или контрабандисты. В этих водах всякое бывает.

Они стояли рядом, напряженно всматриваясь в ночь. Неизвестное судно шло параллельным курсом, не приближаясь и не отдаляясь. Эта таинственная тень, плывущая в темноте, казалась зловещим напоминанием о том, что океан скрывает не только природные, но и человеческие тайны, зачастую куда более опасные.

– Надо разбудить Бьорна и Паоло? – шепотом спросила Таня.

– Пока нет, – покачал головой Александр. – Нечего сеять панику. Может, это просто какая-то местная особенность – рыбаки экономят топливо или батарейки на огнях.

Он положил бинокль и снова уставился на радар. Отметка медленно смещалась, но продолжала идти рядом.

– Знаешь, что мне сейчас подумалось? – сказал он, глядя на экран. – А что, если это как-то связано с тем, что случилось на Ибице? Что если за нами следят?

Таня почувствовала, как по её спине пробежали мурашки.

– Ты думаешь, это люди как-то связаны с тем трупом?

– Не знаю. Но совпадение кажется уж очень странным. Сначала мертвец у нашего борта. Теперь вот таинственное судно, идущее без огней по ночному морю. Как в детективе.

Они молча наблюдали за невидимым незнакомцем еще минут десять. Вдруг отметка на радаре стала смещаться быстрее и вскоре исчезла с экрана. Александр снова поднял бинокль. Темный силуэт растворился в ночи, словно его и не было.