Зарубежный детектив-2. 2026. Компиляция. Книги 1-9 - Алисия Хименес Бартлетт

– Вы имеете в виду, что пивоваренный завод – банкрот?

Брови главного пивовара полезли на лоб от ужаса.

– Уж пожалуйста, мистер Стрэнджвейс, – запротестовал он, – в самом деле, не стоит вот так рубить с плеча. Тут дело тонкое. Если хотите знать правду, она заключается в следующем. Хозяин был несколько старомоден: он не признавал новшеств и очень не любил тратить деньги, чего уж тут греха таить? Из-за его скупердяйства пивоварня переживает тяжелые времена и не может конкурировать с фирмами, которые используют новые методы и оборудование. Баннеты не банкроты, нет, но я сомневаюсь, что им удастся протянуть еще десять, а то и пять лет.

– Знаете ли вы что-нибудь насчет того, как давно идут эти переговоры?

– С «Роксби», что ли? Точно сказать не могу. По-моему, начались совсем недавно.

– Ну ладно, нам будет проще навести справки о переговорах в «Роксби».

– Вот это верно. Но не забудьте, – мистер Барнес неподражаемым образом пошевелил бровями, – я вам ничего не говорил.

– Вы? О, конечно. Нет, мы не станем указывать источник информации. Узнали – и все! Скажите мне еще одну вещь. Если бы фирма «Роксби» заполучила-таки бизнес Банкета, означало бы это большие изменения в штате служащих?

Барнес бросил на Найджела несвойственный ему проницательный взгляд.

– О, я понимаю, куда вы клоните. – Мгновение он помолчал. – Нет, лаете не на то дерево, мистер Стрэнджвейс. Не думаю, что трансфер существенно повлияет на наш штат. Работники у нас хорошие, денег своих они стоят. Им не укажут на дверь.

– А как насчет самого Джо Банкета и мистера Сорна? – спросил в лоб Найджел, отвечая откровенностью на откровенность.

– Что? Наши ключевые фигуры? Да вы шутите, сэр. – И мистер Барнес от души рассмеялся.

«Не слишком ли ему весело? – подумал Найджел. – А вдруг «Роксби» станет той самой новой метлой, которая чисто метет? Конечно, у Джо свой пай в пивоварне, с этим им ничего не поделать, но они могут назначить нового управляющего. И уж точно Сорн, будучи всего лишь учеником пивовара, никак не может быть отнесен к ценным работникам».

– Премного вам благодарен. Ну, а теперь можно мне побеседовать с вашей дочерью?

– Я не против. Сейчас ее позову.

Барнес засеменил к двери; его длинные руки свободно болтались при ходьбе.

– Эй, Лили! – крикнул он.

– Да, на!

– Тут один джентльмен хочет тебя видеть.

Заявление было встречено с вполне различимым хихиканьем, а затем словами, долетевшими сверху:

– Скажи Эду, что я еще в нижнем белье. Пусть подождет.

– Это не Эд. Это джентльмен, который остановился у доктора Каммисона. Давай одевайся, девочка, и спускайся.

Послышался приглушенный вскрик, затем наступила тишина. Барнес просунул голову в дверь гостиной и глубокомысленно произнес:

– К сожалению, мистер Стрэнджвейс, я сейчас должен уйти, а Лили будет через минуту.

Чего бы ни ожидал увидеть Найджел – а услышанный обмен репликами не предвещал ничего хорошего, – то, что вошло в комнату пятью минутами позже, он себе представить не мог. От отца Лили Барнес унаследовала длинное лицо, длинные руки и худое тело, на шаткой основе которых соорудила на диво точное подобие Греты Гарбо. Ее прическа, очевидно, относилась ко временам Кристины Шведской – нечто вроде гривы цвета загара ниспадало ей на плечи; лицо она напудрила до абсолютной белизны, дабы соответствовать предполагаемой белизне кожи прославленной кинозвезды, зато никакого макияжа не использовала, кроме тонкого слоя помады на губах длинного, с опущенными уголками рта. На ней был старый дождевик, и ничего, как заподозрил Найджел, между ним и «нижним бельем».

Сутулясь, держа руки в карманах плаща, Лили прислонилась спиной к двери и сипло промычала:

– Это вы хотите меня видеть?

Найджел сверхчеловеческим усилием удержал себя от ответа: «Нет, премного благодарен, я хочу домой» – и сказал:

– Э… да, всего на несколько минут… Может, вам лучше сесть?

– Я предпочитаю стоять.

– О… э… ну, как вам угодно. – Ему наконец удалось совладать с собой и даже подумать, что шоковая тактика, возможно, окажется наилучшей для этой Гарбо. – Я хочу поговорить с вами о Траффлисе, собаке мистера Баннета.

Одна рука Лили покинула карман и начала постукивать по деревяшке двери. «Явная глупость с ее стороны», – решил Найджел, поскольку заметил дрожь ее пальцев. Однако девушка пыталась держаться уверенно.

– Траффлис? О да, бедная маленькая собачка, – промычала она.

– Понимаете, мне стало известно, что, когда Траффлис… э… встретил свой конец, в пивоварне всех самым тщательным образом допросили, кроме работников офиса, – бодро выпалил Найджел. – Но у меня есть основания полагать, что убийство собаки, возможно, связано и с убийством мистера Баннета.

– И что с того? – резко спросила Лили, временно превратившись в Джин Харлоу.

– А то, что раз уж я повязан в этом деле, то мне подумалось, что будет нелишним зайти к кому-нибудь из этих работников за разъяснениями.

– О, вы сыщик, да? Вы обвиняете меня в убийстве этой бедной собачонки?

Найджел ловко изменил стратегию и тактику. Он с восхищением начал таращить глаза на Лили, словно хорошенько не разглядел ее прежде.

– Знаете, – закинул он удочку, – когда вы вошли в комнату, я не сразу понял, кого вы мне напоминаете. А ведь, в самом деле, сходство поразительное. Готов сказать, что вы живое воплощение яркой героини замечательных фильмов, таланту которой до сих пор не нашлось достойной замены на экране.

Мисс Барнес с жадностью заглотила наживку. Она лучезарно засияла, по ее мнению на манер Гарбо, и заявила:

– Это то, что я всегда твержу Эду.

– Эду?

– Эду Парсонсу. Он мой дру… один из моих поклонников, я хотела сказать, – поспешно поправилась Лили.

– Ну, да кто теперь в состоянии оценить?..– воскликнул Найджел, отчаянно копаясь в памяти в поисках подходящего киношного слова, но, так ничего и не найдя, махнул рукой. – Эд Парсонс? Да уж, ему не до фильмов – бедняге сейчас приходится несладко, верно?

– Что вы имеете в виду? – насторожилась Лили.

– Да то, что этот парень крепко сидит на крючке у легавых.

– Ох, да что вы, право! – в сердцах отозвалась Лили, выходя из образа Греты Гарбо. – Давайте начистоту. Мой Эд ничего не сделал, и, если кто-нибудь говорит…

– Обождите минуточку, – перебил ее Найджел в припадке благодарности за предоставленную возможность вновь стать самим собой. – Вернемся к Траффлису. Его смерть как-то связана с Банкетом или нет?

– Продолжайте! – с насмешкой предложила Лили.

– Я продолжу. Если есть связь, то это указывает, что убийца хотел провести эксперимент на предмет качеств саркофага…

– Качеств чего?

– Извините,