Современный зарубежный детектив-20. Компиляция. Книги 1-21 - Андреас Грубер

в неделю ходила на тренировки по боксу и играла на бас-гитаре в панк-группе «Джонни Депп». Она и сотоварищи по группе наверняка добавят к готическим татуировкам пирсинг, это лишь вопрос времени. Но, несмотря на свою эксцентричную внешность, она была невероятно умной и с первого класса круглой отличницей. Иначе Курт ни за что не спустил бы ей с рук ее выходки.

– Мы с Татьяной как раз планировали провести с тобой семейный вечер. У нас будет лазанья, а еще в конкурсе музыкальных групп она выиграла кофеварку-эспрессо, которая готовит даже ванильный капучино.

– Ужасно!

– Кроме того, сегодня по телику показывают «Третьего человека». Эй, мой Большой, «Третьего человека»!

«Большим» Курт звал его отчасти как старшего. Хотя Петер так и не обзавелся семьей и домом, но в глазах Курта он все равно был более зрелым из них двоих, и, возможно, это уже навсегда.

– Звучит заманчиво, но не выйдет. Я вернусь только через четыре дня.

– Четыре дня? Значит, пропустишь завтрашний блошиный рынок?

– Значит!

– Вместо тебя пойдет Конрад?

– Забыл ему позвонить!

– Ты уже продал мои фильмы Эдгара Уоллеса?

– Как, если я в Праге?

– Конечно, понял, работа… Татьяна хочет знать, в чем суть твоего дела. Или сейчас ты не можешь говорить? – перешел на шепот Курт. – Кто-то приставил тебе пистолет к голове?

– Речь идет о картинах маслом.

– Ты и картины? Неужели для этого дела не нашли никого другого?

До Хогарта донеслись их смешки на заднем плане.

– Народ, мне пора идти, позвоню, когда вернусь.

Он отключился.

В последний раз с братом он встречался несколько месяцев назад. Эти посиделки с Куртом и Татьяной, возможно, хоть на пару часов отвлекли бы его от работы, а прежде всего, от неотвязных мыслей о Еве. Женщины вечно заставляли его ломать голову. Теперь в той же лодке оказался и брат. С дочерью Курт ладил прекрасно, но с женой отношения не складывались. Сабина перфекционистка, неустанно стремящаяся к порядку и гармонии. Даже малейшее отклонение от нормы выводило ее из равновесия. По ее мнению, у Татьяны был трудный возраст, но на деле Сабина слишком зажата, чтобы даже начать говорить о проблемах в отношениях. Хогарт давно оставил попытки понять, что Курт нашел в Сабине. Он и сам с ней не особо ладил – слишком редко они виделись. В конце концов, ее никогда не было рядом, когда по пятницам вечером он с Куртом и Татьяной смотрел черно-белую классику на канале «Arte», слушал в комнате Татьяны демозаписи ее группы или спорил на десять евро, кто съест больше гамбургеров в «Макдоналдсе».

Иногда, после школы, Татьяна заходила к нему в кабинет на третьем этаже старого здания, прямо под его квартирой, чтобы порыться в его документах или расспросить о старых делах. Еще в пятнадцать лет она твердо решила стать не учительницей, как мать, а страховым следователем, хотя он годами пытался ее отговорить. Его работа была далеко не такой захватывающей и интересной, как представляла себе племянница. Возможно, ему просто нужно рассказывать о своих делах не так увлекательно.

Хогарт потушил сигарету о перила балкона. Работа звала. Он хотел продолжить опрос, пока горничные еще застилали кровати в номерах. Приняв душ и надев удобные джинсы, рубашку поло и куртку, он вышел из номера.

Бармен отеля дважды приметил Шеллинг. Она сидела в одиночестве за барной стойкой далеко за полночь, погруженная в свои мысли, слушая, как пианист перебирал клавиши, и заказывая несколько сухих мартини с оливками. Официантка в ресторане тоже запомнила венку в красном галстуке. Такую яркую женщину нелегко забыть. Шеллинг всегда завтракала около десяти, пару раз ужинала в отеле и также обычно заказывала мартини. Она всегда была одна, ни разу не звонила, не получала сообщений на стойке регистрации и – за исключением такси – никогда не выезжала из отеля. В счете за номер значился только час платного телевидения с двух до трех ночи, пачка арахиса из мини-бара, но ни одного телефонного звонка из номера. После того как Шеллинг выписалась, ее больше никто не видел.

К обеду Хогарт израсходовал первые пять тысяч крон. Будь он хуже осведомлен, легко принял бы Шеллинг за неприметную туристку, страдающую бессонницей. Единственной зацепкой, которая у него оставалась, было отсутствие у нее водительских прав, из-за чего ей приходилось пользоваться услугами такси. Еще за тысячу крон Тереза помогала ему переводить, пока он обзванивал городские таксомоторные компании. Хотя в Праге издавна сосуществовали два языка – чешский и немецкий, – на последнем мало кто из местных говорил свободно. К полудню у него был список ее поездок на такси, хотя он и влетел коммерческому советнику Расту в кругленькую сумму.

Во время раннего ужина в богемном ресторане «Цур Шпинне» напротив отеля Хогарт просматривал страницы компьютерной распечатки. В тот час в заведении было еще немноголюдно, поэтому он мог, не привлекая внимания, разложить в уединенной нише при свечах свои записи.

Он просмотрел список поездок на такси: двенадцать! Дама не проявляла особой активности. Поскольку Шеллинг ни разу не видели разговаривающей по телефону, такси она, скорее всего, вызывала из своего номера с мобильного. Двенадцать раз ее забирали прямо из отеля. Одиннадцать платежей были наличными, один – кредитной картой. Хогарт посмотрел пункты назначения на карте города. Четыре раза – в Национальную галерею, дважды – в район вилл возле Пражского Града, по одному разу – в центр экстренных операций пожарной охраны, в отдел уголовного розыска, в химическую лабораторию и в австрийское посольство, предположительно для выяснения, кто отвечает за те или иные бюрократические процедуры. В день отъезда, примерно в то же время, когда она оставила сообщение на диктофоне в офисе «Медеен энд Ллойд», она выехала на такси в район аэропорта. Не в аэропорт, а именно в прилегающий район. Поездка до улицы Пивонка, примерно в девяти километрах от центра города.

Это место Хогарт нашел на самом краю карты города. В такой глуши были только поля и проселочные дороги, и все же Шеллинг явно что-то в этом районе искала. Там она и пропала. Еще одно заставило Хогарта задуматься: та поездка, оплаченная Шеллинг кредитной картой. До Бернарди – узкого переулка к югу от квартала Йозефов, между набережной Влтавы и Старе Местом, недалеко от отеля. Почему картой Шеллинг оплатила именно эту поездку? Уж точно не потому, что у нее закончились наличные. Ведь на следующий вечер за такси в район аэропорта она расплатилась купюрами. Возможно, эту поездку она хотела задокументировать, передать, так сказать, послание потомкам. Возможно,