Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер

он как следует искусает мучителя. И будет счастлив, если они погибнут вместе, потому что псы склонны любить своих хозяев. Но опасен не тот пес, что лает, а тот, что рычит».

— И что нам это все дает? — Джа-Джа направился к двери. Повернулся, чтобы услышать ответ.

— То, что надо как можно быстрее допросить его соседей по столику для ВИП-персон в «Царском». — Романовская пожала плечами и улыбнулась Саше. — Это наш «совет справедливых».

Саша подбежала к Джа-Дже.

— А как там насчет того человека по компьютерам? Ты говорил, что у тебя кто-то есть.

Он кивнул и набрал номер сына.

— Блажей, дай координаты этого чародея. Да, эсэмэсни. Только предупреди, чтобы без последствий. Мы ему что-нибудь там предложим. Пусть передаст сестре.

Вскоре пришло сообщение.

— Это один хакер. Не знаю, сможет ли он помочь. Довольно странный тип.

— Те, кто связаны с ай-ти, живут в виртуальном мире.

Джа-Джа еще раз окинул взглядом комнату Саши.

— И не только они.

Вскоре Романовская и Залусская опять остались одни.

— Я боюсь за Петра, — шепнула Кристина. — Не то чтобы мне было жаль его, но я чувствую, что сказанное тобой не лишено смысла. В этом, черт побери, есть даже очень глубокий смысл, и парни знают об этом. — Она кивнула на дверь. — Потому и не хотят впутываться без особой надобности. Все, кто сидел тогда за этим столом в «Царском», — старые коммунисты, а теперешний староста повета был начальником отдела ГБ до конца его существования. Здесь с тех пор ничего не изменилось. Просто игра сейчас идет на деньги, которых тогда не было.

— Деньги — это власть.

— А власть — это еще больше денег. Замкнутый круг.

Они обе понимали, что ступают на зыбкую почву. Сейчас речь шла уже не о простом убийстве. Но они обе не хотели называть вещи своими именами.

— Поехали к нему сейчас, — предложила Саша. — К Бондаруку. Поговорим.

Кристина склонила голову.

— Не могу, — шепнула она. — Я должна его оберегать и не беспокоить. Пока нет оснований, мне нельзя таскать его по участкам.

— Кто выдал приказ?

— Моя власть.

— Власть — это деньги, — вздохнула Саша. — Кто?

— Я не могу тебе сказать.

Саша уперла руки в бока.

— Как это не можешь?

— Ты уедешь, а я останусь. Здесь живут мои сын, муж.

— Бывший муж.

— Венчание в церкви соединяет людей до гробовой доски, и, как бы я к этому ни относилась, для этих людей я навсегда останусь женой Джа-Джи.

Саша сдалась:

— Как знаешь.

— В принципе, я могу тихонько прощупать кого надо.

— Было бы неплохо.

— Но нужно основание. Предлог, почему я в этом копаюсь. Надо найти тело ксендза и того, второго — Ожеховского. Тогда они не смогут ничего отрицать.

— Вы можете вызвать георадар?

— Если появятся аргументы, — заверила комендантша. Саше показалось, что она слегка отвела взгляд. — Будут тела, будут и дела.

— Ты можешь мне помочь? — Саша опять прикрепила на шторах карту города. — Терпеть не могу географический профайлинг, но в данном случае другого выхода нет. Только вот я ни холеры не ориентируюсь в этих районах.

Романовская подошла к развернутому листу бумаги, утыканному флажками, словно к ежу.

— Может, сначала компьютер? Я отвезу тебя к нему, а когда вернешься, приеду и помогу тебе.

Саша согласилась. Она набрала номер, который дал ей Блажей. Едва успев представиться, человек на другом конце провода назвал ей адрес, после чего бросил трубку. Залусская продиктовала его комендантше.

— Это адрес военного кладбища в Вельске Подляском. — Романовская наморщила лоб. — Километров тридцать отсюда.

— Этот чародей из ай-ти сейчас там.

* * *

Жители маленьких городков боятся темноты. Они прячутся в своих домах, пытаясь отпугнуть чудовищ, включая цветной телевизор. Чудовища, как известно, дрожат при виде голубых экранов, которые можно увидеть в окне издалека. На поверхность выныривают только камикадзе, вынужденные рисковать жизнью из-за дел, не терпящих отлагательств, или смельчаки, желающие повстречаться с чудовищем. Есть еще третий вариант, маловероятный в Хайнувке. У кого-то может не быть телевизора. Саша оказалась, видимо, единственным человеком в городе, относящимся ко всем трем категориям.

— Вымерли или что? — Она высунула голову в окно, высматривая хотя бы одного живого человека сначала на улице, потом в парке и возле кинотеатра «Лесник», преобразованного в супермаркет.

— Завтра воскреснут, — улыбнулась Романовская. — Радуйся спокойствию, тишине, пока не вернешься домой. У вас, наверное, постоянный шум, пробки.

— Да, приехав сюда на несколько дней, можно и поверить, — призналась Саша. — Но по истечении какого-то времени, начинаешь понимать, что эта идиллия ненастоящая. Вроде как все такие милые, симпатичные, вежливые. Да и знают друг друга, но на самом деле эта вежливость обманчива. За ней скрывается негласное взаимное наблюдение и нездоровый интерес к тому, что происходит за стеной. Собственно, все это только отталкивает людей друг от друга. Мне больше по душе открытая анонимность, соседское равнодушие, как говорят социологи. Никаких обязательств, стараний казаться вежливой, если я знаю, что передо мной подлый и неприятный человек. Так удобнее.

— Не веришь в добрососедские отношения?

— Я пыталась допросить почти всех соседей Бондарука, поговорить с этой самой Дуней. Расспрашивала о ее сыне. Никто даже не признался, что знает его ник. Услышав «Квак», все сразу замолкали. О братьях невесты мне удалось узнать только, что это порядочные хлопцы. Хочешь послушать запись?

Не дожидаясь ответа Романовской, она включила диктофон.

«— Вы знали пропавшую?

— Это была порядочная девушка. Очень порядочная.

— А ее братья, отец? Какие у нее были с ними отношения?

— Очень порядочные мужики. И она порядочная. Потому и отношения хорошие были.

— Может, им не нравилось, что Ивона выходит замуж за белоруса? К тому же такая разница в возрасте.

— Этого я не знаю, дорогая пани. Бондарук — тоже порядочный мужик. Работу людям дал. Я сам у него работал, пока силы были.

— Вы же совсем молодой человек. Вам не больше сорока, ведь правда?

— Что вы, тридцать три пока. Я на пенсии по состоянию здоровья. Позвоночник. Тот врач, что писал заключение, не хотел инвалидность признавать, но один из братьев Зубров поговорил с ним, и он признал.

— Порядочный мужик, — вздохнула Саша.

— Ну, я ж говорю, дорогая пани».

Саша нажала кнопку «стоп». Она подняла брови, изображая симулянта с пенсией, полученной при помощи Зубра, пародируя его голос, сказала:

— Знаешь, Крыся. Порядочная ты баба, очень порядочная. — И уже своим голосом: — Таких вот успехов я достигла в виктимологической экспертизе. С остальными приблизительно так же.

Романовская переключила передачу и взглянула на профайлера.

— Не знаю, чего ты ожидала. Мы на востоке страны. Сейчас здесь Польша, но самая ее