Современный зарубежный детектив-23 - Шахназ Сайн

следует сказать агентам по недвижимости, чтобы наклеили стикер «Продано» на табличку, – посоветовал Джеймс Лейси, когда Агата вернулась в кухню, чувствуя себя старомодной и плохо одетой как никогда.

– Мне не понравился ее внешний вид, – буркнула Агата.

– Правда? А мне она показалась очень милой.

Агата посмотрела на открытую дверь в кухню, откуда был прекрасно виден любой человек, стоящий у входа, и покраснела.

– А теперь мне и правда нужно идти, – сказал Джеймс Лейси и, до того как Агата успела возразить, проскользнул мимо нее и сбежал.

Котенок тихо мяукнул – о чем-то просил.

– Что я буду с тобой делать? – раздраженно спросила Агата. – О чем думал Билл Вонг?

Она налила котенку немного молока в блюдце и смотрела, как он его лакает. Ей придется его кормить, пока она не придумает, как от него избавиться. Агата снова вышла на жару. Ее сосед трудился у себя в саду. Заметив ее приближение, он туманно улыбнулся и исчез в доме.

«Проклятье, – мысленно огрызнулась Агата. – Неудивительно, что все эти женщины приползли к нему на порог с дарами».

Она зашла в «Харвис», где женщина за кассой обиженно посмотрела на нее, купила кошачий корм, еще молока и наполнитель для лотка.

Агата, вернувшись домой, накормила котенка и отправилась в сад с чашкой кофе. Ее симпатичный сосед выбил все мысли об убийстве из ее головы.

Если бы только она была хорошо одета. Если бы только он не слышал, как она грубо отшила женщину, хотевшую посмотреть ее дом.

Котенок катался на спинке на солнце. Агата задумчиво смотрела на него. Она тоже могла бы зайти к соседу с пирогом или кексом. Она все еще могла это сделать. Агата подхватила котенка, занесла в дом, затем снова отправилась в «Харвис», но оказалось, что они сегодня рано закрылись.

Она могла бы съездить в Мортон, купить там пирог или кекс, но ведь следовало идти с чем-то, испеченным дома. Тут Агата вспомнила про морозильник в школе. Туда женщины Карсли ставили домашнюю выпечку, приготовленную для предстоящих праздников. Ничего не случится, если она что-нибудь позаимствует. Затем она вернется домой, наденет красивый наряд и отнесет эту выпечку соседу.

К счастью, в актовом зале было пусто. Агата прошла сквозь кухню и осторожно подняла крышку морозильника. Чего там только не было: тарты, белые бисквиты, шоколадные кексы, коржи и – она содрогнулась – даже киши.

Агата достала большой шоколадный кекс, чувствуя себя воровкой, которой и была. Она огляделась, в любой момент ожидая, что ее застукают. Агата аккуратно опустила крышку и убрала замороженный кекс в пластиковый пакет, который принесла с собой как раз для этой цели, и вернулась домой.

Она приняла душ, вымыла голову, высушила волосы и расчесывала их, пока они не начали блестеть, надела красное льняное платье с белым воротником и сандалии бледно-коричневого цвета на высоком каблуке. После этого Агата налила котенку еще молока, достала кекс из целлофана, в который он был завернут, и разморозила в микроволновке. Она положила его на тарелку и пошла к дому Джеймса Лейси.

– О, миссис Рейзин, как это мило с вашей стороны! – воскликнул он после того, как открыл дверь и с явной неохотой принял кекс. – Может, вы хотите пройти или вы слишком заняты? – с надеждой добавил мужчина.

– Нет, совсем не занята, – весело ответила Агата.

Он пригласил ее в гостиную, и Агата принялась с любопытством стрелять глазами во все стороны. Везде лежали или стояли книги: некоторые на полках, другие в открытых коробках на полу в ожидании, когда для них найдут место.

– У вас как в библиотеке, – заметила Агата. – Я думала, что вы военный.

– Бывший. Я вышел в отставку и теперь собираюсь писать книги по военной истории. – Джеймс махнул рукой на письменный стол в углу, на котором стоял компьютер. – Простите, я покину вас на минутку, сварю кофе, чтобы выпить его с этим восхитительным кексом. Вы, дамы здесь, просто чемпионки по выпечке.

Агата осторожно устроилась в потрепанном старом кожаном кресле и немного приподняла юбку, чтобы выгодно продемонстрировать ноги.

Прошло много лет с тех пор, как Агату Рейзин интересовал какой-то мужчина. На самом деле она могла бы поклясться, что до того, как увидела Джеймса Лейси, все ее гормоны заснули и умерли. Она чувствовала возбуждение, как школьница на первом свидании.

Агата надеялась, что кекс хороший. Как удачно она вспомнила про кухню в школе.

Она внезапно оцепенела и впилась руками в кожаные подлокотники кресла. Кухня. А там плита есть? Микроволновая печь есть, потому что женщины размораживают свою выпечку, когда оформляют чайную для проведения одного из своих бесчисленных благотворительных мероприятий.

Нужно туда вернуться. Агата вскочила с кресла и вылетела из дома, как раз когда Джеймс Лейси вошел в гостиную с подносом, на котором стояли кофейник и две чашки.

Он осторожно поставил поднос на столик, прошел к входной двери и выглянул на улицу.

Агата Рейзин, приподняв юбку, неслась по Лилак-лейн так, словно за ней гнались все злые духи, выскочившие из ада.

«Может, все дело в кровосмешении? Близкородственном оплодотворении?» – подумал Джеймс, сел за стол и отрезал себе кусок кекса.

* * *

Агата вбежала в кухню при школьном актовом зале и стала лихорадочно оглядываться вокруг. И она нашлась, та вещь, которую Агата надеялась увидеть, – большая газовая плита. Она открыла низкие кухонные шкафы, стоявшие рядом с мойкой. Они оказались заполнены чашками и блюдцами, миксерными чашами, блюдами для пирогов, кастрюлями и сковородками.

Внезапно Агата села. Вот как все могло случиться. Вот как все это, вероятно, было сделано.

Она напрягла память. Например, в день праздника в кухне находилась миссис Мейсон, готовившая тесто для следующей порции кексов. В кухне также пекли и готовили разные блюда. Запомнил бы кто-то, что в день конкурса на лучший киш там находилась Вера Каммингс-Браун и пекла?

«Но ей это и не требовалось, – подумала Агата. – Ей достаточно было испечь его в любой день до конкурса, положить в морозильник и присматривать за ним, чтобы его не использовали, пока он не потребуется ей самой».

Остатки ее, Агатиного, киша выбросили со всем остальным мусором, который накопился в чайной. Вере требовалось только достать отравленный киш, поставить в микроволновку, взять его домой, отрезать кусок, чтобы пирог выглядел так, как на соревнованиях после дегустации, завернуть этот кусок в бумагу и выбросить где-нибудь, когда она вышла из дома. Агата готова была поспорить, что криминалисты не осматривали одежду вдовы в поисках отравленных крошек.

Как это доказать?

«Встретиться с ней