Мамочка по вызову - Кристина Агатова

– Оля, Илюша плачет!

Я вздохнула и погладила пушистый халат. Какая ванна, какая пена, если мне элементарно не дают даже раздеться!

– Покачай его! – крикнула я Максу. – Или дай кипяченой водички. Только проверь, чтобы она не была горячей!

Я разделась и погрузилась в воду. Шампанского и клубники мне, конечно, никто не подаст, но флакон с пеной – вот он. Я щедро плеснула тягучей ароматной жидкости и стала взбивать пузырьки рукой.

– Оля! – снова раздалось за дверью. На этот раз взывал Филипп Олегович. – Ему, наверное, надо поменять подгузник!

– Ну, так поменяйте, – немного раздраженно ответила я. – Помойте ему попу на кухне.

– Я боюсь, – сознался Разумовский.

– Это же ваш племянник! Чего его бояться-то? Не укусит.

– Он такой маленький. А вдруг я ему что-нибудь сломаю?

– Придерживайте головку, воду проверяйте рукой перед тем, как плеснуть на него. Держите крепко, но не давите на животик!

– Оля! – подключился Макс. – Он не успокаивается! Наверное, проголодался!

– Блин! – рассердилась я. – Намешайте ему смеси, там есть инструкция!

За дверью притихли. Вода приятно согревала уставшее тело, и я расслабилась и закрыла глаза.

– Оля! – снова поскребся возле двери Разумовский. – Как определить температуру воды для смеси? Написано, что надо сорок градусов.

– На глаз! – буркнула я.

– Капнуть? – на полном серьезе уточнил начальник.

– Вы издеваетесь? – возмущенно закричала я. – Двое взрослых мужиков, а с одним маленьким мальчиком справиться не в состоянии! Ждите, сейчас выйду и сама все сделаю!

Я наскоро смысла с себя пену, накинула халат и вышла. Какой толк сердиться, если от этого ситуация не поменяется? Помыться мне не дали, но если я начну ругаться, то Илюша почувствует напряженную атмосферу и потеряет покой и сон.

– А кто это у нас такой хорошенький? – ласково запела я, забирая ребенка у Филиппа Олеговича. – Кто у нас такой голодненький? Сейчас тетя Оля разведет тебе вкусное молочко. А дядя Макс пока постелит всем постельки. А дядя Филипп вспомнит про твои выстиранные вещички и развешает их на сушилке!

– Надо же, как ловко раздала всем указания, – восхищенно посмотрел на меня Разумовский.

– Это она может, – не менее восхищенно согласился Котов, вставая с дивана. – Кто где будет спать? Вы на одном диване поместитесь?

– С ума сошел! – чуть громче, чем надо, возмутилась я. – На каком еще одном диване? Доставай матрас и надувай!

– А я что? Я ничего, – забормотал Макс. – Просто, чтоб лишнее спальное место не готовить…

– Знаешь, – медленно произнес Филипп. – Вот сейчас было даже немного обидно. Никогда не думал, что спать со мной на одном диване – такой непередаваемый ужас.

Он развернулся и вышел из комнаты.

– А что я такого сказала? – шепотом поинтересовалась я у Макса. Тот развел руками.

– Заставила усомниться в его мужской привлекательности. Поставь себя на его место – он бы так громко закричал о том, что не хочет ложиться с тобой на один диван. Как бы ты отреагировала?

– Удивительная человеческая природа, – задумалась я. – Даже не собираясь с ним спать, я бы обиделась его открытому нежеланию делить со мной ложе. И что теперь делать? Извиниться? Или предложить прилечь со мной?

– Забей, – посоветовал приятель. – Нельзя такое предлагать. Если согласится – ты крупно попадешь, если откажется – обидишься.

– Да успокойтесь, я уже пережил это ужасное горе, – Филипп Олегович неслышно вошел в комнату. – Я там все развешал. Что еще надо сделать? Матрас надуть?

Я села кормить Илюшу, а парни принялись наводить уют. Спустя полчаса все было готово. Филиппу Олеговичу постелили в моей любимой угловой с большим окном, а нам с Илюшей отвели гостиную.

– Она ближе всего к кухне и ванной, – объяснил Макс. – И сквозняков нет. И телек можно смотреть! Да и на этом диване ты уже не один раз спала.

– Да я не против, – шепотом согласилась я, ногой покачивая кроватку. Илюша в очередной раз поел и уснул. – Интересно, а ночью он тоже каждые три часа будет просыпаться и просить жрать?

– А ты думаешь, он знает разницу между днем и ночью?

– Надеюсь, что знает. А то вскакивать посреди ночи, разводить смесь и менять подгузник мне совсем не хочется.

Разумовский вышел из ванной. Он, похоже, совершенно не стеснялся своего тела, потому что из одежды на нем было только махровое полотенце. Я смутилась и отвела взгляд. Пялиться на голого начальника – признак дурного тона. Даже если есть на что посмотреть.

Природа щедро одарила Филиппа Олеговича, дав ему высокий рост, широкие плечи и красивую развитую мускулатуру. Прибавьте к этому ровный легкий загар и получите настоящую мечту одинокой женщины. А если посмотреть на его лицо с правильными чертами, яркими синими глазами и трехдневной щетиной, то становится совершенно непонятно, почему рядом с ним до сих пор нет длинноногой блондинки с большими… глазами.

Он сел рядом со мной, обдав меня запахом геля для душа и чистого мужского тела. Я зажмурилась и потрясла головой, чтобы отогнать ненужные мысли.

– Каков план действий? – спросил он, не обращая внимания на мое странное состояние.

– Ты с утра едешь в Зеленку, так? – ответил Макс. – А я проедусь по всем больницам и…

Он замялся. «И моргам» – подумала я. Произнести фразу до конца – значит озвучить мысли, от которых мы стараемся убежать.

– Отлично, – пришла я на помощь. – А мы с Илюшей просто будем ходить по окрестностям, может быть, заметим что-нибудь. А теперь давайте спать, ладно? Время уже – третий час.

Глава 7

В девять утра я разлепила глаза от требовательного мяуканья голодного Илюхи. Несмотря на все мои опасения, он крепко проспал всю ночь, ни разу не пискнув. Хотя я все равно просыпалась, прислушивалась к его дыханию и переворачивала его с бока на бок, подкладывая под спинку сложенное валиком полотенце.

Филипп Олегович уже уехал, а Макс гремел чем-то на кухне.

Я протопала на пищеблок и пощупала чайник – теплый, в самый раз.

– Доброе утро, –