Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер

— Я вам не писарь! — заорал Дух, но тут же взял себя в руки. — Подполковник Роберт Духновский, гданьское областное управление, убойный отдел. Прошу срочно связать меня с кем-нибудь из офицеров.

Он продиктовал номер своего телефона и отсоединился. Потом пожалел, что не пошутил над их людоедом, но не успел толком об этом подумать, как телефон зазвонил снова. Дух порадовался своей влиятельности.

— С провинциальными умниками только так и надо, — объяснил он рыжему Духу и подождал, пока мобила издаст как минимум три гудка. — Чтоб уважали.

Ответил. К сожалению, это была всего лишь Зося, секретарша Валигуры.

— Если ты собираешься вызвать меня на работу, то по way, — заявил он ей. — Если уж вы меня вышвырнули, то теперь пусть сам шеф попросит, а я подумаю.

Она засмеялась и перешла на шепот:

— Тебе что-то прислали. Большая посылка, это много писем из какой-то больницы. На каждом надпись: «Лично в руки», поэтому я не открывала.

— Положи мне на стол.

— Только… — Зося запнулась. — Ты смотрел новости?

— Нет, — соврал он. — Я в отпуске, Зосенька, поэтому новости меня не интересуют. А что?

— Люди говорят, — опять шепнула она, — что та арестованная, ну, в этом городке, куда поехал этот известный провайдер.

— Профайлер.

— Вот именно! Это наша Саша. — Она захихикала. — В рифму получилось.

— Я ничего не знаю, — продолжал врать Духновский, чувствуя, что у него начинают гореть уши.

— Все дело в том, что эти бумаги тебе прислала Залусская. Но с наклейкой психиатрической клиники «Тишина». Может, ее там и держат? Шеф уже видел их и, как только вернется с обеда, прикажет мне открыть их. Ты же его знаешь. Не выдержит.

Дух прямо подпрыгнул, но продолжал притворяться равнодушным.

— Ладно, времени у меня вагон. Выгуляю кота. Пусть парень развлечется, потому что серьезно трудится над тем, чтобы угодить в суп.

Он оделся, напялил ботинки, взял Духа под мышку и, не без протестов, надел ему ошейник. Совершенно новый. Дочь Духновского подарила коту этот аксессуар на Рождество.

— Вот и настал день премьеры. Ты справишься, — успокоил он испуганное животное. — Справимся. А может, и нет.

Он закрывал дверь и продолжал говорить сам с собой. Сосед, открывающий дверь рядом, оглянулся. Роберт размышлял о том, что еще пару лет одинокой жизни — и такие вот монологи будут у него в крови, но не смог сдержаться и бросил коту:

— Как думаешь, во что эта холера опять вляпалась?

* * *

Хайнувка, 2014 год

Саша вышла из участка, забрала свои вещи: чемодан, техпаспорт на машину, которая все еще находилась на полицейской стоянке, и двинулась вперед. Автовокзал был недалеко, и ей даже хотелось пройтись. Она не собиралась пробыть в этом городе ни часом больше. Залусская так глубоко погрузилась в размышления, что не заметила автомобиля, медленно ползущего рядом с ней. Обычный темно-синий «пассат». Все дверцы его были обклеены логотипом «Частный извоз». За рулем сидел мужичок в бейсболке. Окно было открыто, из него торчал локоть.

— Вы свободны? — спросила она, хоть в машине не было пассажиров, а таксист явно навязывал свои услуги.

Она наклонилась, волосы упали ей на лицо. На секунду перед глазами поплыли круги. Усталость была очень сильной.

— Сколько возьмете до Белостока? — спросила Саша.

— Сто пятьдесят злотых. Или двести. Как-нибудь договоримся, — ответил таксист.

Саша не раздумывала ни секунды. Она положила чемодан на заднее сиденье и сказала:

— На железнодорожный вокзал, пожалуйста.

— Договорились.

Саша прикрыла глаза и погрузилась в размышления. В голове ее роилось множество самых разных мыслей. Последней было, где она возьмет деньги, чтобы заплатить за такси. Это занимало ее меньше всего. Она рассчитывала, что по дороге что-нибудь придумает. Может, найдет какой-нибудь банк, где ей выдадут наличные по паспорту? Она хотела немедленно покинуть Хайнувку. Стресс потихоньку отпускал, накатывала слабость. Она была в таком состоянии, что с удовольствием поплакала бы сейчас над своей горемычной судьбой, но стеснялась водителя. Поэтому решила взять себя в руки и предаться рыданиям позже, в поезде, по дороге в Гданьск. Она надеялась, что если в Варшаве ей удастся удачно пересесть на другой поезд, то ночь, возможно, она проведет уже дома. Она размечталась: надо будет пойти к морю, пройтись по пляжу босиком, закурить и вглядеться в горизонт. Этот пейзаж всегда действовал на нее чудесным образом. По правде, только этого ей не хватало в Англии.

Она включила телефон. Несколько пропущенных. В том числе один от Духа. Около двух часов назад. Она улыбнулась. Видимо, мысленно призвала его. В КПЗ у нее было время подумать. Она отругала себя за болезненную воинственность и решила действовать по-другому. Ей следует изменить modus operandi, иначе катастрофа неизбежна. То же самое касалось и ее личной жизни. Ей уже расхотелось быть амазонкой. Время пришить назад отрезанную грудь и разрешить себе быть женщиной. «Я буду милой, нежной и беспомощной», — решила она.

Саша с облегчением набрала номер Роберта, чтобы сказать ему: «Я возвращаюсь. Пойдем поужинаем». Именно так бы прозвучала ее реплика, если бы Дух ответил. Она набирала несколько раз, но у него все время было занято. Вскоре она получила сообщение о том, что номер уже на связи. Она позвонила, но он отключился после первого же гудка.

Саша злобно швырнула телефон в сумку. Значит, пока не получится стать милой и нежной. Она опять облачилась в кольчугу и надулась.

Они были как журавль и цапля. Из этого никогда ничего не выйдет. Саша откинула голову на подголовник и закрыла глаза. Неожиданно она почувствовала сверлящий взгляд водителя. Саша чуть подняла веко и убедилась, что ей не показалось. Он поглядывал на нее, скорее даже не спускал с нее глаз вместо того, чтобы смотреть на дорогу. Она выпрямилась, наклонилась вперед и уставилась на него бешеным взглядом в зеркале заднего вида. Он поднял голову и улыбнулся. Она взглянула на ладонь в перчатке, которой он переключал скорости. Кончики двух пальцев были пусты. Несмотря на кепку, Саша немедленно узнала его. Бросив взгляд на окрестности, она поняла, что они едут вовсе не в Белосток. Она пробыла в этих местах достаточно, чтобы изучить топографию города. Залусская схватилась за ручку двери, но он оказался проворнее, нажав кнопку центрального замка. Все двери были заблокированы.

— В чем дело? — спросила она гробовым голосом.

Не спуская глаз с зеркала, она взяла телефон и вслепую написала эсэмэску: «Спасай меня. Мне нужна помощь. Пожалуйста» — и отправила. И в этот момент увидела стоянку клиники «Тишина». Название больницы она тоже выслала Духу эсэмэской.