Зарубежный детектив 2026-5 - Марк Эдвардс

– Бейкер ранена, а Моди мертв, – сказал Лэм. – Нас всех, скорее всего, уже приказано задержать до выяснения обстоятельств, но лично я не намерен просидеть ближайшие пару суток в подвалах Риджентс-Парка, отвечая на идиотские вопросы.

– Сид ранена?

– А Моди мертв.

– Серьезно ранена?

– Не настолько серьезно, насколько он – мертв. Ты что, не расслышала вторую часть?

– У Джеда Моди на лбу было написано, что он плохо кончит. А Сид мне нравится.

– Ты меня удивляешь, – буркнул Лэм и повел ее через двор, мимо стоянки для жильцов, в обход кирпичного бордюрчика, вдоль которого высилась заурядная живая изгородь, а выйдя на тротуар, увидел внедорожник, припаркованный на противоположной стороне улицы.

* * *

– Надеюсь, – сказал Ник Даффи, заметив реакцию Лэма, – он не станет брыкаться.

– Да какая у него там брыкалка-то? – спросил Джеймс Уэбб по прозвищу Паук.

Вопрос этот был предсказуем в той же степени, что и погоняло Уэбба. Прожив на свете двадцать с чем-то лет, Паук свято верил, что любой, кто на пару десятков старше его, по счастливой случайности уцелел во время Потопа.

Даффи подавил вздох. Этой ночью он выскребал совсем уж затхлые сусеки. Вот и Дэна Хоббса пришлось в одиночку отправить за слабацким задротом-компьютерщиком. Там все получилось лучше некуда: Хоббс вырубил какого-то безвинного налогоплательщика, а местонахождение Хо так и осталось неизвестным. Остальные слабаки либо избавились от своих мобильных, либо устроили сходку в недрах ливневой канализации под Рупель-стрит. А тем временем Ник Даффи вынужденно изыскивал сторонние ресурсы и реквизировал таких, как Джеймс Уэбб по прозвищу Паук, потому что настоящих Псов не хватало.

К положительным моментам следовало отнести то, что Леди Ди оказалась права. Вот он, Лэм, явился за Стэндиш собственной персоной. А значит, если только он не выкинет какой-нибудь фокус, Даффи хоть что-то запишет себе в кредит.

– Ты не поверишь, – сказал он, отвечая на вопрос Уэбба.

Они выбрались из внедорожника и перешли на противоположную сторону улицы.

Лэм и его спутница ждали на тротуаре. Даффи знал, что особого выбора у этих двоих нет: можно либо вернуться в здание, что ничего не изменит, либо дать деру. Но если за рыхлым экстерьером Лэма и скрывались какие-то навыки, то спринтерские явно не входили в их число. Даффи сильно сомневался, что Лэм вообще способен бегать.

В двух ярдах от поджидающей парочки Даффи сказал:

– Горячая ночка.

– Сверхурочных захотелось? – отозвался Лэм. – По этому вопросу – не ко мне.

– Мне необходимо удостовериться, что никто из вас не вооружен, – объявил Паук Уэбб.

– Не вооружен, – сказал Лэм, не удостоив его взглядом.

– Мне необходимо удостовериться в этом лично.

По-прежнему не глядя на Уэбба, Лэм сказал:

– Слушай, Ник, я не вооружен. Ни холодным, ни горячим. И даже зубной щетки с пластитом на мне нет. Но если твоей сявке неймется, то лучше пусть сперва пошмонает мою коллегу, потому что сломанными руками это будет делать затруднительно.

– О господи, – сказал Даффи. – Никто никого шмонать не собирается. Уэбб, иди в машину. Мисс Стэндиш, садитесь вперед. Джексон, мы с тобой сзади.

– А если мы станем возражать?

– Если бы ты собирался возражать, то не задавал бы таких вопросов. Мы все тут взрослые люди и прекрасно знаем, что и как. Ну, едем в Парк, лады?

Позже Ник Даффи сообразил, что Лэм с самого начала водил его за нос. Ни с того ни с сего обратился к нему по имени. Нет, разумеется, они пересекались, но близкими приятелями не были. Даффи, старший Пес, на лесть, вообще-то, не падок. Но Лэм, в отличие от Даффи, когда-то был настоящим оперативником, тайным агентом, работал под прикрытием, что невольно внушало уважение. Желторотой молодежи, таким как Уэбб, Лэм представлялся старпером, сгоревшим на работе, но старшее поколение прекрасно помнило, отчего в те времена сгорали на работе… Черт возьми, да Лэм любого обведет вокруг пальца с той же легкостью, с какой глянет на часы. Но все эти соображения оформились гораздо позже, когда Даффи вернулся в Риджентс-Парк, а Лэма со Стэндиш и след простыл.

Все четверо сели в машину, и Уэбб включил зажигание.

* * *

Лэм дважды чихнул, потом пошмыгал и – Кэтрин этого не видела, так как смотрела прямо перед собой, – судя по донесшемуся звуку, утер нос рукавом плаща. Хорошо, что она сидит не рядом с ним.

Навстречу тек слабый ручеек машин, не идущий ни в какое сравнение с тем потоком, а позже – цунами, которые заполнят улицы в ближайшие час-два. Город все еще скрывала тьма, но тут и там уже слышались первые предрассветные шепотки, а уличные фонари начинали сдавать позиции. Кэтрин провела немало таких часов в ожидании рассвета. Первые несколько сот дней она старалась просто не думать о выпивке. Потом стало легче, и теперь она иногда даже спала до будильника. И тем не менее предрассветные часы были ей хорошо знакомы. Правда, обычно в это время она не сидела в машине; и обычно не находилась под арестом. Не важно, как это называлось официально, это был арест. Они с Лэмом арестованы. Хотя на самом деле под арестом должна быть она одна, а Лэм давно уже должен быть бог весть где. Почему он за ней пришел?

– Лой, да? – произнес у нее за спиной Лэм.

Даффи ничего не ответил.

– Да, скорее всего, Лой. Идеальный кандидат. Думаю, у Тавернер ушло минуты три, не больше.

Сидя на переднем сиденье рядом с Уэббом, Кэтрин спросила:

– Три минуты на что?

– На то, чтобы заставить его дать необходимые показания. Она же сейчас готовит новую версию развития событий. По которой во всем окажется виновата Слау-башня.

– Поездка будет намного приятней, – вмешался Даффи, – если мы воздержимся от бесед до прибытия на место.

– В чем виновата? – спросила Кэтрин.

– В смерти Хасана Ахмеда, – отозвался Лэм, снова чихнул, а затем продолжил: – Тавернер зачищает следы, только ей это не поможет. Именно за участие в сокрытии косяков люди и платятся карьерой, Ник. Сама-то она это знает, только вот считает, что лично она – исключение из правила. Все так считают. И неизменно ошибаются.

– Насколько мне известно, Диана Тавернер – мой босс. И пока это так, я делаю то, что она мне приказывает.

– Прибереги эту отмазку для служебного расследования. Господи, а я-то думал, что в обязанности главного Пса как раз и входит смотреть, чтобы никто не ходил в самоволку, нет?

Кэтрин покосилась на человека за рулем, которого Даффи называл Уэббом. Одного возраста и разлива с Ривером Картрайтом. Только, похоже, в отличие