Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер

— До сих пор мы считали, что вы выдумали встречу с предсказателем. Но так как этот одиозный мужчина, похоже, существует, он, видимо, становится главным подозреваемым. Только у нас нет ничего по этому человеку, кроме вашего описания. И мы также еще не знаем, где его искать. Но, возможно, узнаем больше, когда коллеги-криминалисты обследуют дом Шиллинга на предмет отпечатков или прочих следов.

Сара Винтер вытащила мобильный телефон и вызвала команду научно-экспертного отдела к дому Арнульфа Шиллинга.

— Я не могу исключать, что тот, с кем я говорил, был переодет. Так что теоретически это мог быть и Рубиш, — сказал Бен, когда комиссар закончила разговор. Все это время он пытался говорить как можно более спокойно, хотя осознавал, что они теряют драгоценное время. Теперь он заметил, что его дыхание ускорилось, а внутри начинает подниматься волнение, которое он скоро не сможет больше контролировать.

— Так какой же у вас был план? Чего вы хотели от Дженнифер Браун? — наконец спросила Сара.

Бен задумался ненадолго. Тот факт, что Дженнифер, похоже, тоже исчезла, усилил его подозрение.

— Я надеялся, что Дженнифер может рассказать мне какие-то детали, которые подтвердят мое подозрение, что все нити ведут в этот монастырский интернат. Но сейчас я уже не вижу необходимости в разговоре.

Бен впервые заметил тень удивления на лице Сары Винтер.

— Почему?

— Вскоре после того, как Дженнифер покинула сегодня полицейский участок, она исчезла. В похищении своей сестры она по-прежнему подозревала Михаэля Рубиша. Что, если она решила взять инициативу в свои руки? Куда бы она пошла?

— В монастырский интернат, — ответила Сара Винтер.

Бен кивнул и тоже сделал глоток воды. Он лишь сейчас заметил, насколько у него пересохло в горле.

— А что для вас будет новостью, так это тот факт, что Тамара Энгель и я учились именно в этом интернате.

Сара пораженно посмотрела на него и должна была признать, что в рамках расследования они этого действительно еще не выяснили.

— Вы считаете, что кто-то мог навести на вас подозрение в убийствах из-за чего-то, что связано с этим интернатом?

— Да.

В этот момент у Сары зазвонил мобильный телефон. Она взглянула на дисплей и ответила. Чем дольше продолжался разговор, тем серьезнее она смотрела на Бена и сильнее хмурила лоб. Через полминуты она попрощалась с собеседником и нажала отбой.

— Это был коллега, которого я попросила побольше разузнать о Марлен Рубиш. И теперь я тоже думаю, что нам стоит поехать в интернат. Если женщины нет дома, возможно, она на работе.

— Что выяснил ваш коллега?

Сара ответила не сразу. Вероятно, размышляла, можно ли раскрывать Бену эту информацию. В конце концов решила, что можно.

— Двадцать девять лет назад единственный сын Марлен Рубиш стал жертвой преступления. Его изнасиловали и убили. Его труп нашли в лесу. Через год она переехала в этот поселок недалеко от монастырского интерната. Убийцу ее сына так и не нашли.

Бен шумно выдохнул:

— Когда такое случается, оставаться на старом месте, где все напоминает о прежней жизни, невыносимо. — Он подумал, что Николь тоже хотела переехать с Лизой в другой район, потому что одноклассники дразнили Лизу «дочерью убийцы».

— Но есть одна проблема, — сказала Сара и встала. — Как Михаэль Рубиш может быть внуком Марлен Рубиш, если ее единственный сын погиб в шестилетнем возрасте?

Бен молча уставился на нее.

— Возникает вопрос, кто на самом деле этот Михаэль Рубиш.

Бен тоже поднялся:

— Возьмете меня с собой?

Уже переступив порог, Сара обернулась, наклонила голову и улыбнулась:

— Бен Вайднер, выписан ордер на ваш арест. Вы всерьез думаете, что я оставлю вас здесь?

Глава 38

Между тем уже стемнело. На небе не было ни облачка. Полная луна заливала окрестности голубоватым светом. Сара ехала за рулем голубого, покрытого ржавыми пятнами «сааба», которому было не меньше двадцати лет. Мотор рычал, как трактор. Но она не сбавляла скорость.

По дороге Сара позвонила коллегам в комиссариат и отменила розыск Бена. Кроме того, она запросила адрес местожительства Михаэля Рубиша. Через несколько минут ей перезвонили. Бен слышал разговор по громкой связи и узнал, что Михаэль Рубиш зарегистрирован у своей матери. Так как Сара уже была у дома Марлен Рубиш и ей никто не открыл, эта информация в настоящий момент была бесполезна. Она лишь надеялась, что у выпускника по-прежнему есть комната в интернате и что он будет там, когда они приедут.

— До сих пор я предполагала, что преступник очень религиозный человек, который развелся с женой и поэтому видит свое призвание в том, чтобы смертью наказывать разведенных женщин за их грех, — сказала Сара.

— И Михаэль Рубиш не подходит под этот психологический портрет убийцы? — спросил Бен.

— Он подходит в том смысле, что вырос в католическом интернате. Но он не женат. Зачем ему идти и убивать, защищая сакральность брака?

— То есть вероятнее, что преступник — это пожилой мужчина, который выдавал себя за Арнульфа Шиллинга.

В настоящий момент да. И мы должны учесть еще кое-что: преступнику важно не только наказание за неуважение брака. Он в равной степени мстит и вам. Иначе почему он хочет переложить вину за убийства на вас? В конце концов, он абсолютно осознанно подстроил все так, чтобы полиция считала вас убийцей.

— Разумеется, я тоже уже задавался вопросом, почему он выбрал именно меня и мою семью.

— И вам не пришло в голову, у кого с вами могли бы быть счеты?

— Нет, — вздохнул Бен. До сих пор он знал о двух подозреваемых: Михаэле Рубише и пожилом мужчине в доме Шиллинга. Почему кто-то из этих незнакомых ему мужчин должен хотеть навредить ему и его семье? Означало ли это, что они идут по ложному следу, который вовсе не приведет их к настоящему убийце? — А что показали предыдущие расследования? Кроме меня, больше не было подозреваемых? — спросил Бен.

Лицо Сары Винтер оставалось бесстрастным. Это еще больше пугало Бена. Она даже не взглянула на него, а уставилась на дорогу.

— Бывший муж Катрин Торнау врач. В субботу он был в Мюнхене по программе повышения квалификации, а потом до половины второго ночи пил с другими участниками конгресса в баре отеля. Торстен Цимковски, очень верующий мужчина, который регулярно посещает церковные службы в базилике Святого Иоанна и с которым год назад развелась жена, работал в ночную смену, когда произошло убийство. Он