Расследования Екатерины Петровской и Ко. Том 1 - Татьяна Юрьевна Степанова

вам, ребята, такое, раз уж вы напарники. — Долгушин положил стиснутые кулаки на стол. — Вы профессионалы, работаете не первый год, да? Реакция вон у Вадима хорошая, как я убедился. Я хочу, чтобы вы любым доступным способом уберегли Леху от самого себя, Я хочу, чтобы вы сделали все возможное, чтобы он не попал к Бокову — ни в отель, ни в гримерную. Чтобы они опять не пересеклись — в ресторане ли, в баре. А если все же это произойдет, чтобы вы были с Лехой рядом и не позволили бы ему…

— Набить Бокову морду? — без обиняков брякнул Кравченко.

Долгушин помолчал.

— Он в очень уязвимом положении сейчас находится — Леха, — указал он после паузы. — Вы даже представить себе не можете. Все сейчас стадо по-другому. А впереди — сплошные перемены.

— Опять перемены? — спросил Мещерский. — Куда дальше-то?

— Есть куда, — Долгушин невесело усмехнулся. — В случае чего, если Леха сорвется, с ним разберутся сразу и по полной программе, без снисхождения. Будет что-то вроде показательной публичной экзекуции. У вас это любят. Припаяют срок за хулиганство, а то и вообще… Ну, это смотря какой он Бокову сюрприз преподнесет; Я всего этого не допущу. Поэтому и хочу с вашей помощью…

— А Жданович в курсе, что вы нас к нему стражами приставите? — спросил Кравченко. — Если он не захочет?

— Если не захочет… Ну тогда все равно будете сторожить — негласно. Но он сейчас в таком состоянии, что…

— Да пьет он. Пьет Алексей Макарыч наш, — шумно вздохнул капитан Аристарх. Они все как-то забыли про него, а он был тут, в кают-компании. — Я уж долбил, долбил ему — чего ты, дурень. Из-за такого-то дерьма организм свой гробить.

— Из-за какого дерьма? — не понял Мещерский. Капитан Аристарх сделал неопределенный жест, а потом махнул ладонью — а, что там говорить!

— А где Жданович сейчас? — осведомился Кравченко. — В Питере, в Москве?

— С нами пришел, на теплоходе. Его каюта третья, — ответил Долгушин. — Вещи тут его все. В общем, тут он живет, с нами. Но сейчас его нет. Сына поехал проведать. Сын у него тут в Москве от первого брака. У жены — новая семья, муж бизнесмен. Леха там, в общем, пятая спица в колесе, но сына он видеть должен. Это ему сейчас — лучшее лекарство.

— Он еще того, Витя, не забудь им сказать, — вмешался капитан Аристарх. — Он в «России» номер снял.

— А где Боков будет давать концерт? — быстро спросил Кравченко.

— В концертном зале «Россия». — Долгушин посмотрел на Кравченко. — Ну что, ребята, беретесь помочь мне? Очень не хотелось бы каких-то тупиц, пофигистов нанимать со стороны. Сейчас ведь все всем до лампочки, даже если и деньги платят. А вы ребята умные. О поэтах вон загнули, значит — не все еще так безнадежно.

— Я помню концерт Ждановича в Лужниках в девяносто четвертом, зимой, — сказал Мещерский. — Я там был. И потом его по телевизору показывали. Почему сейчас его никогда не показывают? Почему вы совсем нигде не выступаете? Как же это можно вот так взять и бросить все, чем был «Крейсер»?

Долгушин скользнул по нему взглядом и ничего не ответил. Обратился к Кравченко:

— Оплата, как я и сказал, на ваших условиях.

Кравченко достал мобильник, включил калькулятор, подсчитал что-то — показал Долгушину.

— Скромные запросы, — хмыкнул тот.

— Это задаток. Остаток заплатите после выполнения работы. — Кравченко спрятал мобильник, по рассеянности выключив его, вместо того чтобы просто убрать калькулятор с дисплея. — Вы не знаете, что может случиться. Я тоже не знаю. Если же произойдет что-то непредвиденное, я сделаю свою работу, подсчитаю дополнительные затраты до копейки. Это уж — будьте уверены.

— Надо составить официальный трудовой договор? Найма или аккордных работ? — Долгушин иронизировал.

— На фиг бумаги. Мое слово, ваше слово, — Кравченко поднялся. — В девяностом у меня было двадцать штук ваших кассет — записи концертов в Питере, Челябе, Уфе, Реутове, Выборге. А БГ было две кассеты, «Кино» — пять. А «Наутилуса»…

— Раньше нас с «Наутилусом» часто сравнивали и потом, когда группа распалась. Я, когда молодой был, только начинал, воспринимал все это крайне болезненно. К Бутусову славу ревновал, психовал, злился, — Долгушин вскинул голову. — Неужели действительно нас нужно было сравнивать? Неужели все дело — в сравнении?

Мещерский чуть было не воскликнул в ответ: ну, конечно же! Но что-то подсказало ему — молчи, дурак. Есть моменты (например, сейчас), когда лучше воздержаться от сравнений.

— Ну вот, мужики, вы и в нашей команде, — гулко подытожил капитан Аристарх. — По такому случаю надо раздавить… Чего заморгали-то? Не тушуйтесь, хорошего французского вина бутылочку раздавить, да не одну. У нас все с собой, на борту, в магазин бежать не придется. Время-то самое обеденное. Сейчас склянки пробьют.

Глава 8. ВОЙСКО С ДЕРЕВЯННЫМИ МЕЧАМИ

На раскрытие убийства Валерии Блохиной Колосов бросил сразу несколько сотрудников. Оторвал с кровью, с мясом от других, не менее значимых дел, поручив каждому из них отдельный сектор отработки всех обстоятельств и фактов, выявленных первоначальными следственными действиями.

Утром он коротко доложил первые результаты начальнику управления розыска на совещании. И после совещания остался в кабинете у шефа, вызвав туда всех задействованных подчиненных.

Катя была бы крайне удивлена, если бы узнала о том, какие именно версии убийства обсуждались на этой узкой оперативке. Но о многом ей было суждено узнать гораздо позже.

В этот день Колосов Катю не видел и не звонил ей: некогда. Двое оперативников были срочно направлены им в Химки. Они должны были проверить все зарегистрированные и все действующие на территории района фирмы и товарищества с ограниченной ответственностью, сотрудницей которых теоретически могла оказаться Блохина. Проверялись все фирмы, оказывающие какие-либо услуги населению, публикующие объявления в газетах, имеющие сайты в Интернете, связанные с набором молодежи на работу. Один из оперативников был специально нацелен на рекламу — отслеживать все рекламные объявления самого широкого спектра с контактными телефонами, номера которых свидетельствовали бы о том, что офис фирмы, дающей эту рекламу, находится в Химках.

Проверялись выборочно и адреса сдаваемых в районе квартир, сотрудники отдела убийств предъявляли на опознание в ЖЭКах фотографию Блохиной Катя снова немало бы удивилась, узнав, куда и кому звонил Никита Колосов по поводу октябрьско-левобережного дела сразу же после оперативки у начальника управления розыска. Первый звонок по межгороду был сделан Колосовым в Белозерск — в местное УВД. Спустя некоторое время из Белозерского уголовного розыска был прислан подробный факс. Следом пришло и несколько дополнительных сообщений по электронной почте.

Ознакомившись