Современный детектив. Большая антология. Книга 1 - Карстен Дюсс

— Конечно. Куда я могу деться?

— Я постараюсь заехать после работы.

— Как хочешь.

Разумеется, гордость не позволяла Лайзе сказать «спасибо».

Эйша вздохнула во сне и почмокала губками. Манч легонько прикоснулась к спинке девочки, надеясь передать ребенку свою уверенность в том, что все будет в порядке. «Не тревожься, я тебя не брошу».

Уходя, она осторожно прикрыла за собой дверь.

Не успела Манч выйти, как в дом через заднюю дверь ввалилось двое мужчин. Тот, что был повыше ростом, уверенно прошагал в гостиную и спросил у Лайзы:

— Что ей тут понадобилось?

Лайза посмотрела на второго мужчину, брюнета с татуировкой на шее.

— Она спрашивала о тебе.

— Называла мое имя?

— Нет. Просто сказала, что в пятницу со Слизняком был какой-то парень с длинными черными волосами. И наколку описала. Хотела узнать, кто ты.

— Эта сучка нам помешает? — спросил высокий.

Лайза помимо воли бросила быстрый взгляд на его внушительную мускулистую фигуру. Глаза ее остановились на револьвере, засунутом за ремень его кожаных брюк.

— Не думаю, Такс.

Он шагнул к ней, сгреб своей лапищей ее волосы и рывком запрокинул ей голову.

— Моли бога, чтоб не помешала, тварь. Потому что если что случится, я свяжу вас одной веревкой и сделаю себе отличную мишень. Мне давно уже не мешает потренироваться в стрельбе. Ты ведь это понимаешь, правда?

— Я не доставлю тебе хлопот, — пообещала она.

Глава 11

В понедельник утром Алекс Перес явился на работу еще более неопрятный, чем обычно.

Блэкстон бросил напарнику ключи от машины.

— Нам нужно съездить в Инглвуд за сестрой Гарилло, — пояснил он. — Шугармен настаивает, чтобы труп опознал кто-нибудь из членов семьи.

— А почему ее не привезли вчера? — спросил Алекс, зевая.

— Касилетти сказал, что у нее куча детишек и нет машины. А еще он сказал, что она держалась довольно враждебно.

— Другими словами, ему не захотелось с ней связываться.

— Надо полагать, — отозвался Блэкстон.

Алекс почесал голову и протер глаза.

— Дай мне выпить чашку кофе, перед тем как ехать, — попросил он. — Сын номер два не дает нам заснуть всю ночь. А ты будешь кофе?

— Нет. — Блэкстон глянул на часы. Ему хотелось как можно быстрее съездить в Инглвуд и вернуться. — Я жду звонка специального агента Клер.

— А! Это с ней ты работал над расследованием серии изнасилований?

— Да, с ней самой.

— Ну, по крайней мере у нас есть знакомство.

— Посмотрим, отзвонит ли она; я уже пытался ее разыскать.

Пока Алекс ходил за кофе, Блэкстон откинулся в кресле, разгладил усы и позволил себе предаться воспоминаниям о том, как он работал вместе с Клер Донавон. Это было два года назад; тогда он еще специализировался на сексуальных преступлениях. Их совместное расследование относилось к той малоприятной категории дел, когда преступник известен, но улики против него собрать никак не удается. Насильник тщательно выбирал жертвы, пользовался презервативом и не забывал унести его с собой. И даже когда косвенные улики указывали на него, у него хватало ума не запутаться в показаниях и ни в чем не признаться. Патовая ситуация.

ФБР занялось этим делом, когда жертвой маньяка стала племянница директора Лос-Анджелесского отделения бюро. Полицейских детективов чуть не в глаза обвинили в некомпетентности и предложили им помощь. Спецагент Клер Донавон славилась своей способностью устанавливать контакт с подозреваемыми, и ее направили для ведения допросов.

Блэкстон испытывал к ней сильное влечение — влечение, которое было чем-то большим, чем подсознательная мужская реакция на ее великолепные физические данные: для того, чтобы его заинтересовать, этого было мало. Он был избалован женским вниманием и ему было из кого выбирать. Женатые друзья постоянно знакомили его с какими-то кузинами и подругами своих жен. И, предлагая знакомство, первым делом сообщали, что девушка очень хорошенькая, — словно это было важнее всего.

Нет, важнее было другое! Клер Донавон он видел в деле, восхищаясь ее неотступной решимостью, острым логическим умом и наблюдательностью. У Клер были зеленые глаза и соблазнительная фигура с округлыми формами; но за внешней мягкостью скрывалась сталь. Мягкость не была наигранной, скорее это был способ маскировки. В век женского равноправия Клер — умница Клер! — умело использовала свою женственность.

Перелом в следствии произошел, когда она вытянула из преступника признание. Каким-то образом ей удалось разузнать, что его несправедливо уволили с должности менеджера универмага «Кей Март». Его начальницей была женщина. Клер даже поговорила с матерью подозреваемого и докопалась до подробностей: его детские страхи, боязнь, что не сможет угодить матери. Она убедила преступника — и всех, кто присутствовал при допросе, — в том, что по-настоящему понимает, что с ним происходило. Всего десять минут разговора с парнем, — и он уже рыдал у нее на плече и во всем признавался.

Позже она отмахнулась от адресованных ей комплиментов, сказав, что все ответы были в досье подозреваемого. Несомненно, она была мастером своего дела — чертовски хорошим специалистом. Но, что ни говори, прежде всего она оставалась агентом ФБР, а это означало, что берет она больше, чем дает.

В последний раз он видел Клер в суде. Выслушав ее и его показания, судьи приговорили насильника к тридцати годам заключения. После заседания суда Клер согласилась пойти с Блэкстоном выпить, но торопилась — у нее была назначена встреча с другом. Не с мужем, как он отметил про себя.

— Она позвонит, — сказал Алекс, входя с кружкой кофе и пончиком. Похоже, он угадал мысли напарника.

— Ты готов? — спросил Блэкстон, вставая и надевая спортивную куртку.

— Может, за руль ты сядешь? — попросил Алекс.

— У тебя опять Луна в Уране? — поинтересовался Блэкстон.

— Я просто устал, вот и все. — Он изобразил обиду. — Знаешь, зря ты вышучиваешь то, чего не понимаешь.

— Ты хочешь сказать, что у меня невосприимчивый ум?

— Ты — Овен. Это твое неотъемлемое качество. Тут уж ничего не поделаешь.

— Давай мне ключи.

До дома Лайзы Слокем в Инглвуде они добирались больше получаса. Поставив машину на противоположной стороне улицы, детективы осмотрелись. На окнах большинства домов стояли решетки, а к железным заборам были прикручены изображения злобных доберманов. Рев реактивных двигателей заглушал помехи и голоса в их полицейском радио. Они оставили его работать на полную громкость — чтоб никому не пришло в голову счесть их потенциальными объектами ограбления. Детективы прошли к дому и, дождавшись хозяйку, вышедшую на крыльцо в халате, показали ей свои значки.

— Что вам надо? — спросила она.

Позади нее плакал младенец.

— Вы — Лайза Слокем?

— Угу.

— Вы должны поехать к коронеру и опознать