Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер

расследовал дела, по которым проходили группы и организации, подозреваемые, пусть даже отдаленно, в финансировании террористов и террористической деятельности. Он собаку съел на хавалах, посылающих деньги в Ирак в нарушение эмбарго США. Оттуда под видом гуманитарной помощи они перенаправлялись в ХАМАС и «Хезболлу», а затем через законный бизнес поступали повстанцам на Филиппины и в Индонезию. Не так давно, этим летом, он разоблачил шестнадцатилетнего саудовского принца, который втайне от папаши продавал его американские акции, а вырученные деньги отправлял в банк в городе Грозном, чтобы поддерживать борцов за независимость Чечни. Но ближе подобраться к врагу Чапелу не удавалось.

Ощущение, что он обречен находиться на периферии борьбы с терроризмом, все больше и больше удручало его. В его ведении находилась бюрократическая игра, включающая бесконечные походы в суд, запросы на выдачу судебных повесток и ордеров на обыск, несчетные часы изучения бухгалтерской отчетности, книг прихода и расхода, скучные мелкие факты ежемесячных выписок по счетам.

В правоохранительных структурах существует миф, что и один человек может что-то изменить и что все зависит только от количества приложенных усилий. И однажды Чапел решил стать таким человеком. Как змея, сбрасывающая кожу, он слой за слоем стаскивал с себя личную жизнь, чтобы больше времени оставалось для работы. Он отказался от велосипедных поездок в Аннаполис на выходных и от вечерних походов в бассейн. Он урезал утренние пробежки с шести дней до четырех, затем — до двух и теперь был вполне доволен, если удавалось потоптать дорожки хотя бы раз в неделю. Он забыл о любимой передаче «Футбольное обозрение по понедельникам» и окончательно бросил перечитывать шпионские романы Джона Ле Карре. Его отношения с женщинами, которые и без того завязывались не легко, теперь свелись к ужину раз в месяц с кем-нибудь из сотрудниц, а потом и вовсе заглохли. Рубашки он отдавал в химчистку, махнув рукой на траты. Кровать по утрам не застилал. По пути в Лэнгли он покупал черный кофе со вчерашней датской слойкой, забыв про нормальный домашний завтрак из овсяных хлопьев и свежевыжатого апельсинового сока. Вместо того чтобы в обеденный перерыв выйти и поесть по-человечески, подкрепиться, скажем, куриной грудкой и капустой брокколи под чесночным соусом, он стал довольствоваться куском пиццы и кока-колой прямо на рабочем месте.

И все это во имя мифа.

Адам Чапел докажет, что способен что-то изменить.

Однако в последнее время он начал сомневаться в результатах своих усилий. Нередко после двадцатичасового сидения за компьютером он рассматривал в зеркало свои глаза с красными прожилками и спрашивал себя: «Зачем?» Сможет ли он остановить кого-то, не дать совершиться теракту? Кто он, солдат на линии огня или резервист, который пытается остановить бурю при помощи зонтика? Эгоистично он спрашивал себя, не слишком ли самозабвенно отдается он призрачному делу и не стоит ли поискать ответы для своего беспокойного сердца где-нибудь еще?

А затем в течение одного дня все изменилось. Враг перестал быть маячившим на горизонте фантомом. Враг оказался рядом, здесь, в Париже. Чапел смотрел ему прямо в глаза и только по милости Божией избежал ужасного конца. Пораженный смертью трех своих товарищей и еще одного человека, с которым едва успел познакомиться, он понял, что его усилия не напрасны и в награду за верную службу ему выпала задача потруднее прежних.

— Агентство недвижимости «Азема», — повторил Леклерк и, записав адрес на листке, передал его Саре. — Это недалеко от Елисейских Полей, — любезно сообщил он ей, словно они находились в комнате одни. — Мистеру Чапелу будет приятно узнать, что почти рядом есть станция метро. Ему не придется много ходить, хотя, увы, придется преодолеть несколько лестничных пролетов.

— Что вы сказали? — спросил Чапел.

— Вам не придется много ходить.

— Нет-нет, что вы хотите этим сказать? — повторил он.

Лицо Леклерка выразило смущение, печальный взгляд его карих глаз метнулся от Сары к Чапелу. Он гадал, насколько далеко можно зайти. Чапел видел, как подрагивают его губы, а пальцы выбивают на подлокотнике кресла барабанную дробь.

— Вы слышали мой вопрос, — еле сдерживаясь, почти шепотом повторил Чапел, — так отвечайте же.

— Я сказал, что вам не придется много ходить, — невесело усмехнулся Леклерк. — Подумал о вашей ноге. Она же у вас болит, разве нет? Сначала вы упускаете Талила. Затем оказываетесь последним в подъезде. А я слышал, вы бегаете марафонские дистанции. Уж могли бы и нагнать его. Вот и все. Что случилось-то? Ногу растянули или еще что?

— Ничего не случилось, — ответил Чапел, — просто упустил его. Вот и все. Надеялся, что смогу задержать, был близок уже, но… — Он замолчал и отвел взгляд. С какой стати объяснять все это Леклерку? И в то же время он не мог остановиться. Ему самому было необходимо выговориться, хотя бы только для того, чтобы простить себя. — Они были моими друзьями. Последние два года мы бок о бок работали вместе каждый день. Сын Рэя Гомеса — мой крестник. Я перетащил Кека из ЦРУ и проводил с ним двадцать четыре часа семь дней в неделю, пока он не стал таким же, как все. Мы были командой. Отрядом. Я бежал изо всех сил… Вы слышите? — Давление в затылке усилилось. С каждой секундой ему становилось все труднее спокойно сидеть на месте. — Я задал вам вопрос.

Чапел даже не заметил, когда Сара Черчилль подошла к нему, но вдруг почувствовал ее руку на своем здоровом плече.

— Мистер Чапел, — негромко произнесла она, — я уверена, что мистер Леклерк ничего не имел в виду.

— Он капитан Леклерк, вы что, забыли? — не унимался Чапел. — И кстати, где были вы? — обратился он к французу.

— Впереди вас, — ответил Леклерк, глядя в упор на Чапела. — В дальней спальне. Думаю, мне просто повезло.

— Вам обоим повезло, — сказала Сара Черчилль, — несказанно. Итак, агентство недвижимости «Азема», правильно? — спросила она, читая написанное на листке. — Они нас ждут?

Леклерк дипломатично улыбнулся:

— Я нисколько не сомневаюсь, что они готовы к любому сотрудничеству.

Чувствуя, что ему надо на свежий воздух, Адам Чапел встал с кресла и вдоль стола направился к двери.

— Вы правда думаете, что выйдете на них таким способом?

Леклерк остался сидеть, усердно делая вид, что собирает свои бумаги. Он так и не поднял взгляда от стола:

— Каким способом?

— Идя по следу денег. Говорят, индеец может увидеть следы лошади даже на камне. Что до меня, я никогда не верил этому. — Чапел задержался у двери, опершись рукой о косяк. — Открою вам одну тайну, капитан Леклерк, — весь материал, который поставляют вам информаторы, по определению подозрительный. Сами