Убийства на радио - Марина Серова

— Чай? — переспросил Владимир. — А что с ним не так?

— А то, что один из погибших как раз и был отравлен чаем! По крайней мере, по предварительным данным. Точно я пока сказать не могу. Сам понимаешь, отравленный уже не расскажет, что и куда ему добавили. А сведения из третьих рук стопроцентной достоверностью не отличаются.

— Вот это поворот!

— Да, но было еще двое других погибших.

— Так это что, серия, что ли? И они тоже отравились чаем?

— Нет, одна вроде бы покончила с собой, но это не точно. А другую сбил скутер. Единственный объединяющий момент — все они работали в одном месте — в покровской радиовещательной компании. Причем главной подозреваемой стала тоже сотрудница этой радиостанции, которая по совместительству является невестой известного артиста покровского театра музыкальной комедии. Вроде бы она намеренно убивала своих коллег ради продвижения по карьерной лестнице. Не так давно умерла девушка — старший режиссер, на ее место поставили подозреваемую. А перед этим вроде как покончила с собой еще одна девушка, продвинув таким образом еще на одну вакантную должность подозреваемую в причастности к преступлениям. Меня нанял жених подозреваемой, но опять же не напрямую, а через посредство своей матери — бывшей оперной звезды нашего театра оперы и балета. Эта дама считает, что обвинение предъявлено ее сыну, но он объяснил мне, что не стал рассказывать матери о подозрениях насчет своей невесты. Потому что в противном случае женщина воспрепятствует их свадьбе. Невесту допрашивали пока в качестве свидетеля, обвинения ей предъявлено не было. Но это вопрос времени. Скорее всего, эту девушку обвинят в умышленных убийствах. Вполне возможно, что кто-то заинтересован посадить ее за решетку. К тому же мотив, который усматривает в этих преступлениях полиция, здесь налицо — личная выгода. У меня же нет пока сведений по уликам, свидетельским показаниям и прочим фактам, которые составляют доказательную базу, — объяснила я.

— Лихо закручено! Смотри-ка, жертвы и преступник работали на радиостанции, все вместе. Подозреваемая идет по трупам к вершине своей карьеры, а тут еще и свадьба на носу! Ой, Тань, во что ты вляпалась! — притворно ужаснулся Владимир. — Впрочем, все твои расследования не лишены изюминки. Ладно, удачи тебе, Тань. Если что, я на связи.

— Спасибо, Володь.

Я нажала на отбой. Заведя мотор, я вбила в навигатор управление внутренних дел и поехала по заданному маршруту.

Приехав на место, я припарковала свою машину на свободном месте, вышла и направилась к УВД Покровска. Здание выглядело внушительно: серые бетонные стены, большие окна с решетками и массивная входная дверь, на которой висела табличка «Управление внутренних дел».

Вокруг здания стояло несколько полицейских машин, а на территории дежурили сотрудники в форме. В воздухе витал запах свежего асфальта и дождя, который прошел утром.

Я вошла в здание и направилась к столу дежурного. За ним сидел молодой человек с уставшим лицом и зачесанными назад волосами. Он смотрел в монитор компьютера, время от времени бросая взгляды на проходящих мимо людей.

— Здравствуйте, — поздоровалась я с дежурным.

— День добрый, — кивнул молодой человек, мельком взглянув на меня.

— Подскажите, пожалуйста, как пройти в кабинет к полковнику Кононову Алексею Матвеевичу, — попросила я.

— По какому вопросу?

— У меня предварительная договоренность с Алексеем Матвеевичем, — понадеявшись, что Киря успел позвонить полковнику по поводу меня, отчеканила я. — Будьте добры, доложите ему, что подошла Иванова Татьяна Александровна, частный детектив, — и я плюхнула на стойку перед дежурным свое удостоверение. Тот минуты три изучал документы, после чего снял-таки трубку и четко доложил мое имя. Услышав ответ, откликнулся: «Так точно», оперативно вписал мои данные в толстенный талмуд и проговорил:

— Вам нужно будет пройти прямо по коридору, а потом завернуть направо. Кабинет товарища полковника находится в конце коридора, на ней есть табличка.

Я кивнула и направилась по коридору. Стены коридора были окрашены в светло-синий цвет, на них висели фотографии сотрудников, награды и грамоты, ну и, конечно, стенд «Их разыскивает полиция». В коридоре находилось несколько сотрудников, которые негромко переговаривались между собой, обсуждая последние новости.

Я дошла до конца коридора и остановилась перед дверью с табличкой «Полковник Кононов А. М.».

Постучав в дверь, я приготовилась ждать.

— Войдите, — послышался глубокий баритон.

Я открыла дверь и вошла в кабинет. Кабинет Кононова оказался просторным, с большим столом посередине, который был завален папками и документами. Вдоль стен стояли шкафы, а на свободных местах висели карты Покровска и фотографии с оперативных мероприятий.

Полковник Кононов сидел за столом. Это был крепко сложенный мужчина лет сорока — сорока пяти с начинающими седеть висками и небольшими залысинами.

— Здравствуйте, Алексей Матвеевич, — поздоровалась я и сразу же назвала себя: — Я частный детектив Татьяна Иванова из Тарасова.

— Да-да, я понял, дежурный доложил. Проходите, пожалуйста, присаживайтесь, — пригласил Кононов и добавил: — Владимир мне только что позвонил насчет вас.

— Алексей Матвеевич, я расследую дело об убийствах в радиовещательной компании. В частности, меня интересуют эпизоды, связанные с Мирославой Лаврентьевой. Владимир Сергеевич Кирьянов сказал, что вы сможете мне помочь в плане ознакомления с материалами этого дела, — сказала я.

— Да, я в курсе, — кивнул полковник. — Дело это непростое, — заметил Кононов, вставая из-за стола и направляясь к одному из шкафов.

Открыв дверцу шкафа, мужчина взял оттуда несколько папок и положил их на стол.

— Здесь все, что у нас имеется по этому делу, — сказал Кононов. — Можете ознакомиться. А я пока попрошу оформить для вас запрос к нашему ведомству. Будьте добры, документы.

Я кивнула, достала паспорт и лицензию и протянула полковнику. Тот сел за компьютер. Я удивилась: полицейский в таком чине сам намерен заниматься оформлением бумажек? Заметив мой озадаченный взгляд, Алексей Матвеевич пояснил:

— Личным секретарем, сами понимаете, не обзавелся. А идти к делопроизводителям — только время терять. Проще уж самому, тем более формы готовые есть.

Я подошла к столу, села на стул и начала просматривать документы.

— Простите, Алексей Матвеевич, могу я просмотреть материалы дела прямо у вас в вашем кабинете? — спросила я.

— Конечно, — кивнул полковник и погрузился в свои бумаги.

Я начала листать протоколы допросов, отчеты экспертов и рассматривать фотографии с места преступлений.

Закончив, я спросила Кононова:

— Алексей Матвеевич, а что вы сами думаете по поводу Мирославы Лаврентьевой?

— Вопрос сложный. У нас имеются улики, но они неоднозначные. Мирослава Лаврентьева была в компании жертв, но у нас нет прямых доказательств ее вины, — кратко сказал полковник. — По первому эпизоду у нее алиби. По второму — тоже, получается. В деле должно быть отмечено: