Искатель, 2012 № 12 - Журнал «Искатель»

— Что известно по подозреваемому, Иван Андреевич? — суровый прокурор области с насупленными кустистыми бровями всматривался в фотографию человека, которого вот уже вторые сутки разыскивала вся областная милиция.

— Кочетков Игорь Степанович, тысяча девятьсот... — начал доклад следователь по особо важным делам, вызванный на ковер к прокурору.

— Что ты мне установочные данные цитируешь?! — загремел хозяин кабинета. — Читать я и сам умею! Что сделано говори.

— Дома он не появлялся. У своей невесты тоже. По обоим адресам установили засаду. Мать его говорит, что он не злоупотреблял спиртным, мог выпить на праздник. Вел скромный образ жизни. Как освободился, устроился на работу, собирался завести семью. На работе эту информацию подтверждают. С другой стороны, в кабине грузовика обнаружили недопитую бутылку водки с его отпечатками. Очевидцы утверждают, что он сразу же убежал, как только увидел, что в легковушке трупы. Мы запросили его дело из колонии — возможно, скрывается у кого-то из своих приятелей по отсидке...

— За что он сидел? — снова перебил его прокурор, мрачно разглядывавший фотографии разбитой машины.

— За драку. Три года в колонии общего режима. В зоне работал, освободился условно-досрочно на год. По надзору за ним ничего нет, — следователь тихонько кашлянул, прикрыв рот носовым платком не первой свежести.

— И что вы мне этого баклана двое суток поймать не можете?! Вы же у нас лучший следователь! У меня уже телефон от звонков красный! Откуда только не звонят! Результатов требуют... Вы уверены, что это обычная авария?! — прокурор с силой захлопнул папку с делом и уставился на следователя своими маленькими водянистыми глазами.

— Когда погибают известные люди... — осторожно начал тот, — когда погибают известные люди, всегда в первую очередь приходит на ум версия об умышленном убийстве. Здесь на первый взгляд все ясно. Парень выпил, дождь, превышение скорости на мокрой дороге... Не справился с управлением, ну а потом уже, конечно, испугался и дал деру! Он же сидевший — отлично знает, что ему светит. Если все так, то задержание его — вопрос времени. С другой стороны, — следователь снова кашлянул и перевел дыхание, — с другой стороны, мы обязаны проверить все версии. И некоторые обстоятельства заставляют нас это делать.

— Какие?! — резко спросил прокурор. Звякнув граненой пробкой пузатого графина, он налил себе полный стакан воды.

— Ну, хотя бы, с какой это стати он вдруг напился за рулем, когда за ним такого никогда не водилось? И вообще... У меня какое-то предчувствие, что история эта будет иметь свое продолжение. А я своему чутью доверяю, как-никак больше двадцати лет в органах! В прошлом году и этой весной у нас была парочка странных случаев. На первый взгляд похожи на обычные ограбления. Только вот грабители малость перестарались и жертвы ограблений не выжили! И было такое впечатление, что уж очень старались перестараться... Больно уж жестко и четко действовали. Дела эти до сих пор не раскрыты и висят «глухарями». Была такая версия, что это заказные убийства.

— Да, я помню...

— Они еще расследуются, но, честно говоря, по-моему, вариантов там никаких. Нужно время.

— Времени у нас нет! Ты меня понял?! Все, давай рой землю, что хочешь делай, но этого Кочеткова твоего найди мне! Помощь будет нужна — проси! Все, что нужно будет, сделаем. Каждый день мне докладывать о результатах! Три дня даю! И чтобы он тут передо мной сидел!

Глава 15

Александр Петрович вытащил из ящика стола маленький плоский диктофон с отблескивающей на лаковой черной поверхности серебристой надписью и, нажав клавишу, положил его перед Ирочкой. Диктофон пошипел, два-три раза прогудел сигналом телефонного вызова, а потом неожиданно четко сказал голосом Ирочки:

— Алло!.. Алло! Слушаю вас!

— Ирина Павловна? Здравствуйте, голубушка! Узнали? — донесся из динамика трескучий старческий голос. — А я ведь вам по какому поводу звоню! Тут, намедни, я телевизор смотрел. Горе, говорят, у вас! Так вы, голуба моя, примите соболезнования! От чистого, как говорится, сердца! У вас-то сейчас забот, конечно, будет печальных... Да... С неделю, наверное, не меньше... Ну а уж через недельку жду! Не забывайте старика...

— Я... я... Я не успею! Это же все... все так неожиданно случилось! Мне же еще надо... Я и в наследство еще не вступила... Мне надо... — Голос Ирочки в диктофоне дрожал, и она явно была очень напугана этим звонком.

— Не по телефону, голубушка! Не по телефону! Значит, через недельку и жду... Ну, здоровьица вам крепкого, не болейте! — перебил Ирочку неизвестный собеседник, не дав закончить начатую фразу, а потом прозвучали гудки отбоя.

Александр Петрович выключил диктофон и уставился на Ирочку маленькими, холодно смотревшими через стекла очков глазами. Он чем-то был очень похож на большую ящерицу или черепаху, и Ирочка очень боялась посмотреть ему в лицо. Она сидела на стуле у стены бледная как мел и с трясущимися от ужаса губами.

— Ну что, Ирина Павловна?! Будем дальше молчать?! — Он с размаху ударил ее по щеке и рявкнул: — Говори, паскуда! Кто это был и что ты там еще не успела?! Кому ты Саныча заказала, мразь?!

Александр Петрович схватил Ирочку за плечо своими стальными пальцами и, сдавив так, что она вскрикнула от боли, прошипел ей в лицо:

— Я тебя наизнанку выверну, но ты мне все расскажешь! Я тебя живьем в землю закопаю!

И насмерть перепуганная Ирочка заговорила.

— Где ты этого экстрасенса выкопала, идиотка?! — шеф «Барракуды» немало повидавший на своем веку, просто не верил своим ушам.

— Да не экстрасенс он... Я же говорю — колдун. — Ирочка сидела, опустив глаза в пол, как напроказившая школьница. — В газете было объявление. Маленькое такое. Наведу порчу... И телефон. Мы с подругой позвонили, просто так, со скуки... Ну а потом уже... потом я сама к нему приехала, со злости. Я же не знала, что у него получится!

— Сколько, говоришь, он с тебя затребовал за