Современный зарубежный детектив-20. Компиляция. Книги 1-21 - Андреас Грубер

– Причина смерти?

– Как и в случае первого мальчика – не рана. Разрез прямой мышцы живота – брюшной стенки – чистый и неглубокий. Не кровопотеря. Не надрезы или повреждения внутренних органов. Но признаков удушения на этот раз нет. Скорее всего, он скончался от гипотермии. Похоже, пролежал там всю ночь. Прошлой ночью температура упала до минус двадцати пяти. Вероятно, он выжил бы, если бы добрался до больницы.

Лучше бы Фил этого не говорил, подумал Алекс.

– Еще у него ссадины на запястьях и лодыжках. Глубокие следы от веревки. Гораздо глубже, чем у первого мальчика. Он явно боролся. Видимо, это не обычная веревка, не гладкая и не гибкая как нейлон, а грубая полипропиленовая, дешевая, но прочная. Трению она не подвержена, но затянуть ее в узел трудновато, и держатся они плохо. Конечно, я не могу сказать наверняка, но мне кажется, его связали полипропиленовой веревкой и оставили на достаточно долгое время, дав возможность прорвать ремни, развязать узлы, каким-то образом освободиться.

– Когда ему разрезали живот?

– Он молодой и сильный. Синяки вокруг запястий и лодыжек оставил он сам в борьбе за свободу. Долгой борьбе. Потом он, возможно, сбежал. Каким-то образом дополз туда. Других следов на нем нет. Добрался до лужайки, лег и умер.

– Но добирался не вплавь?

– Могу только сказать, что в воду его тело не погружалось.

52

Алекс привязал каяк к крыше «Субару» и поехал в лагерь на Торндайк-Роуд. Там он перенес каяк через лужайку и столкнул в воду.

Озеро Муди было частью водного пути реки Лун, берущей начало где-то в глубинке штата Мэн, далеко от округа Колдер. Оттуда вода стекала в многочисленные ручьи, реки, пруды, порой и озера. Насколько судоходными они были, Алекс не знал. Но текли в одну сторону – к морю.

Алекс забрался в каяк, устроился поудобнее, оттолкнулся от небольших камней на краю лужайки. Проплыл совсем немного от берега, поднял весло и позволил ветру и течению нести его туда, куда им вздумается. Сориентировав нос лодки по направлению движения, Алекс отпустил каяк и стал смотреть, что он будет делать. Заколоченные дома, гаражи и хозяйственные постройки по соседству он уже осмотрел и не обнаружил ничего связанного с тем, что случилось с Джаредом. Другие дома района Алекс тоже обошел.

Он был уверен, что Джаред переплыл пруд за домом и выбрался на берег. Но в воду его тело не погружалось – в полости тела не было воды, волосы были сухими.

Значит, он приплыл на лодке. Алекс ясно представил эту картину. Каким-то образом Джаред освободился, нашел лодку, привязанную к причалу, заполз в нее, отвязал веревку, оттолкнулся и уплыл. Не имея сил, чтобы грести, он лег и направился туда, куда его несла лодка, – вниз по течению, – пока она не врезалась в берег у дома номер 27 на Торндайк-роуд. Там Джаред выбрался и по траве пополз к дому… Но не дополз. Замерзший, раненый, он свернулся калачиком и уснул навсегда.

Но лодка продолжала плыть. Пустая, поворачиваемая течением, подгоняемая ветром, она дрейфовала дальше. Алекс не нашел ее там, откуда она пришла, у доков на водном пути выше по течению. Лодка Джареда, которую Алекс надеялся опознать по названию или регистрационному номеру, лежала где-то ниже.

Каяк вскоре добрался до восточного берега озера Муди. По мере того как берега сближались, скорость набирала обороты, поскольку вода воронкой устремлялась в узкий вход в реку Лун. Алекс смотрел в карту, но она не давала ему представления о глубине и судоходности того водоема, каменистое дно которого простиралось перед ним. Он знал только, что река Лун впадает в ручей Феллоуз, который, в свою очередь, впадает в озеро Коулмен, а оттуда извилистыми путями течет к Фэрхейвену и морю… Но он не думал, что ему придется заходить так далеко.

Камни возвышались, не преграждая ему путь в реку Лун. Он несколько раз опускал весло, чтобы не напороться на камень, но старался, чтобы каяк сам искал путь. Плыть, дрейфовать, вращаться, сесть на мель вслед за лодкой Джареда после того, как она отплыла от лужайки на Торндайк-роуд.

А потом – вот чего он не заметил или не учел, рассматривая карту, – река разделилась впереди на два рукава по обе стороны крошечного, не больше тракторного прицепа, острова или даже, вернее сказать, холма посреди течения, достаточно, однако же, крепкого, чтобы зарасти небольшими деревьями. Вода с одинаковой силой вливалась в оба узких рукава.

Куда держать путь? Это должен был решить каяк. Он позволил унести себя вправо, туда, где течение было чуть быстрее.

Когда остров проплыл мимо, Алекс увидел, где две развилки слились впереди в беспорядке каменистых отмелей, и вот где она была. Застряла среди упавших стволов.

Алекс вышел из каяка. Вода едва доставала до щиколоток его походных ботинок. На таких лодках рыбачили или просто катались по прудам и озерам. Широкий, плоский корпус, легко управляемый небольшим подвесным двигателем. Ничего, что отличало бы ее от тысяч других. Совсем простая, алюминиевая. Маленький подвесной двигатель на корме, наклоненный вверх и вбок, застрявший среди камней винт, дрожавший и качавшийся на воде. Помятый корпус – может быть, он и раньше таким был, может быть, на нем сказалось путешествие по каменистому дну реки Лун.

Добравшись до лодки, Алекс заглянул внутрь. На корме располагался пластиковый красный бензобак. На дне стояла вода. На широком алюминиевом сиденье виднелось большое пятно коричневой, не совсем засохшей крови. Алекс вынул из кармана куртки пакет для сбора улик и визитную карточку. Снял карточкой слой крови, положил ее в пакет.

Прошел к носу лодки. Увидел маленькие черные буквы и цифры, которые уже отслаивались, но полностью сохранились: NC 3704 JH.

Сфотографировал номера, сфотографировал лодку, отправил все это Кевину Реджису с сообщением: «Найдите мне владельца этой лодки, адрес, телефон».

53

Реакция на пресс-релиз и сообщение в СМИ о том, что уже второй ученик средней школы Гранитной гавани найден убитым, была вполне предсказуемой. Грузовики, репортеры, камеры и небольшая, но стремительно растущая толпа зевак – все это заполнило тротуар возле участка имени Уильяма П. Меррилла почти сразу. Сообщения о том, что пока нет никаких подробностей о месте, времени или причине смерти, что полицейское управление Гранитной гавани представит информацию «как можно скорее», лишь усилило всеобщее возмущение.

В фойе участка толпились встревоженные – так они себя называли – родители во главе с Морганой. Они устроили нечто вроде стихийного митинга, так