Современный зарубежный детектив-20. Компиляция. Книги 1-21 - Андреас Грубер

Но она увидела, как ее рука – словно во сне, словно она уже спала – сама потянулась и взяла шляпу.

59

– Я нашел телефон в фургоне на обочине дороги на сто пятом километре, – сказал Джин Херлбат.

Марк поехал следом за такси Джина, Алекс – за патрульной машиной Марка. Он позвонил Джуди Уэйт в участок, чтобы отправить к фургону команду и снять отпечатки пальцев. Он попытался дозвониться и до Итана, но не смог.

– Итан, это Алекс Брангвен. Софи с тобой? Пожалуйста, позвони мне, как только получишь это сообщение. Просто дай мне знать, как ты. Спасибо.

– Не лги мне, – сказала Моргана, сидевшая рядом с ним, и смерила его по-техасски суровым взглядом. – Ты знаешь этого человека. Кто он?

– Джин Херлбат. Это его такси. Он был осужден как сексуальный маньяк.

– Господи Иисусе, Алекс!

– Вот почему он не возит подростков. Слышала, как он говорил об этом? Он не может их брать. Его все знают. Он бы сразу отправился в тюрьму. Он не видел Софи, никого из ребят не видел, и я ему верю. Но у него сохранились рефлексы мелкого преступника, и он, по всей видимости, не особо умный, так что, найдя телефон, забрал его себе, решив, что может его продать.

– Господи Иисусе, – вновь повторила Моргана. – Отдай телефон мне.

– Теперь это полицейская улика, – решительно сказал Алекс, – так что он останется у меня.

Фургон стоял под углом на травянистой обочине, наклонившись к канаве. Пассажирская дверь была открыта. Капот со стороны водителя вмяло внутрь.

– Марк, давай посмотрим.

Марк надел хирургические перчатки и раздвинул заднюю пассажирскую дверь. Джин Херлбат открыл водительскую дверь и поставил ногу на землю.

– Пожалуйста, оставайся в своей машине, Джин, – велел Алекс. – Где был телефон?

– Да, сэр. – Херлбат убрал ногу и закрыл дверь. Он дрожал, как пес, которого часто бьют. – Лежал на полу.

– Что ты тут делал?

– Ехал с попуткой и увидел фургон.

– Ты остановился?

– Нет, сэр.

– Почему?

– Потому что он уже вот так выглядел. – Он указал на фургон и кивнул. – С ним уже что-то было не так.

– Ты не вызвал полицию?

– Собирался, но сперва хотел проверить, чтобы не заставлять вас сюда тащиться почем зря.

– Итак, ты заглянул в фургон и нашел телефон. Во сколько это было?

– Где-то около пяти.

– Что ты собирался делать с телефоном?

– Богом клянусь, хотел отвезти в участок. Просто времени не было – целый день то один вызов, то другой.

– Детектив… – Марк Бельц повернул к нему голову. Алекс подошел к фургону. Марк стоял возле открытой задней пассажирской двери и держал в руке шапку. – Вот что я нашел на заднем сиденье.

Алекс сразу же вспомнил, где видел эту шапку, – на фото. В презентации агента Харриса. Белая вязаная шапка с надписью Supreme.

Алекс отошел в сторону, набрал номер Изабель. Никто не ответил.

– Чья это шапка? – спросила Моргана.

– Итана.

– И кому ты звонишь? Ей?

– Конечно.

Моргана направилась к фургону. Алекс шагнул вперед, встав между ней и фургоном, и тихо сказал:

– Моргана, вернись в машину, пожалуйста. Я отвезу тебя обратно к твоему пикапу, но сперва мне нужно разобраться с этим. Оставь мне немного места.

Она выпрямилась во весь рост, наклонила голову.

– Я мать…

Это поднялось в нем, как прилив крови, как вулкан…

«Папа, я без тебя не могу», – говорила Софи, когда ей было совсем немного лет, может года два, когда она только учила слова, складывала их в фразы, узнавала, как выразить то, что она хотела сказать.

Она говорила это своим обычным, беззаботным тоном, но он знал, что так она признавалась ему в любви. Их с Морганой брак уже начал рушиться, и он чувствовал пугающий раскол своей новой семьи, пропасть, которая вот-вот разделит их с дочерью.

«Я тоже без тебя не могу, милая», – говорил он в ответ, поддерживая ее игру в слова.

Но он лишь теперь стал понимать насколько.

С момента ее рождения – даже за несколько часов до него, с момента, когда Моргана начала требовать кесарево сечение, – Алекс боялся за свою дочь. Он предполагал, что это экзистенциальный страх каждого родителя, но он не мог себе представить, что его охватит такая постоянная тревога за ее безопасность. Потом Моргана с ним развелась, и с тех пор он боялся, что с Софи что-то случится. Долгое время он видел ее только по выходным, а в промежутках между этими моментами он чувствовал себя бессильным помочь ей, защитить ее.

Научившись говорить «папа, я тебя люблю», она перестала говорить «папа, я без тебя не могу» и, кажется, больше уже никогда и не повторяла этих слов. Но ему с каждым годом становилось без нее все тяжелее и тяжелее, и это пугало. Что, если с ней что-то случится? Что, если в школе будет стрельба? Он рассказал психотерапевту о своем страхе, и она объяснила, что это нормально, что такой страх испытывает каждый родитель. Ему снится, сказал он, что к нему в дом приходят какие-то люди и забирают Софи, – это тоже нормально? Наши нормальные страхи могут по-разному выражаться, ответила психотерапевт. Когда Алекс стал полицейским, начал носить с собой оружие и держать при себе, эти сны – как кто-то приходит за ней к нему домой – прекратились.

Но теперь все его страхи стали реальностью. И они с дочерью нуждались друг в друге сильнее, чем когда бы то ни было.

– Ради всего святого, Моргана… – Он встал рядом с ней, спиной к остальным, и постарался взять себя в руки. – Я работаю над этим. Я ее найду. Я сообщу тебе сразу же, как только что-нибудь узнаю. Но мне нужно, чтобы ты оставила меня в покое. Дай мне сделать свою работу.

Моргана развернулась и зашагала прочь. Он снова попытался дозвониться до Изабель. И снова не смог.

– Марк, оставайся возле фургона, – велел он. – Отправь кого-нибудь ко мне домой. Там не заперто. Пусть войдут внутрь, поищут Софи и Итана, какое-то время там побудут.

– Хорошо. Где будешь ты?

– Я еду домой к Доррам.

60

Открыв глаза, Итан увидел руки, нависшие над его лицом. Сложенные чашечкой, будто в молитве. Руки раздвинулись, и показались два выпученных глаза, широкий рот, пятнистая кожа…

Что за… Лягушка?

Руки медленно повернули земноводное в воздухе, давая Итану и лягушке как следует друг друга рассмотреть.

Большой палец надавил на голову лягушки. Над ее глазом показались белые капли. Руки отодвинулись.