Зарубежный детектив 2026-21 - Кейт Родс

Тинер немного насмешливо взглянул на собеседника.

— Мне известно, каким образом вы обычно прекращаете судебные разбирательства. Кажется, представляя компанию «Нэнс Кемикал», вы посоветовали им хорошенько заплатить кому-то в прокуратуре, надо полагать и в деле по асбестовым махинациям вы применили ту же тактику?

— Это разные вещи, — невозмутимо отозвался О’Нил.

— Совершенно верно, и разница в том, что ваши клиенты были виновны, а мой — нет.

Оба они посмотрели на небольшой коврик на полу, за который, как подумала Тесс, можно было бы вполне выручить сумму, равную той, что она за год выплачивала за свою квартиру. Хотя на лице хозяина и не отразилось никаких эмоций, по тому, как еще сильнее порозовели его щеки, Тесс поняла, что он крайне раздражен последними замечаниями Тинера. Она определенно где-то уже видела этого человека раньше. На фотографии в газете? Среди тех материалов, что дала ей Уитни… Да, именно там. Там была фотография, где улыбающийся О’Нил стоял рядом с Абрамовичем. Вид у него был довольный и безмятежный, точно такой, как в начале сегодняшнего разговора. А рядом еще стояла какая-то девушка или женщина…

— Вы очень по-разному выглядите в разной одежде, — внезапно выпалила Тесс.

О’Нил громко отхлебнул чай и посмотрел сначала на Тесс, а затем на свою жену, которая сидела в кресле с утомленным видом, глядя в пол. Однако внезапно она подняла голову и стала внимательно прислушиваться к разговору.

— Я видела вас, когда вы беседовали с Авой Хилл вечером в спортзале, — сказала Тесс, — вы выглядели совсем иначе, я имею в виду, что в спортивной одежде вы казались другим.

— О, да, — согласился он, повернувшись к жене. — Ава остановила меня в клубе, чтобы поговорить о своем женихе после его ареста.

— Это любопытно, — продолжала Тесс, уже не в силах больше молчать. — Я совсем иную встречу имела в виду, еще до того как убили Абрамовича. Значит, вы с ней разговаривали и до и после убийства? Или вы сейчас просто лжете?

Умолкнув наконец, Тесс мысленно поблагодарила судьбу за то, что помещение, в котором они собрались, было таким большим. В маленькой комнате тишина, наступившая на несколько минут, невыносимо бы давила на нее. О’Нил из розовато-красного стал багровым, как перезрелый помидор. На лице его жены не отразилось ни удивления, ни гнева, казалось, ей было вообще не интересно выслушивать все эти подробности о встречах ее супруга с какими-то девицами в спортзале. Тинер посмотрел на нее с плохо скрытой яростью в глазах, она только что нарушила их договоренность и вмешалась в разговор, и, кроме того, выболтала очень важную информацию, не предупредив его о ней заранее. О’Нил смотрел прямо на нее с каким-то непристойным пристальным вниманием, как он смотрел несколько мгновений на Аву во время их встречи у фонтана. Но Тесс меньше всего сейчас понимала, сколь значимо было то, что она сама когда-то имела возможность наблюдать.

— О, солнце заходит! — воскликнула миссис О’Нил.

В ее голосе было столько искреннего восторга, что Тесс готова была поверить, будто она сделала это вовсе не для того, чтобы разрядить накалившуюся ситуацию. Миссис О’Нил не впервой было лицезреть в своем доме проявление откровенно враждебных отношений ее мужа с приглашенными на коктейль гостями. И она присутствовала на этих встречах как раз для того, чтобы своевременным вмешательством немного устранять нараставшую напряженность.

— Я часто разговариваю с Авой. Она хороший специалист, и у нее блестящие карьерные перспективы, — сказал О’Нил, подавляя свое волнение. — Эта история с убийством может плохо отразиться на ее будущем. Наши клиенты не хотят иметь дело с юристами, чья репутация не безупречна. Для всей нашей фирмы происшествие это крайне неприятное. Кто захочет доверять компании, где совершено такое серьезное преступление? Нравится нам это или нет, но мы вынуждены любыми средствами избегать подобных скандальных ситуаций.

— Небезупречная репутация Абрамовича не помешала вам принять его в число сотрудников, — напомнил Тинер. — Вы прекрасно знали, каково было отношение к нему общественности.

— Абрамович был высококлассным адвокатом и к тому же обладал большим опытом работы в той области, которая для нас была наиболее значима. Он умел держать марку. В большинстве своем многое из того, что писали о нем в газетах, не соответствовало истине.

Пока он произносил свою речь в защиту Абрамовича, отношение к нему у Тесс успело несколько раз измениться. Поначалу она решила, что О’Нил глуп и наивен. Настолько наивен, что не мог трезво оценить того, кого принимал в свою компанию на работу. Затем она очень скоро стала подозревать, что он искусный лжец и ни Абрамовича он не считал достойным сотрудником, ни Аву перспективным специалистом, а всего лишь пытался пустить пыль в глаза и отвести от себя подозрения. Глуп он уж точно не был, хотя старался казаться человеком недалеким. В своих руках он держал все юридические дела компании и отношения ее с другими крупнейшими партнерами по бизнесу. Вряд ли на это был бы способен доверчивый глупец.

— Мое дело, моя компания — это для меня все, — сказал он. — Ее репутация должна оставаться незапятнанной. Если вы собираетесь построить свою защиту на суде на том, что якобы мисс Хилл и мистер Абрамович состояли друг с другом в скандальной связи, даже не рассчитывайте на мою помощь. И тогда все, что вам понадобится, включая самую обычную информацию о наших сотрудниках, все это вы сможете получить только по запросу суда, и ни мисс Хилл, ни кто-либо иной не пойдет вам навстречу. А теперь подумайте, не лучше ли нам все-таки договориться мирным путем?

— Только между нами, — отозвался Тинер, — я бы ни за что не упустил шанс нанести удар по репутации вашей чертовой компании.

Глаза О’Нила блеснули и уставились прямо на собеседника. В этот момент он чем-то напоминал Тесс змею, изготовившуюся к сокрушительной атаке.

— Да, я вас понимаю, — холодно произнес О’Нил, — я представляю, как это тяжело чувствовать себя калекой в течение сорока лет, будь я на вашем месте, я, наверное, рассуждал бы так же.

Миссис О’Нил тут же оживленно спросила:

— Не налить ли вам еще чаю?

Но на этот раз ее попытка спасти ситуацию оказалась тщетной.

— Не унывайте, Симон, — произнес вдруг Тинер с неожиданным сочувствием в голосе, — вы не всегда поступали скверно, кое-что в вашей жизни было удачным, вы укрепили позиции компании, которую получили в наследство, и располагаете состоянием в несколько