Эдди Флинн - Стив Кавана

вырасти и быть с тобой. Что бы ни случилось со мной, что бы ни случилось с нами, я не могу этого изменить. Всё, что я могу сделать, — это не причинять больше вреда, чем уже причинил».

«Эдди, это не навсегда. Я хочу попробовать ещё раз, когда всё успокоится. Это твоя работа, а не ты. Я думал, ты мог бы подумать о том, чтобы свернуть сложные дела, может быть, даже попробовать новую карьеру. И, эй, я тоже не безгрешен. То, что случилось с фирмой, — не твоя вина».

«Ты ошибаешься. Делл сказал мне, что целью был я, а не ты. Они хотели использовать меня, чтобы добраться до Дэвида. Ты был для них лишь рычагом давления, не более того. Я не могу тебя разоблачить.Или Эми, рискуя этим. В нынешних обстоятельствах я покойник. Этот фасад долго не продержится. Я могу провести здесь выходные, но мне нужно вернуться.

"Почему?"

«Потому что я должен. Не могу объяснить, но мне это нужно. Мне нужно работать. Я могу помогать людям. Дэвид напомнил мне об этом».

«Есть и другие юристы…»

«Знаю, но большинство из них, наверное, такие же, как я до того, как вытащил Ханну Тубловски из того дома. Если меня не будет, кто вытащит следующую?»

Она подползла ко мне поближе и положила голову мне на плечо.

Я собирался остаться один. Ради блага своей семьи. Это заставило меня задуматься о том, какой я человек, и что моей семье будет лучше без меня – без этого мошенника, адвоката, афериста.

Холли повернула налево и поехала по узкой гравийной дорожке, которая привела к большому особняку, расположенному среди акров открытых зеленых полей.

Мы подъехали к дому. Снаружи ждали несколько мужчин в белой больничной форме. Я вышел из машины, обошёл её и открыл другую пассажирскую дверь. Низкое утреннее солнце светило в салон. Об этом месте не было рекламы ни в интернете, ни где-либо ещё. О его существовании знала, наверное, сотня врачей по всей стране. Насколько мне было известно, у дома даже не было названия. Рок-звёзды, кинозвёзды, супербогачи приезжали сюда, чтобы завязать.

Попо плакал, выходя из «Рейндж Ровера». Он дрожал, его губы были порезаны и кровоточили. Я попросил его перестать кусать губы. К нам присоединились Дэвид и Холли.

«Ты останешься здесь, пока не поправишься. Пока не выздоровеешь», — сказал Дэвид. «А когда выздоровеешь, приходи ко мне, и я позабочусь о том, чтобы ты нашёл работу в Reeler».

«Я не знаю, что мне следует сказать», — сказал Попо.

«Тебе не нужно ничего говорить. Ты спас мне жизнь. Всё, что я могу сделать, чтобы спасти твою, ты сделаешь», — сказал Дэвид.

Я знал, что Попо справится. Ему дали шанс изменить свою жизнь, стать другой версией себя, лучшей, сильнее, чище. Шанс вернуться к тому, кем он был на самом деле.

Я надеялся, что когда-нибудь мне представится такой же шанс.

Мы помахали Попо на прощание и сели обратно в Range Rover.

«Ладно, теперь к делу», — сказал я. «Можете высадить меня у Хоган-Плейс».

ГЛАВА ДЕВЯНОСТО ПЕРВАЯ

«Ходячий мертвец», — сказал Задер, когда я закрыл дверь его офиса на Хоган Плейс, 1.

Я сел и залюбовался заголовками газет, которые он разложил перед собой. Большинство из них строили предположения о его следующих шагах в деле Дэвида Чайлда и о том, когда большое жюри заслушает показания. Окружной прокурор выглядел усталым: веки у него были тяжёлые, а воротник расстёгнут.

«Итак, как вы думаете, ваш клиент будет готов предстать перед большим жюри на следующей неделе?» — спросил он.

Я открыла сумку, вынула три конверта и положила их поверх бумаг.

«Скажите, можно мне выпить?» — спросил я.

Он превратил усмешку в полуулыбку и нажал кнопку на настольном телефоне.

«Мириам, два кофе, пожалуйста. Ой, извините, отмените. Один кофе мне, и попробуй сварить скотч для мистера Флинна. Кажется, он ему не помешает».

«Я больше не пью», — сказал я. «Но ты же это знал».

«Мириам?» — спросил Задер в переговорное устройство. «Мириам, ты там?»

«Может быть, она забирает твои вещи из химчистки?» — спросил я.

Он откинулся на спинку кожаного кресла и сказал: «Мы будем считать вашего клиента соучастником убийства. Это не совсем так, но…»

Я видел, как его взгляд сфокусировался на чём-то позади меня, что прервало его рассказ. Мириам вошла в его кабинет с двумя чашками кофе на пластиковом подносе. Она поставила однуКофе поставили передо мной, а второй – рядом. Она придвинулась и взяла себе вторую чашку кофе.

«Сливки и сахар?» — спросила она меня.

«Спасибо», — сказал я.

Задер уставился на нас обоих.

«Большого жюри не будет», — сказал я, взяв первый конверт и бросив его Задеру. Он открыл его, начал читать двухстраничный документ и собирался сказать что-то ёмкое, но я его перебил.

Министерство юстиции, Госдепартамент и Министерство финансов хотят, чтобы дело Дэвида Чайлда замело всё это по-тихому. Оно слишком грязное для них. Не могу сказать, почему, но уверен, вы уже знаете об этом; кто-то наверху, вероятно, уже говорил с вами об этом. Пока избавлю вас от необходимости его читать. Это пресс-заявление, которое ваше ведомство опубликует сегодня днём. Оно подтверждает, что в результате вашего обширного расследования Дэвид Чайлд невиновен по всем пунктам обвинения в убийстве Клары Риз. Оно ещё не опубликовано, но Клары на самом деле не существовало. Мёртвая девушка в квартире Дэвида — Саманта Харланд, с одинаковыми татуировками и всем остальным. Дэвиду Чайлду принесены публичные извинения, которые я хочу, чтобы вы зачитали перед камерой. Обратите внимание, это заявление составлено Министерством юстиции. Они посылают вам чёткий сигнал, чтобы всё это замять: если вы всё испортите, вы наживёте врага правительству США.

«Ты, должно быть, шутишь, если думаешь, что на меня будут оказывать давление...»

«Вы оказываете давление на невиновных обвиняемых, заставляя их признать себя виновными в преступлениях, которых они не совершали. Вы делаете это каждый день недели, подбрасывая им соглашения о признании вины. Либо пять лет на признание вины, либо боритесь с обвинением и рискуйте получить двадцать. Вот что это такое, это давление. Открой это…» — сказал я, протягивая ему второй конверт.

Это был объёмистый пакет, и он вывалил его содержимое на стол. Он увидел фотографии квитанций из химчистки, электронные письма с требованием к Мириам уменьшить нагрузку, передав самые серьёзные дела младшим помощникам по административным делам. Там были видеокадры, на которых Мириам приносит ему