След смерти - Андреас Грубер

ещё поддерживала связь. Родители Вики давно перебрались в Германию, сделали карьеру в нефтяном концерне, дослужились до управленческих постов и в конце концов осели на Зильте.

Отношения с ними Вики оборвала начисто. Фанатичная «зелёная», как называла её Камилла, она от души желала своим консервативным предкам сквозь землю провалиться. Взгляды держала крайние, и если уж выбиралась в Германию, то не к отцу с матерью, а чтобы в первых рядах митинговать на ганноверских «Днях хаоса».

Леа припарковалась рядом со старым белым «фольксвагеном-жуком». Тот, как всегда, стоял под окнами, а не в пристроенном гараже: хозяйке было лень выходить и вручную поднимать ворота. О том, что Вики дома, говорили не только машина, но и свет в гостиной. Вдобавок изнутри рвался тяжёлый рок. Похоже, сестра уже вовсю отрывалась — и, зная её, отнюдь не одной музыкой.

Леа несколько раз надавила на кнопку звонка, и Вики тут же распахнула дверь. В руке бокал, босая, в обтрёпанных коротких джинсах, едва прикрывавших ягодицы, и в застиранной футболке «Whitesnake». Длинные рыжие волосы — чуть покороче, чем у Леа, — были, как обычно, заплетены в растрёпанную косу, свисавшую из-под козырька кепки.

Вики сдвинула очки на кончик носа и подозрительно смерила гостью взглядом поверх оправы.

— Мы знакомы? — спросила она хрипловатым голосом.

И это, по-твоему, остроумно? — тут же встряла Камилла.

Леа промолчала — лишь уперла руки в бока и выжидающе посмотрела на сестру.

Вики выставила указательный палец:

— А вы, часом, не та несимпатичная особа, у которой сегодня день рождения?

— Допустим, — буркнула Леа.

Вики расплылась в улыбке:

— Моё СМС получила?

— Получила. Спасибо.

— Тогда ещё разок: с днём рождения, стерва ты моя!

Она сгребла сестру в объятия и влепила ей звучный, мокрый поцелуй в щёку. От неё крепко несло спиртным.

— Заходи. — Вики вытянула шею, оглядывая улицу. — А что же айтишника своего не прихватила?

— Ему пришлось на две недели уехать к матери.

— Вот незадача. Ну и ладно, отпразднуем вдвоём: забьём бонг и оторвёмся как следует.

— Только ничего крепкого — мне ещё за руль.

— Расслабься, трусишка.

Вики зашла сзади и, подражая паровозному гудку, втолкнула её в гостиную.

Взбалмошная, вечно заведённая, она была полной противоположностью спокойной Леа, которая была на шесть лет старше. И всё же с подростковых лет они держались друг за друга, как родные сёстры. Странным образом анархистку Вики ничуть не задевало, что Леа работает на тех самых богачей из высшего света, которых сама она так презирала. Возможно, потому что знала: этого положения Леа добилась ценой многолетнего труда. А может, дело было в другом — Вики и сама время от времени не гнушалась поживиться за счёт сестры, гребущей деньги лопатой.

В гостиной они остановились у домашнего бара. Вики распахнула дверцу и поставила бокал на стойку.

— Что пьём? Я бы… о чёрт!

Она скривилась, согнулась пополам, будто от резкой боли, и прижала ладонь ко лбу.

— Что с тобой? — встревожилась Леа. — Опять мигрень?

— Ага. — Вики через силу улыбнулась. — Сегодня уже две таблетки проглотила. Надеюсь, скоро отпустит.

Леа знала: такие приступы мучают сестру давно. И вряд ли они шли ей на пользу при том образе жизни, который Вики себе устроила: вечное напряжение, а в придачу гремучая смесь из сильнодействующих препаратов, марихуаны и алкоголя, которой она глушила и нервы, и головную боль. В такие дни она неделями не показывалась на улицу и отсиживалась в своей берлоге.

Впрочем, жилище Вики выглядело так, словно здесь обосновалась многолюдная хипповская коммуна, и отнюдь не только в периоды её затворничества. Тут было самое место лениво валяться на полу, раскуривать косяки и вышибать себе сознание бутылкой водки, пока на старой пластинке поскрипывала Nirvana.

Арендодатель наверняка и не подозревал, до чего она довела дом. К счастью, с платой Вики справлялась исправно, перебиваясь низкооплачиваемыми подработками, сменявшими друг друга чуть ли не ежемесячно, — и повода заглянуть сюда у хозяина пока не возникало. Правда, сейчас шла полоса затишья: уже несколько месяцев она сидела без дела.

Прибавив громкость на проигрывателе, Вики вооружилась двумя бутылками шампанского, пачкой смеси табака с каннабисом и азиатским бамбуковым бонгом, в котором вместо колбы был приделан кокосовый орех, и решительно двинулась по лестнице наверх. Леа последовала за ней с бокалами и коробкой клубники, выуженной из морозилки.

Они устроились на шезлонгах на балконе, закутались в пледы и принялись смотреть поверх городских крыш и серебристой ленты Инна вдаль, на горы. Снизу, сквозь распахнутые двери, долетала музыка.

Покуривая и прихлёбывая шампанское, поначалу они перемывали кости Герноту, а потом Вики посоветовала просто выбросить его из головы на ближайшие две недели и как следует отдохнуть. Разговор свернул в более широкое русло: обе принялись костерить современное общество и рассуждать о том, как оно переменилось за последние тридцать лет.

Леа поймала себя на мысли, что Вики, при всём своём ехидстве в адрес Гернота, временами говорит почти его голосом: у того были столь же крайние взгляды на политику, школу и общество одноразового потребления.

Первая бутылка опустела быстро — Вики, несмотря на мигрень, переносила шампанское на удивление легко. Вылив в бокал последние капли, она завела новую тираду:

— Вот если бы не государство, да ещё, к примеру, эти…

— Слушай… — перебила Леа, которой до смерти надоела политика. — А ты сейчас как с арендой выкручиваешься? Твой таинственный ухажёр платит?

— С чего это тебя на него потянуло? — Вики затянулась из бонга, зажмурилась и поморщилась.

— Ну, ты же опять который месяц без работы.

Как всегда, отвечать Вики не стала. А Леа это страшно занимало. До сих пор ей было известно лишь то, что у сестры уже пять лет длится роман с неким мужчиной, который её содержит и которого она тщательно прячет от посторонних глаз. Леа его даже ни разу не видела.

К этому моменту она успела накуриться и сползла под плед по самую шею.

— Расскажи о нём поподробнее.

Вики выпустила колечко дыма.

— А что тебя интересует? — Она хихикнула и пожала плечами. — Женат. Взрослая дочь. Заметно старше меня.

— И почему я его ни разу не видела? Он что, так хорош, что ты боишься, как бы я его не увела?

— Он человек известный. Часто на виду.

— Генеральный директор нефтяного концерна? — поддела Леа. — Или