"Зарубежный детектив 2026-22". Компиляция. Книги 1-14 - Котаро Исака

Нанао с трудом подавляет вздох.

Синкансэн понемногу сбрасывает скорость, подъезжая к Итиносэки. Нанао смотрит на проплывающий за окнами пейзаж, затем бросает взгляд на школьника, который тоже смотрит в окно. Он отмечает про себя, что мальчик выглядит удивительно спокойным. «Это неправильно. Разве он не слишком невозмутим после поездки на поезде, полном оружия и трупов? А что насчет меня? Я ведь сломал Мандарину шею прямо при нем. И это не было несчастным случаем — я напал на него, понимая, что делаю, собираясь убить его. Это было отработанное движение — ясно, что я совершал его уже много раз. Разве он не должен больше бояться меня или, по крайней мере, задать мне хотя бы несколько вопросов о том, что здесь происходит? Зачем он хочет ехать в Мориока с убийцей?»

Ответ сам собой приходит Нанао в голову: «Просто для него это все чересчур. Должно быть, он в глубоком шоке — на него ведь только что было направлено дуло пистолета… Он не в силах осознать все произошедшее и просто закрылся». Это кажется идеально логичным — после того, как мальчика едва не застрелили. «Бедный ребенок…»

Кимура

Сигэру Кимура перестает рыться в шкафу и поворачивается к своей жене.

— Ты опять его переложила?

— А ты разве не собирался немного вздремнуть? — Акико откусывает кусочек от крекера. — Я думала, ты хочешь достать футон.

— Ты разве не слышала, что я говорил? Сейчас не время спать!

— Но ведь ты даже не знаешь, что происходит, — с упреком говорит Акико. Она берет маленький стул из гостиной, приносит его в комнату с татами и ставит возле шкафа. — Посторонись, пожалуйста.

Приставляет стул поближе и вскарабкивается на него. Вытянувшись, достает до антресолей над шкафом.

— Так он там?

— Ты никогда не кладешь вещи на место. — Она достает с полки сверток, обернутый в фуросики[109]. — Это же ты искал, верно?

Сигэру принимает из ее рук сверток и кладет его на татами.

— Ты точно уверен, что тебе это нужно? — Акико с недовольной гримасой спускается со стула.

— Я все никак не могу избавиться от этого ощущения…

— От какого ощущения?

— От ощущения этого запаха, — мрачно нахмурившись, отвечает Сигэру. — Запаха, которого я давно уже не чувствовал.

— Какого еще запаха? — Акико бросает взгляд в кухню и бормочет себе под нос, что она не готовила сегодня ничего такого особенно пахучего.

— Плохие намерения. Я мог чувствовать этот запах — он как будто сочился из телефонной трубки. Просто отвратительно.

— А-а, это воскрешает воспоминания… Ты всегда это раньше говорил, дорогой. «Я чувствую запах дурных намерений. Дурные намерения воняют». Как будто ты был одержим духом дурных намерений… — Акико садится в позу сэйдза[110] перед лежащим на полу свертком в фуросики.

— Знаешь, почему я решил завязать с нашей старой работой?

— Потому что родился Юити. Так ты говорил. Ты хотел видеть, как растет наш сын, и подумал, что мы должны сменить карьеру. И я была рада это услышать, потому что сама давно хотела это сделать.

— Это не было моей единственной причиной. Тридцать лет назад мне все это просто до тошноты надоело. Все вокруг меня воняли.

— Как дух дурных намерений?

— Люди, которым нравится причинять боль другим, которые любят унижать других, которые больше всего на свете хотят возвыситься над другими. Они просто смердят своими желаниями.

— Ну, я даже не знаю…

— Каждый вокруг меня вонял дурными намерениями, и мне это было омерзительно. Так что я решил все изменить. Работа в супермаркете была тяжелой, но там я ни разу не почувствовал и намека на запах дурных намерений.

Удивительно, что его сын, ради которого он оставил эту работу, повзрослев, сам встал на этот же путь. Сигэру Кимура горько улыбается. Впервые услышав об этом от старого друга — всего лишь слухи, что Юити стал браться за опасную работу, — Сигэру был так обеспокоен, что ему даже не пришло в голову проследить за сыном и выяснить, чем он занимается.

— Почему мы снова это обсуждаем?

— Потому что тот, кто только что позвонил, источал тот самый старый запах. Кстати, ты проверила расписание синкансэнов?

Когда Юити сказал ему по телефону, что он едет на синкансэне, Сигэру подумал, что что-то может быть не так, хотя у него не было на то никаких оснований, кроме его инстинкта — и слабого прогорклого запаха, исходившего от другого человека, с которым он говорил. Когда разговор закончился, Сигэру сказал Акико: «Юити сообщил, что он приедет в Сэндай через двадцать минут. Проверь расписание и посмотри, есть ли там синкансэн северного направления от Токио, который будет через двадцать минут в Сэндае». Проворчав с грустной улыбкой: «Ну вот, опять ты придумываешь…» — Акико подошла к полке рядом с телевизором, взяла с нее буклет с расписаниями поездов и принялась его листать.

Теперь она ему кивает:

— Да, я проверила, и там действительно есть такой поезд. Прибывает в Сэндай ровно в одиннадцать часов. В Итиносэки — в одиннадцать двадцать пять, в Мидзусава-Эсаси — в одиннадцать тридцать пять. А ты не знал, что сейчас уже не нужно искать всю эту информацию в бумажных расписаниях, можно просто посмотреть все в интернете?.. Помнишь, когда мы вместе занимались нашей работой, я столько времени сидела со всеми этими расписаниями и записывала от руки так много телефонных номеров, что у меня был блокнот вот такой толщины, помнишь это? — Она показывает большим и указательным пальцами толщину блокнота. — А сегодня нам все это даже не понадобилось бы.

Сигэру Кимура облокачивается на стену и смотрит на их старые часы, висящие напротив. Они показывают одиннадцать часов пять минут.

— Если мы выйдем сейчас, то легко доберемся до Мидзусава-Эсаси вовремя.

— Ты