Зарубежный детектив - Мэри Хиггинс Кларк

– Итак, Райан сказал мне, что вы бы хотели возобновить расследование убийства Вирджинии Уэйклинг.

– Вы можете назвать это и так, если хотите, но лично я считаю, что департамент полиции Нью-Йорка его даже не начинал. Им хватило того, что женщина шестидесяти восьми лет встречалась с сорокасемилетним мужчиной, и им сразу все стало понятно. Им совершенно все равно, что у них нет против меня никаких улик.

Лори сделала простой подсчет в уме. Вирджиния умерла три года назад, значит, Айвану сейчас пятьдесят. Однако он выглядел лет на сорок, впрочем, она подозревала, что он приложил к этому заметные усилия. У него был великолепный загар, хотя стоял январь, а короткие волосы вполне могли скрывать появившуюся лысину.

Дело обсуждалось в новостях совсем недавно, поэтому Лори помнила основные факты. Деньги Вирджинии являлись центральной частью расследования. Ее муж был гением по работе с недвижимостью, что позволило ему оставить Вирджинию очень богатой вдовой. Лори могла легко представить, что подумали ее родные и друзья, когда узнали, что она начала встречаться с персональным тренером, младше ее более чем на двадцать лет.

Но Айван стал главным подозреваемым не только из-за своего возраста и профессии.

– Со всем уважением, – сказала Лори, – сказать, что улики полностью отсутствуют, не совсем честно по отношению к расследованию. Насколько я помню, в его ходе возникли вопросы, связанные с финансами.

После смерти Вирджинии полиция обнаружила, что несколько сотен тысяч принадлежавших ей денег потрачено на расходы Айвана. Ее дети заявили, что их мать не давала соответствующего разрешения. В соответствии с их предположениями Вирджиния обнаружила, что Айван украл деньги, и собиралась предъявить ему иск, и это давало ему серьезный мотив для убийства.

– А что тут необычного? – спросил Айван. – Да, Вирджиния помогла мне оплатить несколько счетов. «Порше» – это подарок на день рождения. Я попытался отказаться, посчитав его слишком щедрым, но она настояла, сказала, что ей нравится мысль о том, что ее будут возить в таком автомобиле с опущенным верхом летом. Вирджиния говорила, что она сделала подарок в большей степени себе, чем мне.

Лори не помнила, чтобы в прессе писали о дорогих спортивных машинах, но даже покупка «Порше» не могла объяснить всех расходов.

– Насколько я помню, речь шла не просто о машине. На счетах не хватало крупных сумм, – сказала Лори.

– Вовсе нет. – Айван ударил правым кулаком по левой ладони, чтобы подчеркнуть свои слова.

Лори вздрогнула, не в первый раз напомнив себе, что, возможно, разговаривает с убийцей. Такова была природа ее работы. Она вдруг представила, как он поднимает и сбрасывает с крыши музея Вирджинию Уэйклинг. Тот, кто ее убил, был очень сильным, и Айван Грей вполне удовлетворял этому условию.

Однако его голос оставался спокойным, когда он продолжил объяснения:

– Деньги не исчезли. Как я уже сказал, Вирджиния действительно сделала за меня несколько небольших платежей, плюс машина в подарок. Остальные деньги являлись вложением в мой спортивный зал «ПАНЧ».

Лори кивнула, чтобы показать, что она знает о его бизнесе.

– Вирджиния знала, что я много лет мечтал открыть свой зал. Она была моей клиенткой. Я предлагал ей некоторые упражнения для боксеров – ничего сложного, главным образом, прыжки через скакалку и бой с тенью. Это отличная нагрузка и существенно отличается от обычных упражнений. Людям нравится, и у меня есть отличные идеи. Я никогда не просил ее мне помогать и испытал настоящее потрясение, когда она сказала, что сделала начальные инвестиции в клуб. Я нашел старый боксерский зал и убедил владельца продать его мне, обещав превратить в модное место. Технически он мой партнер, но бизнес полностью принадлежит мне. Вирджиния в меня поверила. Она не сомневалась, что я добьюсь успеха, и не ошиблась.

Лори видела, что он гордится своими достижениями. Неужели в их основе лежит убийство невинной женщины?

– Сколько денег она вложила в ваш проект?

– Пятьсот тысяч долларов.

Лори в изумлении вытаращила глаза. Людей убивали и за меньшие деньги.

– Я не понимаю, Айван, – сказала она, – если Вирджиния делала инвестиции в ваш бизнес, почему вы не заключили письменное соглашение или не составили договор о намерениях? Насколько я помню, тогда в выпусках новостей писали – со слов ее детей, – что Вирджиния Уэйклинг никогда не согласилась бы дать вам столько денег.

– Потому что Вирджиния им так сказала. Ее дети жадные люди. Они получали все, что только хотели, но им всегда было мало. Увидев меня, они сразу решили, что я авантюрист. Чтобы они ее не донимали, Вирджиния говорила им, что не собирается тратить на меня деньги. Она даже не позволила рассказать, что заплатила за «Порше». Должно быть, они заподозрили, что она скрывает от них свои расходы. Я неплохо зарабатывал как тренер, но никогда бы не потратил такие деньги на автомобиль. Ну а после того, как Вирджинию убили, они постарались представить меня в полиции вором.

– Тратить деньги на роскошные спортивные машины – это одно дело, но вам не кажется, что матери следовало сказать детям, что она вкладывает существенные суммы в ваш бизнес? – спросила Лори.

Айван покачал головой.

– Я знаю, что она этого не сделала. Поймите меня правильно: Вирджиния любила своих детей и была с ними близка. Но они совсем не знали свою мать. С ней происходили серьезные изменения в тот момент, когда ее убили. С тех пор, как умер Боб – так звали ее мужа, – прошло пять лет. И она наконец начала жить не просто как его жена и их мать, она стала совершенно независимой и получала огромное удовольствие от благотворительности. Вирджиния отошла от целей и идей, близких Бобу, и выбрала свои собственные. В том числе место в попечительском совете музея «Метрополитен».

Лори не могла не заметить, как смягчался голос этого крупного мужчины, когда он говорил о Вирджинии.

– И как ваш спортивный зал вписывался в ее новый мир? – спросила она.

– Понимаете, она была счастлива – по-настоящему счастлива, – когда начала создавать свою новую личность. Но ее детям не нравилось все, что она делала. Их бы устроило, если она осталась заключенной в капсулу времени. Их не устраивало, что Вирджиния становилась другим человеком, и я был частью перемен. Мы действительно собирались пожениться. Я даже купил для нее кольцо. Но она решила рассказать о наших планах своей семье, как только бизнес в моем боксерском зале станет успешным, – Вирджиния считала, что тогда ее дети смогут меня принять. Вот почему она мне помогла –