Прикосновение смерти - Елена Владимировна Гордина

Милана вернулась домой и, к удивлению, застала там Ирину, она до сих пор еще не встретилась с адвокатом.

– Как дела в офисе? – Ирина внимательно посмотрела на сестру. – Ты чудовищно выглядишь. Ты из-за Никиты так переживаешь?

– В офисе все нормально, документы на последнюю квартиру у тебя в машине, съезди туда сама! – попросила ее Милана. – За Никиту я переживаю, и вообще я чего-то устала. Я немного прилягу, если ты не против!

– Конечно, я не против! – Ирина накинула куртку. – У меня есть время, и я поеду на объект, пока адвокат занят. Давай отдыхай, потом мы с тобой созвонимся!

Ирина поехала к Юрию Маслову, в квартиру к нему она зашла спокойно, логично рассудив, что если вчера никакого тумана там не было, то и сегодня этого не случится. Она разулась в коридоре, хотя могла этого не делать, но ей почему-то захотелось проявить уважение к владельцу этого дома.

– Так уж, Юрий, получилось, простите, – вслух произнесла Ирина и огляделась. – Я у вас немного похозяйничаю! Придется чуть-чуть прибрать вещи, красиво расставить стулья, это для того, чтобы сделать хорошие фотографии для продажи, понимаете? Ваш племянник хочет как можно быстрее избавиться от квартиры и вам, наверное, это неприятно? А может, вам уже все равно, я же не знаю.

Ирина достала сотовый и приготовилась снимать. Прихожая была довольно маленькая и густо заставлена мужской обувью, начиная от домашних тапок и заканчивая зимними ботинками. На крючке висели куртка и старый плащ, а сверху на них был накинут плотный дождевик, все пространство было захламлено, и поэтому Ирина решила здесь не фотографировать.

Она пошла в комнату и улыбнулась: здесь обстановка была уже получше, надо только немного прибраться. Ирина вытерла пыль, поставила вазу в центр стола, а затем поправила накидки на креслах и взбила подушки на диване. Дверца платяного шкафа была приоткрыта, Ирина толкнула ее, чтобы захлопнуть, но у нее не получилось. На полках лежало слишком много всего: свитера, кофты и футболки буквально свисали вниз, и чтобы они не выпали, Ирина переложила часть вещей на нижнюю полку. Когда она аккуратно складывала свитер, то заметила краешек фотоальбома, выглядывающего из вороха одежды.

– Ну надо же, – удивилась Ирина и взяла его в руки, она давно уже не видела альбомы с фотографиями. Даже у ее родителей все снимки хранились на облаке в компьютере или на телефоне, а вот у бабушки фотоальбом был, такой тяжелый, в плотном синем переплете и с большими картонными страницами. Ирина вспомнила, что всегда на каникулах когда они с Миланкой приезжали к бабушке, то подолгу рассматривали старые пожелтевшие фотографии.

Ирина открыла альбом Юрия, и ей стало очень грустно, потому что умер человек и никому эти снимки не нужны, а ведь здесь хранилась вся его жизнь. Вот фотография, где он совсем маленький, Ирина едва узнала Юрия, такой серьезный карапуз в нелепых штанишках. Он сидит на коленях у молодой женщины, а рядом стоит мужчина, милое семейное фото, раньше так любили сниматься. Но, видимо, его родители уже умерли, иначе бы он не оставил свою единственную квартиру этому противному племяннику.

Ирина вздохнула и перелистнула еще пару страниц, теперь она разглядывала свадебный снимок счастливого Юрия с симпатичной невестой, которая прижимает к себе розы. Фото было помятое, местами даже порванное, словно его неаккуратно вытащили из рамки, ранее висевшей на стене. Получается, что и с женой у него тоже не срослось, то ли они развелись, то ли она умерла, Ирина не могла вспомнить, что ей рассказывал Максим.

– Как же это все грустно! – пробормотала Ирина, она подумала о себе и о Никите, и о том, что их брак сейчас трещит по швам, и как же легко все разрушить окончательно. Если сегодня Владимир Васильевич ей скажет, что Никита действительно убил Костю, то развод неизбежен, с убийцей она жить не станет.

Ирина машинально перелистнула еще несколько страниц и уже хотела закрыть альбом, когда увидела фотографию, лежащую картинкой вниз. Судя по белоснежной лощеной бумаге, это было современное и совсем новое фото, «неношенное», так сказать. Ирина перевернула фотографию и замерла! На снимке была она! Это была ее фотография!

– Ну ничего себе! – Ирина растерялась и теперь просто угрюмо рассматривала находку. На фотографии, в легкой курточке желтого цвета и в синих джинсах, она сидела на велосипеде, радостная и счастливая. Ирина вспомнила, когда был сделан этот снимок – в прошлом сентябре, когда они отдыхали на даче у друзей. Снимок сохранился у мужа в телефоне и высвечивался при ее звонке, но каким образом он оказался у Юрия в альбоме, совершенно непонятно.

Ирина схватилась за голову, ей казалось, что еще немного, еще чуть-чуть, и мозги у нее просто взорвутся, к такому повороту она была не готова! Она забрала свое фото, вернула альбом на место и вышла из квартиры, через полчаса у нее была назначена встреча с адвокатом.

В кафе она приехала совершенно опустошенная, а ведь впереди у нее еще был долгий и, скорее всего, неприятный разговор с Владимиром Васильевичем.

– Добрый день, Владимир Васильевич! – выдавила из себя улыбку Ирина. Как и в первую их встречу, он приехал вовремя. Адвокат был пунктуален, подтянут, в хорошем костюме и мрачен до неприличия.

– Боюсь, что не добрый! – Он сел за столик. – У меня очень плохие новости для вас, Ирина!

– Говорите уже, не тяните! – попросила она, едва сдерживая волнение.

– Есть свидетель, который подтвердил причастность вашего супруга к убийству Константина Чермянинова. Поэтому в ближайшее время будет предъявлено обвинение по статье 105 УК РФ, часть 2. – Адвокат заказал себе кофе. – Защищать такого человека – это тяжелый и неблагодарный труд, потому что смягчить приговор при таком раскладе практически нереально. Вашему супругу грозит минимум восемь лет лишения свободы и далее, вплоть до пожизненного. Я за такое возьмусь только при увеличении моего гонорара минимум вдвое, да и то, честно говоря, еще не знаю.

– Что вы говорите? Я не понимаю! Почему столько лет? Какой свидетель? – Ирина совсем растерялась. – Я уверена, что это ложное обвинение, потому что Никита не способен никого убить, поверьте мне! Он даже паука задавить не может, а кладет его на газету и выбрасывает в окно! Вы понимаете? Ну хорошо, пусть так, в крайнем случае я могу предположить, что Никита, например, при грубом разговоре, случайно толкнул Костю, а тот упал и стукнулся головой о камень. Ну, что-то вроде этого, понимаете? А вы