Пин-код на приворот - Наталья Вячеславовна Андреева

— Ты уверен, что получится?

— Я мужчина, - Сава пожал плечами. — Мне положено быть уверенным.

— А ты изменился. Сжился со своим новым лицом. Хотя я теперь жалею, что сделала тебя таким.

— А уж как я жалею!

— А о том, что вошел в калитку?

— Нет, - отрезал он.

А я с ужасом представила, что было бы, если бы Сава туда не вошел!

Вот же свела судьба! Кто бы мог подумать, что из всех коттеджных поселков, где можно устроиться охранником, Сава выберет именно тот, где живет его почти что двойник?!

Хотя чем дальше, тем больше я убеждалась: они не похожи. Разве что фото в паспорте соответствует, но они все, как на подбор, неудачные, эти снимки на документы.

У Савы глаза другие. Не такие яркие, больше серые, чем голубые. Мужественный цвет. Отливает сталью, особенно в такое туманное утро, когда солнце прячется за облаками.

Но стоит ему выглянуть, как радужка светлеет, будто лед на реке тает. А под ним — голубизна. Чистая вода, весенняя…

Он же как ребенок, Сава. Я уже знаю, про неудачный брак. Про жену, которая коллекционирует семейные ипотеки.

Я старше почти на пять лет, а кажется, что на двадцать, не меньше. Но сейчас рядом со мной именно он, Сава, и я этому рада.

Остановилась все равно подальше от двух других легковушек. И не смогла сразу встать. Колени дрожали. Дверцу со стороны водителя открыл Сава. И бережно принял меня на руки. Отнес в посадки, как ребенка.

Физически я была слаба и мала, по сравнению с ним. Он усадил меня под дерево, сам сел рядом. Вытянул длинные ноги. И я не выдержала.

Когда человек перепьет, он блюет. Вместе с рвотными позывами из него выходят токсины, которые отравляют его существование. Бренное тело.

У меня же была отравлена душа. И меня стало выворачивать безудержными рыданиями. Прямо на Саву, на его футболку, которая мгновенно намокла.

А он… Он молчал. Когда я все же решилась посмотреть Саве в лицо, то увидела, что он спит. И как-то незаметно я тоже заснула…

… Прошло больше недели. Я успокоилась. За Савой, правда, приглядывала. Но никто его не искал, не следил за ним, кроме меня.

С Амиром Бадави, он же Камиль мы расстались навсегда. Больше этот мужчина меня не потревожит, а я постараюсь о нем поскорее забыть. Спасибо Саве!

Только вот его лицо…

Господи, зачем я это сделала?!

Мой рабочий день подходил к концу, когда меня окликнули:

— Рина Марковна?

Я обернулась. Незнакомец был моложав, ростом не высок, но я бы назвала его мужчиной привлекательным. У него был внутренний стержень. Не самоуверенность, не наглость, а понимание того, чего он от жизни хочет.

Так выглядят люди, у которых нет долгов, которые не боятся ночных звонков, угроз, и с личной жизнью у них тоже порядок. Не в свободном поиске. Глаза не бегают, улыбка искренняя.

— Да, это я.

Мужчина подошел. Я отметила легкую походку. Старость это состояние не тела — души. Когда спина сгибается, а ноги шаркают. И человек непроизвольно наклоняется к земле, словно примеривается. Скоро я туда лягу.

Этот мужчина ходил прямо. И на меня смотрел прямо, с любопытством, дружелюбно.

— Леонидов Алексей Алексеевич. Можно просто по имени.

— У вас ко мне дело?

— Да.

— И какое же? Кто-то из ваших родственников лежит в моем отделении? И вы хотели бы получить консультацию?

— Да, мне нужна консультация. Но это не касается вашей профессии. У вас есть минутка?

Я почти закончила с работой. Выписки подождут. Будет завтрашнее утро, обход.

— Это зависит от того, что именно вас интересует, Алексей.

— Кто. Бадави.

— Что?! — я едва удержалась, чтобы не попятиться. И не упереться спиной в стену.

— Вам ведь знакомо это имя, Рина Марковна? Он же Камиль.

— Извините, но у меня нет времени.

— Рабочий день уже заканчивается, - напомнил мужчина.

— А вы, собственно, кто? Чтобы задавать подобные вопросы?

— Когда-то я работал в полиции, опером. А сейчас на вольных хлебах. Ваш адрес мне дал владелец частного детективного агентства Лев Евтеев.

— По-моему, я с ним расплатилась, - сухо напомнила я.

— Мужчина, чью могилу вы искали с помощью Евтеева, пропал в горах Домбая. И не говорите, что не просматриваете новостную ленту. Об этом было везде. И по радио. Вы же слушаете в машине радио?

— Допустим, я в курсе. Но я здесь не причем. Я видела его в последний раз… Дай-ка вспомнить…

— Шестнадцатого августа, в субботу, - мой собеседник обаятельно улыбнулся.

Вообще он был до чертиков любезен, но меня опять начало трясти.

Я почти избавилась от этих воспоминаний. Перевернула эту страницу своей жизни, а лучше сказать, закрыла законченный роман. Героем которого был Камиль. И возвращаться к нему не хочу.

— Допустим. Да, я была у него. Мы попили кофе, мило поговорили, и я уехала.

— Вряд ли беседа была милой, но вы и в самом деле покинули коттеджный поселок через полтора часа после того, как поднялся шлагбаум, пропуская вашу машину.

— Вы и это знаете?!

— Я сыщик. А бывших сыщиков не бывает. Я просто собирал информацию.

— На каком основании? То есть, по какому праву?

— Меня попросила об этом клиентка.

— Вы тоже частный детектив?!

— Нет. Пока нет, - поправился мой собеседник.

— Но согласитесь, что я не обязана отвечать на ваши вопросы.

— Охотно соглашусь. Я сам не хочу расследовать исчезновение Бадави. И если бы вы согласились поговорить с моей клиенткой…

— Поговорить?!

— Вам разве нечего друг другу сказать? Он ведь вас обеих обманул. Но в отличие от моей клиентки вы сумели избавиться от морока. Узнав, что мужчина, которого вы любили, мошенник. И спокойно продолжаете жить дальше.

— А она, значит, решила его поискать? — язвительно спросила я.

— Увы.

— Что ж… Передайте ей, что Камиль того не стоит.

— Марсель. Ей он представился Марселем.

— Но от этого он не перестал быть сволочью, - вырвалось у меня.

— Я готов устроить вам встречу.

Встречу?! Я представила себе такую же наивную дуру. Которая поверила в сказку о принце на Ауди и тетке средних лет, которую природа обделила красотой, но зато тетка эта научилась зарабатывать деньги. И принц оценил ее ум и кулинарный талант, а вовсе не коллекцию ювелирных украшений.

Хотя, в жизни всякое бывает. Не только красивых любят. Но Кама это совсем другой случай. Вряд ли этот аферист вообще способен любить. Только себя, самозабвенно. Как вспомню его лицо во время нашего последнего разговора…