В поисках Сары - Дэниел Сверен-Бекер

извинения, и через десять минут они уходят. По телевизору идет та же серия «Выжившего». Наш ужин на полу, но на экране все та же чертова серия «Выжившего». Мы с отцом просто смотрим друг на друга и понемногу начинаем осознавать новую реальность. Понимаем, что нам нужно переезжать. Что нам придется жить как беглецам, хотя ничего плохого мы не сделали. Я видел, как он напуган. И не полиция его напугала, а те психи, которые видели шоу и теперь думали, что он серийный убийца или что-то в этом роде. Я увидел это выражение в его глазах, и… мне стало охренеть как страшно.

Джанет Парселл (мать): Мы услышали весь этот шум – машины, сирены – и вышли на улицу посмотреть. Как и все остальные в нашем квартале. Бедные соседи… наша тихая улица превратилась в зону боевых действий.

Дэйв Парселл (отец): Наверное, это была какая-то дурацкая шутка или что-то вроде того. Слушайте, все мы согласны, что морочить голову полицейским неправильно, что у них есть дела поважнее… С другой стороны, что с того, что его жизнь немножко усложнилась? Фрэнк делал вещи похуже: отбирал у людей жилье, выгонял людей на улицу… много чего. Я не звонил в полицию, но жалеть его из-за того, что случилось, не стану.

Беверли Гири (бабушка): Фрэнку Грассли досталось по заслугам. В моем понимании, это он раскрутил колесо и запустил цепь событий, от наездов на бизнес моего зятя до того, что случилось с Сарой. Дрянной человек, вот он кто, и не пытайтесь убедить меня в обратном.

Бекка Сантанджело («Сэарбеарс»): Да, мы покопались в прошлом Фрэнка Грассли. Люди из нашей группы нашли его адрес и номер телефона. Возможно, кто-то даже опубликовал их на нашей странице, и я сразу же это удалила. Но настоящая участница группы «Сэарбеарс» никогда бы не стала сваттить кого бы то ни было. Мы были фанатами. Группой поддержки. Мы не пытались ни на кого нападать.

Но ведь есть и другие группы. Куда как более отвязные. Вот они сразу повылезали и попытались вмешаться в расследование. Я, когда услышала о том, что произошло с Грассли, нисколько не удивилась, что кто-то выкинул такую шутку.

Молли Лоу (профессор социологии):

Проблема онлайн-самосудов не имеет легкого решения. По сути, они являются идеально эволюционировавшей версией того, что можно назвать пратолпой. Этот изначальный прототип толпы обеспечивал анонимность, чувство товарищества и силу для достижения целей, которые были бы невозможны или слишком постыдны для одного человека. Разумеется, для формирования толпы в традиционном смысле требуется критическая масса людей в одном месте, эффективная коммуникация, единообразие мыслей и отсутствие достаточного сдерживания.

В интернете все эти барьеры для входа ниже. Анонимность является настройкой по умолчанию, физическое местоположение не имеет значения, когнитивного диссонанса для снятия с себя ответственности достичь гораздо проще, и, как мы многократно убеждались, компании – владельцы социальных сетей отказываются контролировать толпы, которые формируются на их платформах.

Результатом становится идеальный первобытный бульон для вендетты на безопасной дистанции. А последствия могут быть ужасающими. Помните взрыв на Бостонском марафоне? Группа пользователей «Реддит» была убеждена, что с помощью своих сетевых расследований они вычислили виновника. Онлайн-толпа превратилась в реальную и двинулась к дому этого человека. Он оказался совершенно невиновным. Толпа ошиблась. Чудо, что никто не погиб.

Исчезновение Сары Парселл вызвало такую же реакцию, что неудивительно. Толпа сформировалась и набросилась на Фрэнка Грассли. Но для меня интереснее то, что к подобным событиям притягивается другой онлайн-архетип, и его поведение еще менее понятно. Эти запутавшиеся в теориях заговора контрарианцы не пытаются повлиять на события – нет, они отрицают сам факт того, что события вообще происходили.

Брюс Аллен Фоли (главный директор по реалити-программам, «Ненайденные»): С чего вообще начать? Я хочу сказать, что сложно говорить о преступлении, которого на самом деле и не было вовсе.

Дэйв Парселл (отец): Скажите, вы же не интервьюируете для этой книги Брюса Аллена Фоли…

Кейси Хоторн (продюсер): Пожалуйста, скажите мне, ведь этот человек не на свободе? Он что, уже вышел из тюрьмы? Где он? Я серьезно, мне нужно это знать.

Брюс Аллен Фоли («Ненайденные»): Начнем с основ. Сару Парселл никто не похищал. Надеюсь, все мы можем с этим согласиться! А существовала ли она вообще? Я бы сказал, что в некоторых отношениях жюри все еще не вынесло вердикта по этому вопросу.

Было ли найдено тело шестнадцатилетней девушки? Конечно. Вероятно. Не так уж сложно раздобыть тело девочки-подростка и сказать: «Эй, посмотрите сюда, это такая-то, вы должны нам верить». Но было ли это тело – и, пожалуйста, обратите внимание, я изображаю пальцами кавычки в воздухе – «Сарой Парселл»? Нет, я так не считаю.

Феликс Кальдерон (детектив): Из всех связанных с этим делом подонков, явивших примеры отвратительного поведения, я ставлю его на низшую ступень. Ниже лжецов, мошенников, лицемеров, признавшихся убийц, молчаливых сообщников… Опуститесь на самое дно, и там вы найдете Брюса Аллена Фоли.

Брюс Аллен Фоли («Ненайденные»): Наша группа «Ненайденные», которую я создал и продолжаю возглавлять в качестве главного директора по реалити-программам, ставит своей целью разоблачение лжи о том, что в этой стране бушует эпидемия похищений детей. Мы продемонстрировали, что более девяноста девяти процентов так называемых похищений детей либо полностью вымышлены, либо сильно преувеличены. Заявления о похищении необоснованны, и таких детей, которых надлежит разыскивать, попросту нет – понимаете?

Ложь служит цели захвата власти авторитарными силами. Мы считаем и можем доказать, что эта сфабрикованная эпидемия пропавших детей поддерживается в тандеме средствами массовой информации и тираническими элементами в нашем правительстве, стремящимися усилить слежку за обычными гражданами и ограничить наши свободы. Чем больше фальшивых преступлений, тем успешнее они могут вторгаться в нашу частную жизнь.

И я забыл про Голливуд. Он тоже играет свою роль. Они берут ложь и превращают ее в развлечение, и все это часть плана по зомбированию людей, чтобы они поверили, что детей на улицах хватают направо и налево.

Как только дело Сары Парселл привлекло внимание СМИ, наши участники идентифицировали его как классическую «Хиросиму» – фальшивое событие, разработанное исключительно для внушения страха. Так мы называем каждое громкое похищение, которое правительство подкидывает нам раз в двадцать лет или около того, чтобы напомнить стаду овец, насколько опасен мир. История Сары Парселл соответствовала всем критериям. Мы немедленно мобилизовались, и я отправился в путь с несколькими моими преданными братьями и сестрами, чтобы пролить свет на ложь во Фредерике, штат Мэриленд.

Я знаю, что вы сейчас скажете, и, прежде