Бабушка - Джейн Э. Джеймс

чего же я опустился. Только последние мерзавцы грабят беззащитных старух. –  В общем, пока я надеюсь забирать их на выходные, –  тихо заканчиваю я, мечтая провалиться сквозь землю.

– С ночевкой? –  интересуется она, беря со стола картонную подставку для стакана и безжалостно ее сминая.

– Нет. У нас мало места, новорожденный ребенок и все такое… –  Наши взгляды встречаются. Готов поклясться, она видит меня насквозь. Но я ни за что не признаюсь, что моя новая подружка не разрешит им оставаться. –  Только днем, в субботу или воскресенье, если вам удобно.

Миссис Касл откидывается на спинку стула и оценивает меня взглядом, как соперника на сельской выставке овощей.

– Мы с Дейзи и Элис только начинаем узнавать друг друга, поэтому я бы в любом случае предпочла, чтобы они нигде кроме дома не оставались на ночь.

Под ощутимый стук сердца я проговариваю:

– Хорошо. Значит, договорились?

Она кивает.

– Вы намерены проводить этот день у себя дома? Мне бы хотелось знать ваши планы.

Я ерзаю от неловкости.

– К нам будет неудобно –  малышка, –  так что мы просто сходим куда-нибудь.

– Придется тратить деньги, –  замечает миссис Касл.

– Как-нибудь справлюсь.

Она закатывает глаза.

– Не сомневаюсь. –  Не понимаю, издевается она или нет. Прежде чем я успеваю ответить, она продолжает: – Я буду давать вам по сто фунтов каждую субботу, когда вы будете их забирать, чтобы вы могли достойно провести с ними время.

У меня буквально челюсть отвисает. Она только что вручила мне ключ от наручников, которыми я был прикован к батарее, потому что теперь мне есть что подать Лие как свою победу.

– Спасибо, вы очень добры.

– О, я не вам оказываю любезность, –  безучастно отмахивается она, с досадой надувая щеки. –  Я просто хочу, чтобы о моих внучках хорошо заботились, вот и все. Имейте в виду, я буду ждать чеки. Еда, бензин, входные билеты в парки или музеи, все в таком роде.

Вот зараза. С другой стороны, а чего я хотел? Говорят, дареному коню в зубы не смотрят, а я как раз это и делаю. Она мудрая женщина, чего уж там. Наверняка догадалась, что часть денег ушла бы на сигареты, пиво или косметику для Лии. Да хоть бы и на подгузники для малышки.

– Могу я быть с вами откровенной, Винсент? –  спрашивает она, прищурившись.

– Конечно, –  отвечаю я со вздохом. Даже не знаю, чего бояться.

– Вы, без сомнения, в курсе, что я никогда не одобряла брак моей дочери с вами. Мой покойный муж считал вас недостойным ее, и я разделяла его мнение.

– Потому что я беден? –  вскидываюсь я, задетый такой несправедливостью.

– Не только, хотя, не буду скрывать, это тоже имеет значение. Но когда мы узнали про наркотики, да еще и побои… –  При этих словах у меня щеки начинают гореть от стыда. Я больше ее не перебиваю –  мне нечего сказать в свое оправдание. Пусть и дальше втаптывает меня в грязь, раз уж я нажил такую репутацию. –  Как вам известно, я поклялась не разговаривать со Скарлет, пока она не одумается насчет вас. Но она так и не изменила своего мнения, а если изменила, все равно была слишком горда, чтобы признаться. Вы, наверное, думаете, что упрямой до чертиков она была в меня –  мы обе стоили друг друга.

Я киваю, наблюдая, как она чертит круги на полу концом своей трости.

– Так или иначе, прошлое не исправить, однако мне жаль, что мы с ней так обошлись. Нельзя было ее бросать. Теперь я намереваюсь как-то искупить нашу вину.

Старуха выпрямляется в кресле, и в ее глазах блестят слезы.

– Значит, и вам не чуждо ничто человеческое? –  шучу я, надеясь, что у нас есть небольшой шанс поладить. Не то чтобы подружиться, но хотя бы найти общий язык.

Ее следующие слова стирают меня в порошок вместе с моими надеждами.

– Я не дурочка, так что не ждите от меня ни пенни сверх той суммы, которая была озвучена.

Глава 23

Бабушка

Хотя я только что фактически обвинила мужчину передо мной в корысти, меня гложут сомнения, не беспочвенны ли мои подозрения. Охотится он за деньгами или искренне любит дочерей? Его непросто разгадать. У Винсента Спенсера должны быть какие-то положительные качества, раз он покорил сердце Скарлет. Она явно видела в нем что-то особенное, если решила связать с ним жизнь и родить от него детей.

Девочки дурно отзываются о своей так называемой мачехе, но ни разу не заикнулись, что папа плохой. Это о многом говорит. В любом случае, я не могу запретить ему видеться с ними. Как их родной отец, он имеет право на встречи с детьми. И тем не менее. С виду он может и не казаться злодеем, каким я его всегда представляла, но я буду начеку, пока не выясню, каковы его истинные мотивы в отношении девочек. Тошнотворное чувство вины охватывает меня всякий раз, когда я думаю о судьбе Скарлет. Поэтому я сделаю все возможное, чтобы ее дочери были в безопасности.

Когда Винсент внезапно отодвигает стул и направляется к бару, я решаю, что разговор окончен, однако он возвращается через несколько минут с кружкой пенного «Гиннесса». Садится, делает большой глоток и вытирает рот тыльной стороной ладони. Какой-то унылый и потрепанный. Его бледное лицо и потухший взгляд напоминают мне Дейзи.

Будто собираясь сделать важное заявление, Винсент подается вперед и кладет обе ладони на стол. Заметив, что я разглядываю татуировку с оскалившимся волком на его шее, едва видимую под воротником, он замирает и вздергивает подбородок. В его голосе появляется жесткость.

– Я также хотел поговорить с вами о коте.

У меня кровь отливает от лица.

– Вы имеете в виду моего кота Рыцаря?

– Интересное имя…

– Какое вам дело до моего кота? –  выпаливаю я, сбитая с толку.

Винсент опускает взгляд на свою кружку и бормочет:

– У Дейзи на него аллергия.

– С каких пор?! –  спрашиваю я громче, чем планировала.

Он напрягается и неуверенно бормочет:

– Похоже, с тех пор, как они переехали к вам.

Мои губы искривляются в усмешке.

– Чушь! Соцработник предупредила бы меня.

– Может, у девочки всегда была аллергия, но, поскольку у нас не было кошек, она не проявлялась, –  логично предполагает Винсент.

Он верит в свою версию не больше, чем я. Так или иначе Винсент меня переиграл –  точнее, Дейзи, –  потому что мне не разрешат оставить любимого кота, если он угрожает здоровью девочки.

– Что именно ее беспокоит и почему она мне не сказала?

– Думаю, боялась вас разозлить. Она