Бабушка - Джейн Э. Джеймс

Даже если он прав насчет отношения Дейзи к Рыцарю, я не могу не пойти в контратаку. Глядя на него с негодованием, я хриплю от ярости:

– Вы намекаете, что моя внучка боится меня? И что я пренебрегаю ее здоровьем? –  Да как он, изменник, курильщик и бывший наркоман, смеет критиковать меня, когда сам бросил свою семью?

Он отшатывается, будто получив удар в лицо, и вздыхает:

– Эй, не стреляйте в гонца, ладно?

В горле пересохло, как в пустыне.

– Что ж, у меня тоже есть для вас послание, Винсент Спенсер. –  Я делаю паузу, чтобы набрать в легкие побольше воздуха. –  Девочки сказали, что вы были в доме тем вечером, когда Скарлет умерла.

Он понижает голос, взгляд становится уклончивым:

– Все знают, что я был там, мы спорили об алиментах. Это все есть в моих показаниях.

Я сразу пресекаю попытку запудрить мне мозги.

– Только полиция не знает, что вы вернулись в дом позже, когда девочки уже спали.

– Миссис Касл, Дейзи мне все рассказала. Элис вам говорила, что якобы видела меня в доме. Но, уверяю вас, ей это просто приснилось…

– Вряд ли, –  перебиваю я. –  Вы были там, и то, что вы солгали об этом, снова делает вас подозреваемым.

Он издает долгий вздох.

– Клянусь жизнями девочек, я не трогал Скарлет.

– Разве не то же самое вы говорили полиции, поставив ей очередной синяк?

– Это другое, –  хмурится Винсент, понимая, видимо, что проиграл.

– Вы считаете?

В его глазах мелькает тень сожаления.

– Ваша дочь бывала агрессивной. Иногда мне приходилось защищаться.

– Думаете, я в это поверю? –  усмехаюсь я, закатывая глаза.

– Так почему вы еще не пошли в полицию? –  спрашивает он с вызовом.

– Потому что мы оба знаем, что Дейзи никогда мне этого не простит, –  шиплю я. –  К тому же, полагаю, если это вы убили Скарлет, полиция в конце концов поймает вас и без моей помощи.

Тут к столу подбегают сестрички. Запыхавшиеся, с румяными щеками, они заливисто смеются, бросаясь в объятия Винсента, а он притворяется, будто они его перебарывают. Когда Элис устраивается у него на коленях, а Дейзи повисает на его руке, у меня внутри все сжимается от зависти –  я уже привыкла считать их своими девочками. Они довольны, хотя сегодня для них грустный день –  хоронят мать.

– Похоже, субботу мы проведем только втроем, девочки. Чем хотите заняться? –  буднично спрашивает он, не глядя в мою сторону.

Дейзи устремляет на меня взгляд своих ярко-зеленых глаз и спрашивает:

– А так можно?

– Конечно, –  хихикаю я, как будто и мне это нравится.

– Спасибо, бабуля! –  визжит Элис, извиваясь у отца на коленях в попытках увернуться от щекотки.

– Может, учитывая обстоятельства, стоит удвоить плату? –  бормочет Винсент, бросая на меня взгляд.

– О чем вы? –  произношу я в недоумении.

– Как насчет двухсот фунтов в день? –  Он многозначительно поглядывает на девочек: – Как думаете, они того стоят?

Его слова гирей падают мне на грудь; приходится прижать ладонь к сердцу, чтобы успокоиться. Все-таки его истинная цель –  тянуть из меня деньги. И теперь он знает, что я не собираюсь сообщать в полицию о его ночном визите в дом Скарлет. Ситуация выходит из-под контроля, что мне категорически не нравится. Я недооценила его, но больше не повторю такой ошибки.

– Эй, расслабьтесь, Ивонн, я шучу! Вы же не приняли мои слова всерьез? –  Винсент притворяется оскорбленным и со смехом продолжает: – Не надо считать меня преступником, способным на шантаж. Или на что похуже.

Глава 24

Отец

Я вернулся в пустой –  опять! –  дом и вынужден был распахнуть все шторы и жалюзи, чтобы разогнать мрак, ведь я живу с кровососущим оборотнем под личиной подружки. Несмотря на утренние разглагольствования о том, что нужно потребовать деньги у бабушки девочек, Лия не соизволила дождаться и узнать, чем все закончилось. Мало того, еще и раковина забита грязной посудой, мусорное ведро переполнено, а весь дом провонял горелым маслом. Приходится открывать все окна на первом этаже, чтобы впустить немного свежего воздуха. Затем я берусь за мытье посуды –  в шкафу не осталось ни одной чистой тарелки.

Через пятнадцать минут я жадно уплетаю бутерброд с жареным яйцом, щедро сдобренный кетчупом, и гадаю, не в магазин ли пошла Лия –  холодильник почти пустой. Сегодня последний день месяца, а значит, нам должно прийти пособие. Вчера вечером, когда я проверял баланс, на нашем общем счете оставалось жалких три фунта и девяноста два пенса –  даже на банку детской смеси не хватит.

Как всегда, неделю мы поживем на широкую ногу, а остальные три будем подбирать крошки. Это никуда не годится. Зато день выплат дает нам повод для радости. Можно пополнить баланс телефона, возобновить подписку на нетфликс, заказать еды из китайского ресторана и купить пару банок пива на вечер. Хватит еще на новый комбинезон для Сэффи, а Лия побалует себя блеском для губ или очередной поддельной сумочкой. Конечно, еще одна ей без надобности, но если покупка сделает ее счастливее, хоть ненадолго, то оно того стоит, правда?

Поскольку Лия убеждена, что после смерти Скарлет я не должен больше платить алименты, мне любопытно, перечислят ли их теперь Ивонн Касл. Хотя богатой старухе мои пятнадцать фунтов и сорок пенсов в неделю точно не нужны. Как любила говорить Скарлет: «На эти деньги и собаку не прокормишь». «Не слишком прожорливую –  можно», –  однажды ехидно заметил я. И все же хоть что-то я платил. Вернее, платило государство –  вычитало из пособия.

Наверное, не стоило дразнить миссис Касл намеками на еще большие суммы за прогулки с детьми. Она сама напросилась своими инсинуациями –  вот каких слов я нахватался, –  что я планирую клянчить у нее деньги. Хрен ей, не настолько я бесстыжий. Хотя мы с Лией и спорили, для себя я уже решил, что не опущусь до шантажа бабушки своих детей. Не скажу, что такая мысль не приходила мне в голову, просто не хочу, чтобы Дейзи или Элис плохо обо мне подумали. В конце концов, они славные девочки, и, если выпадет шанс, думаю, я мог бы стать для них неплохим отцом. Все, что мне нужно, –  это нормальная работа, которая даст уверенность в завтрашнем дне. Однако найти ее такому, как я, как раз и не светит. Без образования, навыков и опыта –  куда мне?