Современный зарубежный детектив-20. Компиляция. Книги 1-21 - Андреас Грубер

Захлебнуться! Почему он это сказал? Сабина и виду не подала.

– Можно присесть?

Он заложил закладку и захлопнул книгу.

– К сожалению, не могу запретить. Это общественное место.

Он был обаятелен, как брызжущая ядом кобра, которая еще не завтракала. Сабина села на стул. И сразу перешла к делу:

– Как вы узнали о моем запросе в «Дедале»?

Он продемонстрировал свою любезно-презрительную дежурную улыбку.

– Я работаю с базами данных. Моя обязанность выяснять подобные вещи. Если бы я это пропустил, значит, я не профессионал. – Он помассировал рукой висок.

Сабина подумала о своем друге. Она должна была как-то уладить дело.

– Эрик Дорфер уже два года учится в профессиональной школе при БКА. Я подбила его на этот запрос. Это моя вина.

Снейдер прекратил массаж и поднял одну бровь.

– Коммисар-стажер уголовной полиции не должен позволять себя ни на что подбивать.

– Если вы планируете начать дисциплинарное преследование, то привлекайте к ответственности меня.

Он отложил книгу в сторону.

– Вы маленькая смелая девушка. Как отреагирует ваш начальник, этот Клович…

– Колонович, – поправила она.

– …когда узнает, что вы отсылаете запросы у него за спиной?

– А что мне оставалось? Он отказался посвятить меня в дело и запретил вмешиваться в расследование ЛКА.

– Хм! – Снейдер нахмурился. – И поэтому вы пробрались в здание судебной медицины и тайно распечатали отчет по аутопсии вашей матери?

Сабина покраснела. Кожа головы начала зудеть.

Снейдер снова принялся массировать себе виски.

– Я видел, как вы удирали через противопожарную дверь. Несмотря на метр шестьдесят, вас с вашей серебристой прядью невозможно не заметить.

– Метр шестьдесят три!

– Только если на высоких каблуках.

– У вас, похоже, на все есть ответ.

– Нет, но достаточно точно определяю размеры на глаз. – Снейдер вытащил из кармана пиджака листок бумаги и протянул ей. – Вы это забыли. – Наверняка он чувствовал себя бесподобно в своей роли. Но не стал продолжать эту тему. – Откуда вы вообще знаете этого стажера в Висбадене?

Сабина сунула листок в карман не читая.

– Мы знакомы по кельнской спортивной гимназии.

Снейдер улыбнулся.

– Бывшая любовь?

– Мы оба хотели попасть в БКА. У него получилось, мою кандидатуру три раза отклоняли.

Снейдер кивнул.

– Полагаю, вашего друга мучают угрызения совести, и он считает себя обязанным.

Возможно. Так Сабина на это еще никогда не смотрела.

– Чем вас восхищает БКА? – Он пожал плечами. – Такое же объединение, как любое другое, – только скучнее.

Возможно, не стоит объяснять причину именно такому саркастичному человеку. Но в конце концов Сабина это сделала.

– Мой рост метр шестьдесят. Некоторые коллеги смеются надо мной из-за этого. Они думают, что я ни на что не способна. Но…

– А вы считаете, что в БКА будет по-другому? – перебил он ее. – Там вы останетесь того же роста, и над вами также будут подсмеиваться. Возможно, еще больше, чем здесь. – Слова повисли в воздухе, словно угроза.

– Я училась, повышала квалификацию, посещала курсы и специализированные семинары не для того, чтобы протоколировать кражу дамской сумочки в пешеходной зоне.

– А что вы хотите вместо этого? – Он повысил голос. – Киснуть за письменным столом в Центральном управлении?

– Я хочу в действительную службу.

– И что же это, ради всего святого?! – воскликнул он. – Под прикрытием спецназа ловить насильников и особо опасных преступников? Выводить на чистую воду контрабандистов и международных торговцев оружием и боеприпасами? Вас это интересует?

– Нет. – Она понизила голос, потому что к кофе-автомату как раз подошел мальчик лет десяти, с растрепанными волосами и в больших очках и принялся упорно кидать в отверстие монетку, которая постоянно выкатывалась обратно. – Криминалистическая психология.

– О господи! – Снейдер поднял правую бровь. – Неудивительно, что вам трижды отказали, Клариса Старлинг[7]. Этот отдел берет не всех подряд.

– Спасибо за отличную перспективу. – Умник!

Правда, ее планы все равно уже неактуальны. После смерти матери она не могла оставить сестру с тремя детьми одну в Мюнхене.

Мальчик снова попытался засунуть монету в аппарат. В конце концов Снейдер раздраженно повернулся к нему:

– Парень, можно дать тебе совет?

Мальчик смущенно улыбнулся:

– Да, пожалуйста.

Снейдер указал в другой конец зала:

– Если попробуешь в том автомате, то не будешь нам мешать.

О, какая же Снейдер сволочь! Сабина поднялась, достала монету из лотка для сдачи и энергично опустила ее в прорезь.

– Тебе какао?

Мальчик кивнул. Сабина нажала на кнопку – выпал стаканчик. Когда мальчик ушел с горячим напитком, она снова села.

– Малышу нет и десяти.

– Гарри Поттер должен сам научиться добывать себе напиток, – пробормотал Снейдер. – Вы не можете помочь каждому на этом свете. В противном случае вам лучше попытать удачу в «Каритас»[8], а не в БКА. Возможно, это подойдет вам больше.

– Спасибо за ценный совет, – фыркнула она.

Снейдер поднялся.

– С удовольствием. И бесплатно.

Он зажал книгу под мышкой и пошел вниз.

Сабина последовала за ним.

– Что вы собираетесь сейчас делать? Выставите на улицу все комнатные растения с нашего этажа?

Снейдер наставил на нее палец:

– Я уже сказал вам: не пытайтесь шутить в моем присутствии!

Они направились к выходу. Сабина указала на том у Снейдера под мышкой:

– Платить не будете?

– Зачем? Это моя книга.

Они вышли на улицу.

Сабина видела, как он покидал здание судебной медицины и заходил в книжный магазин. Такой пухлый фолиант бросился бы ей в глаза.

– Куда вам сейчас нужно? – спросил Снейдер.

– Домой, попытаюсь заснуть.

– Так и сделайте. Вы симпатичная девушка. Такие большие миндалевидные глаза большая редкость. Но грустный, всегда серьезный взгляд вам не идет.

– А как, по-вашему, я должна себя чувствовать? – спросила она.

– Я знаю, ситуация сложная. Ваши родители враждовали, а теперь еще и это! Отдохните. Я пойду в ЛКА и поговорю с вашим отцом.

– Это не он убил.

Снейдер склонил голову.

– Он рассказал следователям невероятную историю о звонке похитителя, о телефонной загадке и пузырьке с чернилами, который ему якобы подкинули. Они не верят ни одному его слову. Наоборот – он один из главных подозреваемых.

Хотя они стояли на солнце, у Сабины на мгновение потемнело в глазах.

11

После двух интенсивных сеансов психотерапии Хелен наконец нашла время и вошла в кабинет Франка. Весь день во время бесед она думала о гравировке на внутренней стороне кольца Анны Ленер. «Анне – от Франка». Какое отношение ко всему этому имел ее муж?

Странное чувство охватило Хелен, когда она окинула взглядом письменный стол Франка, комоды, стеклянную витрину, книжные шкафы