Элитный утопленник - Николай Иванович Леонов

как работает этот сложный механизм, крутятся его шестеренки, какие идеи, мысли, воззрения аккумулируются там на самом деле. Может быть, они в корне отличаются от того, что выдает обладатель бескрайних возможностей на публике? Или, наоборот, он настолько сроднился с ролью, которую играет, что и в голове у него все пришло в соответствие с публичным, открытым образом.

Вот перед нами импозантный красавец, чью голову слишком рано посеребрила седина. В жизни его было всякое. Вышел из девяностых, будучи пацаном, работал шестеркой у старшего брата-рэкетира. Оттуда вынес кличку Малой, она к нему в итоге так и приклеилась, хотя роста он был вполне себе среднего, а со временем и корпулентностью обзавелся. Двигался неспешно, говорил неторопливо, одевался с иголочки. Начинал рядовым охранником, вырос сначала до заместителя директора магазина, а потом и до генерального крупной строительной компании.

Стройка в Подмосковье на девяносто процентов принадлежит ему. Новые микрорайоны, которые территориально становятся Москвой, вырастают в результате его деятельности.

В биографии этого человека два высших образования, техническое и управленческое, а еще кандидатская по социологии. Все как у людей. Речь в интервью складная, правильная, мысли как будто росой умытые.

Убивал!..

Это главное обвинение против него проникает на поверхность через недружественные СМИ и резонансные группы в социальных сетях. Но если не доказано, то и не было. Так говорят защитники этого субъекта. Да ведь и время было такое! Рядом с нашим героем сидят люди в дорогущих костюмах. Сегодня они занимают высокие должности, однако и в их биографиях есть темные пятна.

Но нет-нет да посмотришь на того или иного господина, вещающего складно и сладко, и задумаешься. Неужто и правда было? Если случалось, то кого и как именно он убил? Завязал ли с подобным решением вопросов или и сейчас вполне может взяться за старое, если кто-то окажется на его пути?

А как он растит своих детей с учетом такого факта своей биографии? Чему учит их? Всегда быть на коне, не бояться давить копытами людей, мешающих тебе, стремиться властвовать, окружать себя только выгодными людьми? Говорит ли о верности и чести, или же эти понятия интерпретированы им так своеобразно, что обычным людям этого не понять?

В общедоступной биографии Белякова отсутствует информация о детях, хотя ходят слухи о том, что их у него трое. Вроде бы жена с детьми проживает где-то в Европе.

Может ли человек, имеющий потомство, сознательно наносить серьезный ущерб природе, зарабатывая себе политические очки? Странный вопрос. Ведь таких примеров вокруг масса.

Чего это меня вдруг его на лирику потянуло? Время обеда, между тем».

Как только Гуров подумал об этом, Крячко очень кстати открыл дверь кабинета, потряс пакетом со снедью и полюбопытствовал:

— Не пора ли нам подкрепиться?

— Еще как пора, — ответил Лев Иванович, запустил руку в пакет, вытащил длинную связку охотничьих сосисок и только сейчас почувствовал, насколько голоден.

Приличный кусок батона составил отличный дуэт с копченой колбаской и без лишних промедлений отправился в рот старшего оперуполномоченного. У Гурова сразу и гормоны заработали как надо, вытеснили из головы ванильные размышления о моральном облике всяких там бизнесменов.

— Да подожди ты, я хоть чайник поставлю! — Стас щелкнул рубильником, заглянул в заварочный чайник и увидел внутри пушистую белую плесень. — Тьфу ты! А давай-ка лучше мы с тобой кофейку тяпнем.

Гуров кивнул с набитым ртом, дал понять, что не возражает.

«Да, видела бы меня сейчас Маша, — подумал он. — Но что делать, это дома вместе с ней можно попивать янтарный чаек из императорского фарфора. На службе остается мысленно славить тех мудрецов, которые придумали фаст-фуд, да надеяться на то, что плесень в заварочном чайнике еще не скоро превратится в монстра и выйдет наружу.

Если обвинения в незаконно устроенной свалке отходов первого класса опасности верны, то Белякову грозит уголовное дело. Весьма некстати эта тема всплывает именно сейчас, когда он и так является фигурантом следственных действий, правда, пока что неофициально. Или, наоборот, все очень кстати? Будто кто-то специально делает невидимый подкоп под господина Белякова, в который он в итоге должен свалиться».

— Есть новости? — спросил Лев Иванович лучшего друга, с удовольствием хрустевшего свежим огурцом.

— Угу, — пробурчал тот и энергично закивал. — Беляков приглашает всех желающих в экологический рейд.

— Куда?

— В рейд. Экологический.

— Объясни-ка. А то я кроме пешего эротического путешествия не могу найти ассоциаций.

— Может, ты, Лева, и попал в точку. В общем, ситуация такая. Ты же видишь, что Белякова обвиняют в едва ли не намеренном устройстве этой свалки. Вот он и решил сделать финт ушами, так сказать, или утереть всем нос, как тебе больше нравится. Пригласить независимых экспертов для проведения экологического мониторинга, собрать общественность, СМИ, еще черт знает кого и продемонстрировать всем, что он чист перед законом, народом и природой.

— Как это все будет выглядеть?

— Пока не знаю. Но Орлов считает, что мы должны принять участие в этом занимательном мероприятии.

— Зачем нам это надо?

— Дело в том, что эта ситуация так протрубила по всему миру, что сам председатель следственного комитета потребовал отчет о проверке информации о предполагаемой свалке. Так что деваться некуда. Но и вдвоем тратить на это время нет смысла. Давай тянуть жребий, кто из нас поедет. На сосисках.

— Это еще как?

— Закрой-ка глаза. — Стас оторвал от связки две сосиски, одну сломал пополам, накрыл их тарелкой так, чтобы наружу торчали только кончики. — Можешь смотреть. Если вытягиваешь целую сосиску, значит, сам едешь в рейд. Если половинчатую, то еду я.

Гуров со смешком вытянул целую сосиску и тут же с аппетитом ее слопал.

Вечером ему позвонил Ануфриев и рассказал, что его дочь Марианна почувствовала себя плохо.

— В больницу она не обращалась, сама ведь медик. Но, учитывая информацию об отравлении Веры и меня, провела дома необходимые детоксикационные мероприятия. Сейчас ей стало лучше. Ситуация не опасная, но я решил, что вам нужно о ней знать.

— Спасибо, Олег Семенович. Как говорится, информация принята к сведению.

Глава 6