Элитный утопленник - Николай Иванович Леонов

— А я могу сопровождать эту уважаемую компанию? — поинтересовался Беляков. — Напомню, что это, вообще-то, частная собственность, а вы тут так свободно рулите.

— Знаете ли, Сергей Константинович, на этой, как вы говорите, частной собственности убийство произошло. Труп вон мухи почти съели. Так что рулить мы, как вы изволили выразиться, имеем полное право. Но если вам уж так хочется, то можете идти вместе с товарищами. Ваши показания я уже зафиксировал. Если что-то будет нужно, не обессудьте, придется нам опять встречаться.

— Не буду обманывать, — сказал Беляков, тяжело поднялся со ступенек лестницы, на которой сидел, отряхнулся от пыли и закончил: — Я был бы очень рад избежать повторных встреч по такому поводу.

Работники компании «Экологический эксперт», которых звали Михаил и Игорь, действительно были профессионалами своего дела. Им приходилось сталкиваться с разными заказчиками и выполнять свои служебные обязанности при весьма сложных обстоятельствах. Они работали, стоя по пояс в холодных болотах, отбирали пробы на ледяном ветру и в сорокаградусный солнцепек. Их фирма считалась лучшей в Москве, а они слыли самой добросовестной бригадой среди тамошних работников. Клиенты передавали их из рук в руки. Информация о том, что они всегда четко делают свою работу, шла впереди них.

До прихода в службу Михаил подвизался в ритуальном агентстве. Там он и выработал непробиваемое, очень даже философское отношение к жизни и смерти.

Игорь по молодости перебивался ремонтами у богатых. Несколько раз попадал в переделки. Однажды даже стоял под дулом ружья с возведенным курком, когда внезапно вернувшийся хозяин посчитал его любовником своей ветреной жены. Ничего, уцелел. Прострел мягких тканей левого бедра можно было не считать за серьезную травму.

Труп, обнаруженный на участке, подлежащем обследованию, не являлся достаточным основанием для того, чтобы можно было не работать. Так молчаливо решили парни. Помимо ответственного отношения к работе здесь четко проглядывал еще и материальный интерес. У них обоих была сдельная оплата.

Поэтому им и пришлось теребить полицейских, требовать у них допуск к объекту работы. С этим у них сложилось. Породистый полковник оказался понимающим, вполне себе душевным дядькой.

Парни подхватили свои чемоданы с оборудованием и принялись за дело. Перед ними стояла задача исследовать экологическую обстановку местности по нескольким направлениям. Помимо отбора проб почвы, воды и воздуха для изучения в лабораторных условиях им предстояло определить степень концентрации токсических веществ. Если она превысит предельно допустимую, то потом, возможно, у них будет еще и работа по очистке местности.

Гуров только-только успел глотнуть водички и собирался уже продолжить опрос свидетелей, как на его Вайбер упало сообщение. Он открыл его и улыбнулся. Крячко был в своем репертуаре. Он отправил лучшему другу фото, на котором позировал с самым серьезным лицом, стоя на пригорке в позе ласточки с анализатором наперевес. На заднем плане были видны ребята-экологи, согнувшиеся в кустах в три погибели.

Эту картинку Станислав сопроводил сообщением:

«Прыгаю тут как сайгак среди этих двух оленей! Очень жарко. Отпусти меня!»

Гуров написал в ответ:

«Работай, солнце еще высоко! Как там радиационный фон?»

Но Станислав на это не ответил, поэтому Гуров размял затекшую спину и продолжил опрос свидетелей.

Лихолетьев был задержан для выяснения обстоятельств по настоянию Гурова. Ордера на его арест у сыщика не было, но имелся труп. Он находился на той самой территории, которую спешно покидал глава администрации поселка. Господа полковники неожиданно для себя засвидетельствовали данный факт. Лев Иванович считал это достаточным основанием для того, чтобы доставить ловкача в управление. Пусть объяснит, какого черта он занимается альпинизмом на чужих заборах.

Лихолетьев ехал вместе с ребятами-операми, а сразу по приезде был препровожден в кабинет, где его уже поджидал полковник Гуров.

О том, как выстраивать разговор с этим тертым калачом, сыщик думал все дорогу от Козловки. Он решил, что не стоит давать клиенту понять, что им известно про его посещение участка Белякова.

Однако Лихолетьев не успел войти, как уже заявил:

— Товарищ полковник, я хочу дать показания для следствия. Я находился на территории, принадлежащей гражданину Белякову, предположительно в тот день, когда там произошло убийство охранника.

Машину, заезжающую во двор дома Синей Бороды, Лихолетьев заметил довольно давно, еще пару месяцев назад. В принципе, ничего необычного в ней не было. Обыкновенная «газелька» с тентом и московским номером С 537 ВМ, не слишком новая, но и не убитая. Приезжала она всегда ближе к ночи, когда Лихолетьев совершал свою обязательную пробежку. Заботиться о физической форме для него было делом обязательным. Иначе в горах не выжить.

Он всегда бежал через лесополосу, по краю автомобильной дороги, дальнему от дома Синей Бороды. В это время Лихолетьев на автомате посматривал, происходит ли что-то на участке, идет ли там стройка, копошатся ли люди, не появилось ли чего нового.

Такое любопытство присутствовало у всех жителей поселка с тех самых пор, как они узнали, что здесь будет устроена шикарная туристическая зона с многочисленными домиками. Людям казалось, что однажды они проснутся, а за забором как грибы выросли монументальные строения, как близнецы похожие на дом Синей Бороды. Тогда придет конец их спокойной и уравновешенной жизни в поселке.

Но за высоким забором практически ничего не было видно. Только однажды он заметил, как открылись ворота и за них проскользнула та самая «газелька».

Лихолетьев не увидел в этом ничего необычного. Мало ли какие материалы на стройку привезли. Только вот почему ночью? Обычно сюда днем заезжали здоровенные фуры. Местные опасались, что такие махины разобьют им дороги. А тут и не длинномерка даже, а так, таратайка. Интересно, что на ней вообще можно уместить?

Тот первый раз он немного поудивлялся, да и побежал себе дальше. Он, глава местной администрации да и просто друг, активно помогал Михаилу Балидскому в борьбе за береговую зону. Разумеется, в приватной беседе Лихолетьев рассказал Михаилу Федоровичу про эту машину. Тот заинтересовался и попросил его примечать, не приедет она еще раз.

Он действительно еще пару раз замечал «газельку», заезжающую в ворота всегда под покровом позднего вечера.