Зарубежный детектив 2026-18. Компиляция. Книги 1-11 - Дэвид Бушман

против Патрисии Энн Коломбо и Фрэнка Джона Делуки». Фактическое заседание суда для проверки доказательств против обвиняемых должно было начаться только в среду, 18 мая, семь недель и два дня спустя. А в промежуточный период, назначенный для рассмотрения дела, судья Р. Юджин Пинчем заслушивал многочисленные досудебные ходатайства как обвинения, так и защиты, председательствовал при выборе присяжных и проводил мини-разбирательство по вопросу о том, следует ли включать в доказательства определенные предметы, полученные от Лэнни Митчелла, другие предметы, изъятые полицией по полученному Рэем Роузом и его людьми ордеру на обыск квартиры Патрисии и Фрэнка в день ареста Патрисии, а также заявление, написанное Патрисией в полиции до того, как ей был назначен адвокат.

В этот период и впоследствии на протяжении всего судебного разбирательства штат представлял Альгис – просто Ал – Балиунас, он был одним из самых способных прокуроров в прокуратуре штата. Некоторым фигурантам дела он задним числом напомнил сыгранного Майклом Дж. Фоксом в телесериале «Семейные узы» Алекса Китона, только постарше и покруглее. Другие говорили, что он стал бы идеальным братом Джеку, Бобби и Теду Кеннеди.

Балиунаса поддерживали два других заместителя прокурора штата: Терри Салливан, ангельской внешности ирландец, впоследствии выступивший обвинителем по делу серийного убийцы Джона Уэйна Гейси, и еще одна Патрисия, Патрисия Бобб – называвшая себя Патти, высокая худощавая блондинка, очень сдержанная в манерах.

Противостояли им поверенные Патрисии Коломбо, Уильям Свано и Уильям Мерфи, два молодых, преданных своему делу общественных защитника, и представлявший Делуку Майкл Тоомин, назначенный судом частный адвокат, возможно, привлеченный во избежание конфликта интересов, когда обоих обвиняемых представляют адвокаты штата.

Досудебное слушание началось с ходатайства защиты об исключении некоторых доказательств, которые намеревалось представить обвинение.

Билл Мерфи, один из адвокатов Патрисии, начал с прямого допроса старшего следователя полиции Элк-Гроув Рэя Роуза. После установления факта, что в департаменте Элк-Гроув Роуз проработал девять лет: пять – сотрудником патрульной полиции в форме, четыре – следователем, Мерфи спросил Роуза, был ли у него, когда арестовали Патрисию, наряду с предъявленным ордером на обыск, ордер на арест. Роуз признался, что не было.

Ал Балиунас, допрашивая Роуза от имени штата и явно более озабоченный доказательствами Лэнни Митчелла, чем отсутствием ордера на арест, спросил о присутствии Роуза в момент, когда Лэнни Митчелл делал свое заявление с обвинением Патрисии в подстрекательстве Романа Собчински и его самого к убийству ее родителей. Роуз действительно присутствовал. Были ли у Лэнни Митчелла в то время какие-то относящиеся к этому обвинению предметы? Да: фотографии семьи Коломбо, расписание их обычного распорядка дня и план дома 55 по Брэнтвуд. В квартире 911 – квартире Патрисии и Фрэнка – Роуз нашел лежащий на столе блокнот, бумага которого совпадала с той, на которой был нарисован план, и он взял блокнот в качестве доказательства. Явно удовлетворенный ответом, Балиунас обратился к вопросу об ордере на арест: был ли тот в конце концов получен? Да, в одиннадцать вечера, в ночном залоговом суде, после того как Патрисия Коломбо провела под стражей шестнадцать часов.

Лейтенант Фрэнк Браун показал, что он пятнадцать лет был заместителем шерифа округа Кук, девять из них в нынешнем звании. Из квартиры 911 он изъял образцы сигарет марки, идентичной найденной в обнаруженном «Олдсмобиле» Мэри Коломбо, и откровенные, сексуального характера фотографии Патрисии, которые, по его словам, он нашел на кухонном столе.

Фрэнк Делука вышел на свидетельскую трибуну, чтобы опровергнуть и дискредитировать Роуза и Брауна. Блокнот, по его словам, хранился на полке в туалете, фотографии – на верхней полке в кухонном шкафу. Ни один из предметов не был в списке на изъятие в ордере на обыск, защита утверждала, что если они не лежат на виду, они не могут быть изъяты и использованы в качестве доказательств.

На трибуну вернулся Рэй Роуз. Он показал, что Патрисия Коломбо отказалась от своего права на присутствие адвоката и сначала отрицала, что знала Лэнни Митчелла, и не признавала, что когда-либо прежде видела семейные фотографии и план.

Впоследствии, когда Лэнни Митчелла подвели к дверям камеры для несовершеннолетних, чтобы опознать Патрисию, она призналась: «Хорошо, хорошо, это написала я», имея в виду распорядок дня членов семьи. Что касается угрожающего жеста Лэнни, Патрисия сказала Роузу, что думала, что Митчелл угрожает ее жизни.

Гленн Гейбл и Рой Фиск, оба заместители шерифа с шестилетним стажем службы, отрицали, что при транспортировке Патрисии в здание Департамента полиции Элк-Гроув они говорили ей, как она заявила своим адвокатам, что ее «поджарят» на электрическом стуле за «убийство своей семьи». В то время в Иллинойсе смертная казнь не применялась, но Патрисия об этом не знала.

Джон Ландерс, который ушел из полиции Элк-Гроув на должность заместителя по административным вопросам заведующего отделом правоохранительных органов штата, показал, что он присутствовал в тот момент, когда Патрисия Коломбо писала девятистраничное заявление о своих отношениях с Лэнни Митчеллом и Романом Собчински. Он также показал, что Патрисия рассказала ему о своем «видении» о ночи убийств. По его словам, этот допрос состоялся в кабинете миссис Клаудии Маккормик, начальницы женской тюрьмы, которая приказала привести Патрисию.

Затем на свидетельскую трибуну взошла Клаудия Маккормик. Она засвидетельствовала, что встречи, о которой сказал Джон Ландерс, никогда не было. Ее секретарша, Тельма Хокинс, показания начальницы подтвердила: никакой встречи между Патрисией Коломбо и Джоном Ландерсом в кабинете миссис Маккормик не было.

Свидетельскую трибуну занял психиатр тюрьмы округа Кук доктор Пол Чериан и описал проведенное сорокаминутное освидетельствование Патрисии, в ходе которого он установил, что она сильно подвержена чувству беспомощности и безнадежности, которые он описал как острую ситуационную реакцию депрессивного типа, приводящую к психомоторной заторможенности. Проще говоря, ум и тело Патрисии замедлились почти до самого малого хода.

Крестная мать Патрисии, Джанет Морган, показала, что Патрисия позвонила ей из Департамента полиции Элк-Гроув и сказала, что она собирается сделать заявление для того, чтобы Фрэнк Делука был освобожден. Джанет спросила ее, скажет ли она правду, на что Патрисия ответила: «Нет, но так надо. Они сказали мне, что если я дам им подписанное заявление, они освободят Фрэнка».

Рита Мацукес, десять лет проработавшая секретаршей начальника полиции Элк-Гроув, показала, что слышала, как Патрисия говорила одному из полицейских, возможно, Джону Ландерсу, что «для меня главное – позаботиться о Фрэнке. Он ничего не знал о том, что я делала».

Затем сама Патрисия дала показания, что заместитель начальника Конке запугивал ее, спросив: «Вы предпочли бы сами сесть на электрический стул или уступить его Фрэнку?» Это была та же уловка, которую якобы