Современный зарубежный детектив-18 - Марджери Аллингем

подошел к священнику. Мосс немного отстала, чтобы понаблюдать со стороны. Священника звали отец Кларенс. На нем были красивая изумрудно-зеленая мантия и модные очки в толстой оправе. Питерсон представился и рассказал ему немного о своей матери, которая посещала католическую церковь в Сиденхэме. Мосс подумала о том, насколько трудно было Питерсону вновь переступить порог церкви. Над его юной сестрой надругался католический священник, и она покончила с собой. Питерсон не слишком распространялся об этом, но Мосс знала, что церковь всегда маячила длинной тенью на заднем плане его жизни.

– А это моя коллега, детектив-инспектор Мосс. – Питерсон повернулся, вовлекая ее в разговор.

– Добрый день, – сказала Мосс.

– Добрый день.

Священник протянул Мосс руку. Его пытливый взгляд, казалось, остановился на ней и проникал прямо в ее мысли. Она посмотрела на его руку и отметила, что ногти у него красивой формы и ухожены, а пальцы унизаны золотыми кольцами – все, кроме безымянного. Что сквозило в его пристальном взгляде – осуждение или любопытство? Или просто сработали защитные механизмы Мосс, как всегда бывало в присутствии священнослужителей? Этот человек казался очень милым и наверняка разделял инклюзивную культуру, но к ней, бывающей весьма радикальной в своих взглядах, по-прежнему относились с некоторым предубеждением, даже в Лондоне.

– И чем я могу помочь собратьям по служению обществу? – спросил священник с улыбкой.

– Мы хотели бы расспросить вас о члене, или, лучше сказать, бывшем члене, вашей общины, Мари Коллинз, – сказала Мосс.

Отец Кларенс поправил очки и глубокомысленно кивнул.

– Да. Мы были очень опечалены известием о кончине Мари. Я говорил с одним из наших помощников, отцом Майклом. Полагаю, он держит связь с похоронным бюро.

Мосс бросила быстрый взгляд на Питерсона.

– Знает ли отец Майкл что-то, чего не знаем мы? Тело пока хранится в морге из-за подозрительного характера ее смерти.

– Подозрительного? В самом деле? – На его лице отразилась почти комическая тревога.

– Да. Что мы и рассчитываем выяснить в ходе дальнейшего расследования.

– Конечно, офицеры. Мы просто надеялись, что сможем провести заупокойную службу по Мари, исполняя ее последнюю волю, – сказал отец Кларенс.

– Мари выразила последнюю волю? Она была совсем молодой женщиной, – удивилась Мосс.

Отец Кларенс улыбнулся.

– Я не думаю, что мысли о смерти довлели над Мари, но она обсуждала это с отцом Майклом. Он ее исповедовал.

– Можем ли мы спросить вас о желании Мари стать монахиней? – продолжила Мосс.

– Что вы хотите знать? – Отец Кларенс бросил взгляд на алтарь, где пожилой священник убирал остатки вина для причастия, а другой, помоложе, в красной рясе, тушил свечи металлическим гасителем.

– Когда Мари впервые посетила здешнюю церковь? – спросил Питерсон.

– Она была относительно новым членом паствы, – ответил отец Кларенс. – Думаю, она появилась здесь несколько недель назад. Но Мари регулярно молилась в течение тех месяцев, что провела в заключении. И я знаю, что она прошла конфирмацию, когда находилась в тюрьме. Она работала над тем, чтобы со временем принять постриг и стать монахиней.

– И она была истовой католичкой? – спросила Мосс.

– А это вызывает сомнения? – вопросом на вопрос ответил отец Кларенс, и в его улыбке впервые блеснула сталь. – Как мы можем доказать свою любовь к Богу?

– Вы когда-нибудь навещали Мари дома?

– Нет. Я знаю, что Мари помогала отцу Майклу с покупками и он общался с ней за пределами церкви. Он живет неподалеку.

– Отец Майкл здесь? – спросил Питерсон.

– Думаю, да.

Отец Кларенс сунул руку под мантию, вытащил телефон и быстро набрал текстовое сообщение. Под сводами церкви эхом разнесся свистящий звук отправленной эсэмэски. Он улыбнулся им обоим, и воцарилось неловкое молчание. Вскоре из-за колонны появился невысокий седовласый священник с аккуратно подстриженной козлиной бородкой. Он носил маленькие круглые очки и черную рясу, под которой угадывалась коренастая, плотно сбитая фигура.

– Вы хотели меня видеть?

Он пробуравил их взглядом. Отец Кларенс быстро объяснил, кто такие Мосс и Питерсон, добавив, что они расследуют смерть Мари Коллинз.

– Да. Это ужасное известие. Она была такой милой дамой. – Священник говорил кротко, с кентским акцентом.

– Как мы поняли из слов отца Кларенса, вы поддерживаете связь с моргом по поводу похорон Мари Коллинз? – спросила Мосс.

Его глаза заметались между ними.

– Ну, я… да, я поддерживал с ними контакт…

– Отец Майкл сделал что-то не так? – вмешался отец Кларенс.

Мосс хотела предложить им присесть, но почему-то казалось неуместным приглашать двух священников присесть в их собственной церкви, поэтому все они так и стояли рядом с одной из огромных каменных колонн.

– Нет-нет, все так, – сказала Мосс. – Даже не знаю, как сказать, чтобы это не прозвучало грубо. Словом, тело, найденное в доме четырнадцать Б на Амершем-роуд, принадлежит не Мари.

Священники переглянулись в замешательстве.

– Простите? Не понимаю, – сказал отец Кларенс.

– Мы провели вскрытие, и тело не принадлежит Мари Коллинз, – сказал Питерсон.

– О! И кто же эта бедная женщина? – спросил отец Кларенс.

– Мы не знаем. Что вызывает недоумение, так это то, что она удивительно похожа на Мари Коллинз.

– Вы сделали анализ ДНК этой женщины? – спросил отец Майкл.

– Да. Ни в одной базе данных не нашлось совпадений. Мы просматриваем стоматологические карты, но это может занять некоторое время.

– И вы полагаете, что Мари все еще жива? – спросил отец Кларенс.

– Мы не знаем.

Мосс достала две фотографии Мари – в тюрьме и на заявлении на получение паспорта – и объяснила ситуацию.

– Отец Майкл также служит священником в нескольких тюрьмах по всему Лондону и в окрестностях, – добавил отец Кларенс. – Майкл, ты можешь подтвердить, что на фотографии Мари в тюрьме действительно она?

– Конечно да, да. – Отец Майкл закивал с таким энтузиазмом, что задрожали брыли.

– Вы часто общались с Мари, когда она была в тюрьме? – спросила Мосс.

– Только по религиозным вопросам. Она посещала часовню в тюрьме Холлоуэй. И приходила ко мне на исповедь.

– И в чем же она призналась? – спросил Питерсон.

– Ах. Об этом я не вправе рассказывать, но могу вас заверить, что она не говорила ничего такого, из-за чего мне нужно было бы связываться с властями.

– Когда вы в последний раз видели Мари?

– Это было в церкви в воскресенье.

– Получается, на днях? – Мосс бросила взгляд на Питерсона.

– Нет. В предыдущее воскресенье, то есть двадцать четвертого ноября, – пояснил отец Кларенс. – Мы заметили, что в прошлое воскресенье она не пришла на мессу.

– Да. – Отец Майкл кивнул в знак согласия.

– Отец Кларенс упоминал, что Мари помогала вам с покупками? – обратилась Мосс к отцу Майклу.

– Да, это так. У меня больная спина, которая иногда дает о себе