Современный детектив. Большая антология. Книга 1 - Карстен Дюсс

там двоюродный брат работает, недавно устроился. Если хорошенько попросить, он пропустит нас на «Бешеных псов». Там один мужик себе ухо отрезает, все так натурально показано, зашибись!

Эрен не слушал. Вертел в пальцах травинку. И думал о том дне. Он всегда теперь думал об этом. Что-то там было такое, о чем он забыл, и теперь старался припомнить.

— Эрен… ну, Эрен, — приставал Морган. — Слышь, Эрен?

— Чего надо? — раздраженно отозвался Эрен.

Морган улыбнулся:

— Что с тобой сегодня? Ты какой-то совсем пришибленный.

— Думаю. О том, как увидел тогда мистера Джеффериса.

Морган спрыгнул со стенки, шлепнулся на траву и драматически развел руками:

— Ты что, все еще не забыл об этом? Ведь прошло уже…

Эрен ясно представил, как в голове у друга крутятся шестеренки.

— Прошло уже больше двух недель!

Две недели — это почти целая жизнь, воспоминания Эрена изрядно потускнели. Защитный кокон, берегущий их, разрушился. Но он не хотел ничего забывать. Потому что понимал: ответ на его вопрос скрывается именно здесь. Нутром чувствовал, и чувство это было сильно, как никогда.

— Я все стараюсь вспомнить, — сказал Эрен, отрывая новую травинку, — но это непросто.

— А ты расскажи мне все вслух, с самого начала, — попросил Морган. — Говорят, отличный прием.

Морган — парень простоватый, но даже Эрен не мог отрицать, что мысль он подал очень даже недурную.

— Ладно, — сказал он и зачем-то встал перед Морганом, словно собрался выступать на сцене.

— Начни с самого начала, — сказал Морган, — если считаешь, что нам не обязательно смотреть «Бешеных псов».

— Морган, не отвлекайся.

— Да слушаю, кретин, слушаю!

Эрен пропустил его слова мимо ушей.

— Ладно, в общем, все началось, когда я шел домой. Я полез в рюкзак за конфетами, увидел, что там нет тетрадки, и понял, что забыл ее в классе. Мы с Бенни Мастерсоном на математике играли в ней в крестики-нолики, и я понял, что забыл положить ее в рюкзак. Не знаю почему. Видел, что лежит на парте, и не взял. Не знаю, как это происходит, но у меня вечно так. Всегда где-нибудь ее забываю.

— Ну да, как в тот раз, когда ты забыл ее возле аквариума, — засмеялся Морган.

— Да, — сказал Эрен, не желая спорить, ему хотелось поскорее продолжить. — В общем, я вернулся в школу. Там было тихо. Очень тихо, я раньше такого не замечал, даже на родительских собраниях. Не было вообще никого, только уборщик, я его видел в первый раз в жизни. Он натирал пол какой-то штуковиной. Класс мистера Джеффериса был открыт. И я зашел. И увидел его. Потом закричал…

Эрену не очень-то хотелось признаваться в том, что он кричал и плакал, даже Моргану.

— …и прибежала мисс Рейн и другие учителя, правда, я уже закрыл глаза и не видел, кто именно. Потом мы пошли в учительскую, а потом пришел мой папа. А потом полицейские меня допрашивали, целую вечность.

— Гм, — сказал Морган, с умным видом скребя подбородок.

— Что «гм»?

— Да вот думаю… выкинь ты все это из головы, — закончил мысль Морган.

— Ничего мне больше не надо! Только найти, кто убил мистера Джеффериса, — прокричал Эрен, да так громко, что мальчишки, гоняющие мяч по футбольному полю, остановились и повернулись в их сторону.

Морган сделал шаг, заслоняя от них Эрена.

— Успокойся, болван. Может быть, тебе нужно еще время, чтобы все понять. Мистер Джефферис покончил с собой. И это очень печально. Мы все очень переживаем. И это ужасно, что ты его обнаружил. Но все-таки он покончил с собой. И я не думаю, что бегать и повсюду кричать, что его убили, — хорошая идея.

— Так ты мне все-таки не веришь? — чуть не плача, спросил Эрен.

— Я думаю, что ты увидел нечто ужасное и у тебя было потрясение. И поэтому тебе надо поскорее забыть об этом. Забыть, и все. А для этого посмотреть на что-нибудь не менее ужасное. Например, натуральное отрезание уха. Там все прекрасно видно.

— Знаешь что, Морган, ни в какое кино я с тобой не пойду, — резко ответил Эрен и отвернулся.

Обидно, конечно. Если лучшего друга невозможно убедить в том, что мистера Джеффериса убили, как он может надеяться, что поверят другие?

— Неужели ты не хочешь узнать, что на самом деле случилось? Неужели не чувствуешь?

— Что я должен чувствовать? — спросил Морган.

— Что он этого не делал. Не мог, и все.

— Не знаю… Думаю, все возможно. Но не может же полиция ошибаться. Они никогда не ошибаются. Мама так говорит.

— А если ошибаются? Что, если убийца сейчас разгуливает себе на свободе? А я знаю: тут есть что-то такое, что я упустил из виду.

Эрен с отвращением выдрал пучки травы, разбросав повсюду землю.

— Вот если бы была такая машинка для чистки мозгов. Как у того уборщика. Чтобы промыть тебе мозги как следует, — сказал Морган.

— Глупо… — начал Эрен и тут же замолчал.

Вот оно что. Вот что он упустил. Он внимательно посмотрел на Моргана:

— Этот уборщик. Я его раньше не видел.

— Так ведь уборщик у нас Фредди, — сказал Морган.

К уборщику в школе все обращались по имени: Фредди. Это был маленький, тихий человечек в огромных очках с толстыми стеклами. В школе его видели постоянно, днем он слонялся по коридорам, менял перегоревшие лампочки, ворчал на школьников, которые вечно таскают грязь на подошвах. Администрация школы могла позволить себе только одного уборщика, поэтому работы у него хватало.

— Это был не Фредди, — сказал Эрен и побледнел.

— А кто же тогда? — медленно проговорил Морган, заметив, как друг изменился в лице.

Они долго молчали.

Глава 42

1992 год

— Ты точно уверен, что никогда раньше не видел этого уборщика?

Они вернулись к Эрену и сидели на полу у него в комнате. Эрен что-то рассеянно чертил на листке бумаги, а Морган наблюдал за ним. Отец Эрена был внизу, смотрел футбол. Оттуда доносилось скандирование болельщиков и крики «Го-о-ол!».

К большому разочарованию отца, спортом Эрен не интересовался. Когда умерла мать, отец пытался приобщить его к футболу. Эрен видел в этом попытки отца сблизиться с ним. Они сходили вместе на парочку матчей, Эрен делал вид, что увлечен, кричал, когда «Арсенал» — команда, за которую болел отец, — забивал гол. Но потом не выдержал и признался отцу, что ему это мало интересно.

— Да я вообще не узнал его. И близко возле школы никогда не видел.

— А как он выглядел? — спросил Морган.

— Значит, так. Каштановые волосы. Крупный, но не толстый,