Тайна надгробия - Джена Шоуолтер

— Без обид, но это, пожалуй, самая нелепая вещь, которую я от тебя слышала. Очарование проявляется по-разному, мой друг, и в твоём случае ворчливость — одна из его форм. Ты просто очарователен, когда хмуришься. Да, вот так. Видишь? — Она похлопала его по щеке. — Очаровашка.

Бо моргнул, глядя на неё со смешанным выражением недоверия и — смела ли она поверить в это? — веселья.

— Очаровашка? Я? Впервые слышу.

Они вошли в приёмную. Словно притянутая невидимой силой, Джейн устремила свой взгляд в дальний угол зала, где был накрыт фуршетный стол с угощениями. М-м-м… Канапе — лучшие из всех закусок. Печенье. Кексы. Чипсы с соусом. Её пустой желудок заурчал, и она облизнулась. Затрепетало внутри: «Сначала люди, потом еда». Правильно.

Повсюду стояли букеты цветов, наполняя воздух ароматом. На длинных столах были расставлены фотографии доктора Хотчкинса, как из его личной жизни, так и с работы. О, как удачно!

Около тридцати скорбящих бродили по залу. Некоторые сбивались в группы, обсуждая доктора. Другие оставались в одиночестве, улыбаясь или плача, рассматривая фотографии.

Джейн находила каждого из них подозрительным, в той или иной степени. Особенно тех двоих, самых увлечённых зрителей. Она запомнила лица и биографии всех сотрудников, указанных на сайте клиники. Теперь ей оставалось только влиться…

«Вот чёрт!»

— Конрад, — прошептала Джейн. Сердце забилось быстрее, в животе запорхали бабочки.

Он был здесь, выглядел сногсшибательно в костюме и галстуке, и смотрел прямо на неё. Он просил её не лезть в дело, а она всё равно расследовала.

Её губы приоткрылись, в то время как его плотно сжались в тонкую линию.

Конрад обвёл её наряд испепеляющим взглядом. Когда он снова встретился с ней глазами, в его зрачках пылал огонь, достаточно жаркий, чтобы испепелить её самообладание.

Ей почти казалось, что он сейчас пересечёт зал и закинет её на своё внушительное широкое плечо, что, скорее всего, ей совершенно точно не понравилось бы. Но вместо этого агент Райан вздёрнул подбородок и снова переключил внимание на свою собеседницу, в которой Джейн узнала сотрудницу клиники, доктора Диану Уильямс — привлекательную женщину сорока с небольшим лет, терапевта, специализирующегося на хронических заболеваниях.

Это была одна из пассий доктора Хотчкинса?

— Твой агент заметил тебя, как только ты вошла, — сообщил ей Бо.

Неужели? Если бы она не расхваливала сэндвичи, то, возможно, тоже заметила бы его сразу.

— Помоги мне избегать его, хорошо? Он велит мне уйти, как только приблизится.

— Это я могу, — ответил Бо, внезапно развеселившись.

Он не соврал. Помог ей уклоняться и скрываться, и выходило это мастерски. Пока Джейн несколько раз обходила комнату, разговаривая с разными людьми, незаметно внося заметки в свой блокнот для расследований, Бо создавал помехи.

Благодаря их стараниям она кое-что поняла: она не умела действовать незаметно. Доктора Хотчкинса либо обожали, либо ненавидели, и ничего между. У каждого, с кем он когда-либо сталкивался, был мотив — больше, чем она предполагала вначале.

Джейн теперь была зависима от канапе с огурцом, а доктор всегда приводил медсестру в клинику Саммерхилл. Обычно одну и ту же. Женщину, соответствующую описанию Эммы Миллер, которую, по совпадению, звали медсестрой Эммой. Однажды их застали за поцелуями после рабочего дня.

Интрижка подтвердилась, и не только.

— …хотел узнать о том случае, когда пьяный адвокат ворвался в клинику и ударил доктора в лицо, — донеслось от стоявшего рядом с Джейн человека.

Ах да, она как раз подслушивала разговор волонтёров, работавших с доктором Хотчкинсом. Кто хотел узнать про адвоката? Конрад?

— Какой ужас, — ответила подруга волонтёра. — Удалось ли опознать нападавшего?

— Нет. Доктор Хотчкинс отказался выдвигать обвинения.

Адвокат? Может, это был муж Эммы? Энтони Миллер? Теперь эта пара заняла верхние строчки в списке подозреваемых Джейн — обведённые, подчёркнутые и окружённые звёздочками — Эмма и доктор Хотчкинс. Женщина, способная предать мужа, вполне могла решиться и на убийство, если, допустим, её любовник-врач не захотел бы бросать ради неё свою жену.

Когда у Джейн заурчало в животе, она бросила взгляд на Бо. Тот шагнул вперёд, загородив Конрада, и скрестил руки на груди — идеальное отвлечение. Она пробралась к столу с закусками, чтобы быстро подзарядиться. Сделать паузу, чтобы собраться с мыслями.

В голове уже складывалась картина событий той роковой ночи.

После того как доктора Хотчкинса и Эмму застукали в клинике — что вызвало переполох среди персонала, — им понадобилось новое место для встреч. Место, где их супруги не стали бы искать. Что могло быть лучше кладбища? Вот только муж уже несколько недель подозревал жену в неверности. Он проследил за ней и ухватился за первую возможность нанести удар, застав пару врасплох, когда они оскверняли могилу.

Дорогой муженёк вырубил жену, убил доктора и выкопал могилу, намереваясь спрятать тело в гробу. Но что-то ему помешало.

Возможно, Эмма узнала о других любовницах доктора и сорвалась. Или же она всё спланировала сама, с помощью мужа или без.

Затем она — или они — стали рисовать лилии на всём подряд, надеясь сбить следствие со своего пути. Хороший план — переключить внимание на золото, а не на любовную связь. Или, возможно, всё было наоборот: романтика должна была отвлечь от золота. Существовало множество версий, и все они казались на сто процентов достоверными и почти безупречными.

Стоило подумать. Что Джейн знала о мистере Энтони Миллере? Для начала, его лицо мелькало на многих стендах в городе. Фиона часто называла его «падальщиком», который ищет выгоду в чужом несчастье. Взять у него интервью будет непросто. Произошла смерть, и он был связан с жертвой. Как юрист, он лучше кого бы то ни было знал, что его имя автоматически попадёт в список подозреваемых. Но ради своей репутации Джейн должна была попытаться.

Сзади к ней подбежал Бо, напугав её.

— Идёт, — предупредил он. — Я больше не мог его удерживать.

Джейн выпрямилась и резко повернулась, прихватив с собой последние четыре канапе с огурцом.

— Но я ещё не… моя еда… — пробормотала она.

К ним приближался хмурый Конрад.

Джейн второпях запихнула в рот сразу два канапе, едва прожевала и проглотила, уничтожая улики своей жадности. Чувствуя смесь предчувствия, волнения и жара, пробежавшую по нервам, она натянула яркую улыбку.

Его пылающий взгляд не отрывался от неё.

— Что ты здесь делаешь, Джейн?

— Не отвечай, — посоветовал Бо, оставаясь у неё за спиной.

Она хмуро посмотрела на них обоих, а затем сосредоточилась на агенте. Пока они с Конрадом изучали друг друга вблизи, она доела ещё одну закуску, сохраняя хладнокровие, как… ну, как огурец.

Он